Смотрите также сюжет: Новая ядерная гонка?

Договор по открытому небу нельзя назвать важнейшим соглашением по контролю над вооружениями. Однако намерение администрации Дональда Трампа выйти из него в некотором смысле является более тревожным признаком, нежели ее прошлогоднее решение выйти из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности. Если США выйдут из Договора по открытому небу, Вашингтон и Москва не смогут получать информацию о боевых развертываниях друг друга, в результате чего у чрезмерно подозрительных генералов появится еще одна причина бояться несуществующей опасности.

Подписать Договор по открытому небу предложил президент Джордж Буш-старший, когда Советский Союз еще существовал. Он предложил, чтобы у США, Советского Союза и их союзников была возможность совершать свободные полеты невооруженных разведывательных летательных аппаратов над территориями друг друга, чтобы сфотографировать войска и военную технику. В основе лежала идея, выдвинутая еще президентом Дуайтом Эйзенхауэром, о необходимости следить за тем, что стороны не ведут тайную подготовку к каким-либо военным операциям. Советский Союз отверг эту идею, и, хотя Россия подписала его при президенте Борисе Ельцине, у нее была масса опасений по поводу этого договора, и он был ратифицирован только в 2001 году.

Между тем сегодня Россия относится к этому соглашению с большим энтузиазмом, нежели США, несмотря на то, что стороны постоянно спорят по поводу самых разных аспектов их взаимоотношений, от ограничений на перелеты до фильтров камер и характеристик сенсоров. И, хотя США совершили в два раза больше разведывательных полетов над территорией России, чем Россия совершила над территорией США, российский министр иностранных дел Сергей Лавров сказал, что будет печально, если США выйдут из этого договора.

Как ни странно, одна из причин заключается в технологическом преимуществе России. Россия вложила много средств в новые самолеты и цифровую аппаратуру для ведения наблюдения. США долгое время экономили на этом. В прошлом году комитет Палаты представителей по делам вооруженных сил отверг планы по замене двух устаревших самолетов OC-135, используемых в наблюдении, хотя тогдашний министр обороны США Джеймс Мэттис (James Mattis) жаловался, что из-за состояния самолетов США могут выполнить только две трети запланированных миссий, тогда как Россия осуществляет 100% запланированных полетов.

В результате Сергей Рыжков, чиновник Министерства обороны России, отвечающий за выполнение условий этого соглашения, недавно написал в газете «Красная звезда», что российские технические средства наблюдения, применяемые в соответствии с этим договором, на пять-шесть лет опережают те средства, которые используют США.

Но постойте, разве спутниковые фотографии, — пусть даже речь идет о коммерческих спутниках — не представляют собой такое средство ведения разведки, которое сравнимо с полетами самолетов, оборудованных самым современным оборудованием? Разве США и Россия не могут видеть каждый квадратный сантиметр территорий друг друга из космоса?

Ответ — «по большей части, но не совсем». Рыжков написал, что с ноября по март на территории вокруг Москвы слишком сильная облачность, что мешает спутникам делать качественные фотографии, тогда как самолет-разведчик, действующий в соответствии с Договором по открытому небу, может лететь ниже облаков, на высоте в 1000 метров от поверхности земли. Кроме того, самолеты могут демонстрировать большую гибкость в выборе маршрутов полета, как отметили Александра Белл (Alexandra Bell) и Энтони Уир (Anthony Weir) в своей недавно опубликованной статье, посвященной этому договору. Они продолжили: «Уведомление, которое страны получают за три-четыре дня до пролета спутника над их территорией, дает им массу времени для перемещения их военной техники. Полеты самолетов-разведчиков требуют уведомления за 24 часа, а это повышает вероятность того, что им удастся провести точную оценку ситуации. Самолеты также могут развернуться и полететь в обратном направлении, чтобы сделать больше фотографий по сравнению со спутниками с фиксированной орбитой».

Со стороны США будет совершеннейшей глупостью упустить наращивание российского военного потенциала у западной границы России из-за плохой погоды. Это одна из причин, по которым Украина попросила США не выходить из договора.

Между тем, вместо того чтобы попытаться догнать Россию в вопросе технологий, в прошлом году конгресс одобрил — а Трамп подписал — закон о прекращении финансирования выполнения этого договора до тех пор, пока не будет установлено, что Россия полностью соблюдает все его требования.

Жалобы США на несоблюдение со стороны России связаны с тем, что Россия отказалась предоставить американцам возможность совершить разведывательные полеты над тем участком своих территорий, который граничит с Абхазией и Южной Осетией, и ограничила полеты над российским анклавом — Калининградской областью. Договор по открытому небу запрещает полеты ближе 10 километров от границ стран, которые не подписывали этот договор, а после короткой войны 2008 года с Грузией Россия признала Абхазию и Южную Осетию независимыми государствами, поэтому теперь она настаивает, что этот запрет должен распространяться на них. С точки зрения США и других стран мира, Абхазия и Южная Осетия — это часть Грузии, поэтому Вашингтон настаивает, что это ограничение в 10 километров не должно распространяться на них. Это принципиальный спор, однако непонятно, почему он должен мешать России и США вести наблюдение за тем, что делают их вооруженные силы на их огромных территориях.

В случае с Калининградом Россия утверждает, что введенные ей ограничения призваны помешать разведывательным самолетам постоянно летать туда-сюда и создавать помехи для пассажирских авиаперевозок. Разумеется, это довольно слабый аргумент, однако его нельзя назвать веской причиной для разрыва договора. Кроме того, в ответ на эти ограничения США запретили российским самолетам совершать полеты над отдельными важными в военном смысле участками Аляски и Гавайев. Это было вполне адекватным ответом, который, однако, не заставил Россию объявить о выходе из договора.

Между вооруженными силами и разведывательными сообществами Америки и России накопилась масса подозрений и недоверия, поэтому взаимные обвинения в неисполнении условий Договора по открытому небу неизбежны. Однако само существование этого договора доказывает, что его стороны все еще способны подавлять в себе это недоверие. Это один из немногих аспектов нынешних российско-американских отношений, который делает их лучше, чем в эпоху холодной войны.

«Покажите мне ваше, и я покажу вам свое» — это важный принцип в конфронтационных отношениях. Он имеет гораздо больше значения, чем любое обещание не разрабатывать определенные виды вооружений. Такой договор, как Договор о РСМД, может утратить актуальность в силу технологических и геополитических изменений, но открытость никогда не устаревает. Это главная причина, по которой США и Россия должны сохранить Договор по открытому небу, даже если он становится всего лишь пережитком лучших времен.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.