Текущий коронавирусный кризис испытывает на прочность разные региональные объединения, и это не новость. Кстати, в Европейском Союзе уже разворачивается дискуссия о том, насколько запоздали его институты и насколько больше могли бы предпринять. Проблем не избежал и Евразийский союз, и трудности возникли, в частности, в отношениях между Россией и Белоруссией. Если споры из-за цен на природный газ в конце года уже вошли в привычку, то коронавирусные разногласия стали чем-то из ряда вон.

Эти две страны выбрали довольно разные стратегии для решения проблемы нового коронавируса. Россия пошла по пути похожему на путь других европейских стран, то есть выбрала карантин и закрытие границ. Белорусский президент, в свою очередь, долгое время делал вид, что в Белоруссии этой проблемы не существует. Матчи футбольной лиги там еще продолжались, когда в остальных странах уже давно прекратились все спортивные мероприятия. Кульминацией белорусского игнорирования коронавируса стал парад в честь Дня Победы, на котором маршем прошли тысячи солдат.

Парад получил международную огласку, поскольку был явной попыткой показать России и ее президенту, что Белоруссия, в отличие от РФ, справляется с пандемией и обходится при этом без жестких карантинных мер. Таким образом, военным парадом Лукашенко продемонстрировал свое бесстрашие. В отличие от него, Россия «осилила» только авиационную часть парада, для чего разогнала облака, потратив на это 450 миллионов рублей. Учитывая, что из-за карантина никто не мог наблюдать за парадом с улиц, это прозвучало странно.

Отнюдь не секрет, что Александр Лукашенко и Владимир Путин не очень ладят друг с другом. И не потому, что они соперничают за звание лучшего хоккеиста. Лукашенко противопоставляет свою реакцию на пандемию подходу российского президента. Пока Лукашенко принимает парад и ставит свечи в храмах, Путин сидит в изоляции и общается с внешним миром только с помощью техники.

Белорусский президент не стесняется в критике своего союзника и спонсора и тогда, когда речь идет о реакции на заболевание. Еще в самом начале, когда в марте Россия вводила ограничительные меры, Белоруссия жаловалась, что стала одной из первых стран, с которой Россия закрыла границу. По словам Лукашенко, российский власти перечеркнули сам смысл интеграции, когда страна с проблемой, то есть Россия, закрыла границу со страной, где проблемы нет. В апреле критики не избежали и российские тесты на коронавирус, которые, по словам Лукашенко, никуда не годятся. Он не преминул отметить, что Владимир Путин ездил в больницу, главный врач которой чуть позже объявил, что заразился коронавирусом. Это было ничем иным, как попыткой уколоть российского президента и указать белорусам на российские недостатки. Так Лукашенко хотел подчеркнуть собственные достоинства.

Но, желая продемонстрировать, как Белоруссия справляется с пандемией, белорусский президент столкнулся с российской пропагандистской машиной. Из-за этого шестого мая Минск лишил аккредитации Первый канал. Он показал, как множатся могилы с подозрительно одинаковыми датами смерти, а также рассказал о сомнениях простых белорусов в государственных статистических данных. Белорусские власти обвинили сотрудников телеканала в распространении фальшивых новостей и лишили их аккредитации. Все это белорусские СМИ сопроводили кампанией, в которой объявили российских репортеров Первого канала лгунами и мошенниками, работающими по заказу «определенных кругов в Кремле», и наградили их другими нелестными эпитетами. Не остался в стороне и сам президент, который отпустил уже традиционное замечание о том, что России и Первому каналу стоит заняться тем, что происходит у них дома.

Что парадоксально, все это произошло в тот момент, когда канал, который прославился легендарной выдуманной историей о распятом на Донбассе мальчике, скорее всего, передавал правдивую информацию. С другой стороны, репортажи не были единичными, и вряд ли российский государственный телеканал снимали их из свободного журналистского любопытства. Как и в Белоруссии, в России тоже полным ходом идет кампания, «разоблачающая», прежде всего, те страны, чей подход отличается от российского. Их преподносят как безответственных авантюристов, балансирующих на грани катастрофы. Белоруссия напрашивалась сама собой, но не забыли и о Швеции.

Все это может показаться парадоксальным. Белоруссия зависит от финансовой поддержки со стороны России, и без ее помощи режим Лукашенко вряд ли бы выжил. Белоруссия продолжает закупать со скидкой нефть и газ и теперь требует кредитных льгот для строительства АЭС «Островец». При этом Лукашенко использует любую возможность, чтобы покритиковать Россию и ее президента. Это немного напоминает конец 90-х годов и начало нового тысячелетия, когда Лукашенко ездил в Москву к своему другу московскому мэру Юрию Лужкову и рассказывал о белорусском экономическом чуде, которому россиянам стоило бы поучиться. Одновременно Лукашенко получал от России дотации в виде дешевого газа и беспошлинной нефти. С другой стороны, Лукашенко очень хорошо понимает, что его крах стал бы для Москвы большим репутационным провалом, и пользуется этими себе во благо. Поэтому стороны обмениваются оскорблениями и угрозами, которые, однако, не реализовываются, и ситуация каждый раз возвращается к исходному состоянию — «продолжению интеграции».

Но в случае коронавируса столкнулись две страны, чье руководство пытается приукрасить ситуацию, зачастую за счет того, что «разоблачает» перипетии в других странах. Выходит, когда возникают реальные проблемы, их братство опасно обнаруживает свои пределы. Таким образом, проблема не в коронавирусе, а в форме интеграции. Поэтому, скорее всего, мы станем свидетелями новых, столь же острых споров.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.