Президент Дональд Трамп 13 апреля начал свой брифинг с показа смонтированной заранее видеозаписи, в которой восхвалялись его достижения в области борьбы с пандемией коронавируса. Команда Трампа выбрала и отредактировала цитаты из высказываний журналистов и губернаторов, которые в реальности постоянно говорили об опасном отсутствии поддержки со стороны Белого дома во время пандемии, таким образом, что в итоге получилось так, будто они хвалили его руководство.

В тот момент в Соединенных Штатах было уже зафиксировано 23 тысячи смертей от covid-19, а также 600 тысяч подтвержденных случаев заражений — больше, чем в любой другой стране. Однако это не помешало показу информационной рекламы Трампа по поводу «достигнутого нами успеха» (В настоящее время количество смертей в Америке почти в четыре раза больше, а количество подтвержденных случаев заражения увеличилось более чем в два раза).

Я не видела ничего похожего на такого рода откровенную пропаганду с 1980-х годов в Советском Союзе. Неожиданным образом я перенеслась на 40 лет назад в мое детство, когда на экране телевизора наблюдала за тем, как стареющий советский патриарх Леонид Брежнев все время прикалывал медали на собственную грудь. Он наградил себя, в частности, за героизм, проявленный в ходе Второй мировой войны, за критически важный вклад в международный коммунизм, а также за совершенствование советского образа жизни. Чем меньше места оставалось на его пиджаке, тем яснее становилось советской публике, что столь восхваляемое им государство на самом деле основано на лжи, несправедливости и неуважении к человеку.

Сегодняшняя реальность, связанная с covid-19, похожим образом обнажила существующую в Америке проблему неравенства, поскольку коронавирус свирепствует среди цветных сообществ, а также углубляет разрыв между богатыми людьми, и всеми остальными. Соединенные Штаты могли бы многому научиться из предпринятой в Советском Союзе программы серьезных преобразований, которая разоблачила десятилетия кремлевской лжи, в рамках которой была предпринята попытка решить эту проблему.

Ровно 35 лет назад советский лидер Михаил Горбачев осознал, что в СССР нужно провести глубокие реформы для того, чтобы сохранить место страны на международной арене. Для составных частей своей направленной на трансформацию политики он придумал соответствующие названия — «гласность» (открытость) и «перестройка» (реконструкция, переустройство). Горбачев надеялся спасти Советский Союз за счет признания совершенных в прошлом ошибок и лжи, а также за счет обещаний относительно большей открытости в будущем.

Он начал искреннюю переоценку эксцессов со стороны секретной полиции Советского Союза, разрушительного влияния военно-промышленного комплекса, а также трагической неподготовленности к немецкому вторжению в 1941 году, результатом которой стала гибель десятков миллионов советских граждан — это больше, чем потери в том конфликте любой другой страны.

В течение прошлого столетия Соединенные Штаты и Советский Союз часто воспринимались как зеркальное отображение слабых и сильных сторон друг друга. Будучи расположенными на периферии европейской цивилизации, обе страны обладали мессианскими намерениями относительно достижения универсального результата: Советская Россия пыталась сделать это на основе коммунистического равенства, а Америка с помощью «грубого индивидуализма» (rugged individualism).

Советский Союз стремился достичь равенства для всех, но постоянно демонстрировал неспособность гарантировать ее отдельным гражданам. Поэтому СССР, несмотря на реформистские усилия Горбачева, и развалился в 1991 году. Советский слоган о безликой «диктатуре пролетариата» оказался менее привлекательным, чем американское представление о «сияющем граде на холме» вместе с обещаниями американской мечты о достижении поставленных целей с помощью инициативы и предприимчивости. Кроме того, у Соединенных Штатов был Голливуд, обещавший ослепительный образ жизни.

Советы были разрушены частично в результате собственного высокомерия. Их иллюзорное представление о своем триумфе, судя по всему, основывалось на феномене потемкинских деревень времен Российской Империи. Появление этого выражения относится к XVIII веку, к тому моменту, когда Екатерина Великая захотела попутешествовать по своим обширным владениям. Российская императрица надеялась увидеть процветающих подданных, однако не знала о том, что как раз процветание не было основной чертой жизни российских крестьян. Князь Григорий Потемкин, фаворит Екатерины, понимал, что суровая реальность, бедность и разруха способны огорчить родившуюся в Германии и привыкшую к порядку императрицу. Поэтому он приказал нарисовать длинный ряд фасадов домов и раскрасить их яркими красками. Именно эти раскрашенные фасады и увидела проезжавшая мимо Екатерина. Подобного рода нарисованные конструкции и стали называть «потемкинскими деревнями», а еще для их обозначения подходит слово «показуха» (pokazukha).

