Дискуссия о формуле Штайнмайера идет уже несколько недель — поэтому «Европейская правда» еще в сентябре проанализировала как ее риски, так и возможности их обойти. Но ключевая претензия к власти остается точно такой же, как и месяц назад. Банковая не спешит информировать Украину о решениях, определяющих судьбу государства. События вторника являются печальным подтверждением этого факта.

Об официальном согласовании Киевом «формулы» сообщили не представители нашего государства, а российские СМИ. Да и сам Зеленский, выдержав полуторачасовую паузу, лишь подтвердил согласование «формулы», не обнародовав при этом скоординированный государством текст. Призвав верить в то, что власть не перейдет «красную черту», президент так и не обозначил, какими являются эти линии. Это молчание добавляет нервозности к реакции общества независимо от того, существуют ли достаточные основания для «измены».

Именно поэтому сейчас стоит напомнить, что на самом деле означает формула Штайнмайера, какие риски и угрозы в случае ее выполнения являются реальными, а какие — нет. «Европейская правда» напоминает о тексте в четырех редакциях, посвященных этой договоренности. Все они до сих пор остаются актуальными. А в дополнение мы получили новую информацию о том, что же было согласовано на этой неделе.

Что подписали в Минске?

Впервые окончательный текст модифицированной формулы Штайнмайера в редакции, приемлемой как для Киева, так и для Москвы, в интервью ЕвроПравде обнародовал глава МИД Украины Вадим Пристайко. Напомним, эта формула регулирует вопрос, когда должен заработать закон об особом статусе ОРДЛО, и звучит она следующим образом: «Закон вступает в силу в 20:00 по местному времени в день голосования на досрочных местных выборах в отдельных районах Донецкой и Луганской областей, которые назначены и проведены в соответствии с Конституцией Украины и специальным законом Украины, который регулирует проведение местных выборов в вышеупомянутых районах. Он будет действовать на временной основе до дня публикации итогового доклада миссией Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) ОБСЕ по наблюдению за выборами, на основе установившейся практики БДИПЧ ОБСЕ, о соответствии в целом досрочных местных выборов стандартам ОБСЕ и международным стандартам демократических выборов, а также украинскому законодательству и в котором дается ответ на вопрос, согласованный в «Нормандском формате», одобренный в Трехсторонней контактной группой и направленный Украиной в ее пригласительном письме и Председательством ОБСЕ Директору БДИПЧ.

Этот закон продолжает действовать на постоянной основе в случае, если в окончательном отчете БДИПЧ ОБСЕ согласно устоявшейся практике приходят к выводу о том, что досрочные местные выборы в отдельных районах Донецкой и Луганской областей были проведены в целом в соответствии со стандартами ОБСЕ и украинским законодательством, отвечая на вопрос, согласованный в нормандском формате, одобренный в Трехсторонний контактной группе и направленный Украиной в ее пригласительном письме и Председательством ОБСЕ Директору БДИПЧ». (прим: возможно лишь различие в переводе с английского, которым изначально формулировалась эта договоренность).

По информации «Европейской правды», 1 октября формула была согласована именно в этой редакции.
Но ведь точно такими были ее формулировки и две недели назад, когда в Минске Украина отказалась поставить подписи под этим документом.

Возникает вопрос: так что же изменилось?

Дело в том, что на встрече в Минске 18 сентября у Киева возникли претензии не к содержанию документа, а его оформление. Российская сторона хотела, чтобы под «формулой» стояли одновременно подписи представителя Украины и представителей марионеточных пророссийских «правительств» в Донецке и Луганске; Киев выступал против этого. И похоже, что этого опасного соседства удалось избежать — по крайней мере, сейчас это признают даже российские источники.

В отличие от «Минского протокола» 2014-го года, под которым подписались и тот же Кучма, представитель Украины в ТКГ, и Захарченко с Плотницким, сейчас согласие Украины на «формулу Штайнмайера» оформили иначе: отдельными личными письмами в адрес ОБСЕ от представителя Украины и «республик» о том, что они соглашаются с имплементацией «формулы», сообщает российское госагентство ТАСС.

Так что с российскими войсками?

Владимир Зеленский во вторник вечером заверил журналистов о том, что выборы на Донбассе не будут проходить, пока оттуда не будут выведены российские войска. Однако, в согласованной Украиной «формуле Штайнмайера» нет ни слова о выводе оккупационных войск. Как не странно, но в этом нет противоречия. Проще всего здесь процитировать бывшего министра иностранных дел Павла Климкина, который был свидетелем появления «формулы» еще в далеком 2015-м году. «Надо четко понимать, что формула не является дорожной картой выполнения Минска или плана деэскалации. Она касается только одного пункта Минских договоренностей: так называемого „особого статуса" ОРДЛО», — писал он в своей статье в ЕвроПравде несколько недель назад.

Зато вывод войск должен был бы регулироваться чем-то другим. В Минске такие дополнительные договоренности не согласовали. Официальный Киев говорит, что это не является проблемой, и отмечает, что к финальному тексту «формулы» вошла также фраза о том, что выборы на Донбассе должны проходить исключительно по украинскому законодательству (к слову, в начальной формуле Штайнмайера, которая фигурировала в 2015-2016-х годах, слов о соответствие украинскому законодательству не было, и их появление — это уже небольшая победа наших дипломатов).

