Туркмения доминирует в поставках газа в Китай с тех пор, как в 2009 году была построена первая ветка газопровода Центральная Азия — Китай. Согласно статистическому обзору компании BP, экспорт туркменского газа в Китай увеличился с чуть менее 4 миллиардов кубометров в 2010 году до более 33 миллиардов кубометров в 2018 году, вследствие чего Ашхабад стал крупнейшим поставщиком природного газа в Китай — на долю центральноазиатской страны приходится 27% от общего объема импортируемого Китаем газа.

Напрашивается вывод, что такая монополия на поставки газа в Китай предоставляет Туркмении определенную свободу по установлению тарифов. Однако, хотя Туркмения и не раскрывает свою выручку от продаж в Китай, аналитики считают, что цена довольно низкая. Также неизвестно, получает ли вообще Туркмения деньги за экспорт газа или газ уходит в обмен на китайское оружие и в качестве выплат по долгам за строительство газовой инфраструктуры.

Вряд ли в ближайшее время «Сила Сибири» может представлять угрозу туркменскому экспорту в Китай, где спрос будет оставаться на высоком уровне. По данным S&P Global Platts, в 2018 году Китай потребил 280 миллиардов кубометров, и ожидается, что к 2030 году эта цифра вырастет до 510 миллиардов кубометров. Более того, газопровод Центральная Азия — Китай не используется на полную мощность: Туркмения еще может увеличить поставки газа в Китай примерно на 5 миллиардов кубометров.

Но «Сила Сибири» ослабляет и без того уязвимую позицию Туркмении в переговорах о цене. Энергетические отношения Пекина с Ашхабадом, по сути, являются монопсонией, где позиция Китая как единственного покупателя ставит его в господствующее положение (на Китай приходится почти 80% экспорта туркменского газа). С увеличением поставок голубого топлива из России зависимость Китая от туркменского газа снизится. Хотя Ашхабад остается главным поставщиком газа в Китай, его доля уменьшится, если он не сможет построить новые трубопроводы.

И вот именно с этой точки зрения запуск «Силы Сибири» — болезненный удар. Четвертый участок газопровода Центральная Азия — Китай (линия D), строительство которого предполагалось завершить в 2016 году, по-видимому, отложен на неопределенный срок. Линия D позволила бы транспортировать дополнительно около 30 миллиардов кубометров.

Между тем, несмотря на регулярные заявления об обратном, нет убедительных признаков того, что проект ТАПИ, инициированный десятилетия назад как маршрут доставки туркменского газа на энергодефицитные рынки в Южной Азии, действительно развивается. А амбициозные планы по экспорту газа в Европу окутаны туманом неопределенности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.