В период холодной войны слово pokazukha можно было применять ко всему Советскому Союзу — к восприятию станы как мощного государства, которое со скоростью молнии провело индустриализацию и создало хорошо подготовленную армию. Поддержание этого фасада, который должен был свидетельствовать о силе и превосходстве Советов над капитализмом, имело свою цену — масштабный голод и очень большое количество жертв. Создавалось впечатление, что сюрреалистическое по своему характеру изображение Брежнева, стоящего на кремлевском подиуме и награждающего самого себя за мнимые достижения, в полной мере воплощало собой работавшую в течение десятилетий государственную пропаганду, давно утратившую связь с реальной жизнью.

Предложенная Горбачевым политика пришла слишком поздно, поскольку советскую систему уже нельзя было реформировать. Однако перестройка не была напрасной. Советский Союз развалился мирно, — чего нельзя сказать о кровавом распаде коммунистической Югославии, в которой не было таких реформ. Более того, с окончанием холодной войны Россия и друге страны коммунистического блока получили, наконец, возможность, самим определять свою собственную судьбу. Они стали лучше из-за этого, по крайней мере, на какое-то время.

Однако в течение последних трех десятилетий российский президент Владимир Путин смог построить новые потемкинские деревни, — он демонстрирует свои военные мускулы в Сирии и на Украине, а также проводит кибератаки с целью углубления противоречий между странами Запада. Вместе с тем, звучащие в России настойчивые, но фейковые по своей сути заявления о том, что пандемия коронавируса находится «под контролем», породили призывы к новой перестройке. Рейтинг популярности Путина опустился до 59%, и это самый низкий показатель с момента его прихода к власти в 2000 году.

Отставив в сторону недостатки России, следует сказать, что после холодной войны Соединенные Штаты пострадали от своего собственного высокомерия. Став единственной сверхдержавой, Америка перестала заниматься самосовершенствованием и все чаще пыталась представить свои политические ошибки как убедительные победы. Голливуд, американский вариант потемкинских фасадов, помог отгородить общество от правды. Так, например, катастрофическое и разрушительное вторжение в Ирак было представлено как спасающий мир патриотизм в критическом, но и ура-патриотичном блокбастере «Цель номер один» (Zero Dark Thirty) режиссера Кэтрин Бигелоу (Kathrin Bigelow).

Сейчас, в условиях связанного с коронавирусом кризиса, бравурные рассказы о смелости и о жертвах среди работающих на передовой людей, — подлинно героических врачей, медсестер, почтальонов, полицейских, сотрудников продовольственных магазинов и представителей других жизненно важных служб, — помогли затушевать отсутствие внятного национального руководства и отвлекли внимание от скудных ресурсов системы здравоохранения.

Вместе с тем пандемия коронавируса сорвала с Америки маску иллюзии вечной победы, —доведенную до абсурда Трампом, — а также обнажила поразительное экономическое неравенство и расовую дискриминацию по всей стране.

Тестом для Америки будет ее способность извлечь уроки из нынешнего кризиса в области здравоохранения и признать, что экономические и другие приоритеты должны включать в себя общественное благо, а также более эффективную сеть социальной помощи особо нуждающимся людям.

Губернатор штата Нью-Йорк Эндрю Куомо (Andrew Cuomo), политические позиции которого взлетели вверх во время пандемии коронавируса, регулярно на ежедневных брифингах говорит о «восстановлении и улучшении» (building back better). Куомо представляет себе в будущем реформированную Америку, в которой главное внимание будет уделяться рабочим местам в значимых для общества сферах — в области образования и здравоохранения.

Приобретенный в период пандемии коронавируса опыт должен привести к американскому варианту перестройки. У Соединенных Штатов лучше шансы добиться успеха, чем они были у Советского Союза. Миру не хватает лидерства Вашингтона, того лидерства, которое пользовалось поддержкой такого большого количества людей в период холодной войны. Это лидерство станет еще более убедительным, если будет исходить от обновленных Соединенных Штатов, от страны, которая ставит социальное благосостояние граждан выше доходов небольшой группы людей.

Нина Хрущева — профессор кафедры международных отношений исследовательского университета «Новая школа» (The New School). Автор книги «Потерянный Хрущев: путешествие в ГУЛАГ русского ума» (The Lost Khrushchev: A Journey into the Gulag of the Russian Mind), а также соавтор новой книги под названием «По следам Путина: в поисках души Империи через 11 часовых поясов России» (In Putin's Footsteps: Searching for the Soul of an Empire Across Russia's Eleven Time Zones).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.