Так вот, принятие закона о выборах, приспособленного к выборам на неподконтрольных правительству территориях — задача Верховной рады. Именно там должны быть прописаны и вывод войск, и другие условия, при которых местные выборы на Донбассе в принципе будут признаны Украиной.

К слову, Вадим Пристайко в своем интервью также назвал некоторые условия, при которых выборы в оккупированном Донбассе могут быть признаны честными. Но еще подробнее они перечислены в статье Марии Золкиной и Сергея Сидоренко «Украинизация Штайнмайера». Эта публикация готовилась еще до появления окончательного текста «формулы Штайнмайера», но до сих пор остается самым полным анализом того, как сделать ее безопасной для Украины. Главный ее вывод: сама по себе формула еще не является «предательством». Если проведение выборов не пустить «на самотек», если выдвинуть четкие условия и продумать детали, то выборы на Донбассе могут стать шагом к возвращению оккупированных территорий под контроль центральной власти.

Есть три ключевых требования, которые должна выдвинуть Украина, имплементируя формулу Штайнмайера.

Первое — это обеспечение безопасности в регионе еще до начала избирательного процесса. Кто именно должен контролировать Донбасс и гарантировать безопасность на этой территории — вопрос дискуссионный. Это может быть и миротворческая миссия ООН, однако не только она. Но в любом случае, оккупированная территория не должна оставаться под полным контролем ни России, ни самопровозглашенных «республик», потому что в этом случае говорить о свободных выборах просто не имеет смысла.

Второе требование — оценка соответствия выборов демократическим стандартам должна учитывать весь избирательный процесс, а не только день голосования.

И третье — Украина не должна соглашаться на массовую амнистию боевиков, делая акцент на индивидуальном подходе в каждом конкретном случае.

Однако при таких условиях, говорится в статье, осуществить реинтеграцию Донбасса за полгода просто невозможно. За это время можно разве что легализовать нынешний статус-кво и предоставить боевикам «официальный статус» — но это произойдет не на украинских условиях и с непредсказуемыми последствиями для государства.
И об этом риске нельзя забывать!

Главные угрозы

Примечательно, что даже Вадим Пристайко в интервью, которое мы уже упоминали, признает, что в согласованном в Минске сценарии «есть определенный риск». Его истоки — в том, что выводы о соответствие выборов законодательству будет давать не Украина, а наблюдательная миссия БДИПЧ ОБСЕ, «которой мы якобы все доверяем, но понимаем риски» (к слову, не путайте наблюдателей БДИПЧ с их коллегами из СММ ОБСЕ — это хоть и родственные, но все же очень разные организации).

Президент Зеленский во вторник обошел этот вопрос вниманием, но рано или поздно ему придется объяснять обществу, почему он уверен, что выводы миссии ОБСЕ будут достаточно честными, и что планирует делать Киев, если расхождения будут слишком значительные. Пользуясь случаем, напомним, что об этой истории писали другие дипломаты. Павел Климкин, который достаточно критически относится к реинкарнации «формулы Штайнмайера», все же признает, что миссии БДИПЧ ОБСЕ еще ни разу не закрывали глаза на соблюдение стандартов, чтобы назвать «в целом честными» выборы под контролем оккупантов. «Я не припоминаю, чтобы БДИПЧ ОБСЕ наблюдали за выборами на фактически оккупированной территории…. Согласно этим стандартам, выборы не могут проводиться при наличии иностранных войск и наемников. Нужны надлежащие условия безопасности», — писал экс-министр в статье «За кулисами „формулы Штайнмайера"«. Вместе с тем, главным риском Климкин видит попытки РФ «размыть понятие стандартов ОБСЕ относительно выборов». «Кремль будет доказывать, что среди них есть и принципиально важные, и не такие уж важные», — пишет дипломат.

Правая оппозиция, как известно, воспринимает договоренности о формуле еще категоричнее. Советник экс-президента Порошенко Константин Елисеев считает, что имплементация формулы Штайнмайера может быть лишь частью большой дорожной карты по выполнению Минских договоренностей. «Нет дорожной карты — нет формулы Штайнмайера. Киев должен видеть полную картину урегулирования», — написал дипломат в статье «Четыре условия для безопасности на Донбассе». Елисеев видит существенный риск того, что, решив донбасское уравнения, мы можем получить еще большую проблему. «Форсируя фиксацию формулы Штайнмайера, Москва продолжает расставлять ловушки, поскольку не оставляет планы федерализировать Украину. Так, в Кремле уже намекают «сядем, напишем и сойдемся посередине», но посередине будет максимально широкая автономия для Донбасса, которая дальше будет навязываться всей Украине», — считает он.

Сможет ли Украина обойти эти угрозы? Когда состоятся выборы на Донбассе? Состоятся ли они вообще? Эти и многие другие вопросы пока остаются открытыми. Но можно с уверенностью говорить, что ответы на них будут зависеть исключительно от команды Зеленского. Подытоживая, можно сказать: документ, подписанный во вторник, еще не является «предательством». И только действующая власть, которая контролирует и правительство, включая внешнеполитический блок, и парламент несет ответственность за то, чтобы он не стал «предательством» в дальнейшем.

Но если Владимир Зеленский и его команда и дальше будут скрывать итоги договоренностей и проигрывать россиянам информационную войну на своем поле, как это случилось во вторник, то созданная ими социальная напряженность может иметь последствия независимо от того, является ли «измена» реальной. Потому что даже при нынешнем высоком уровне поддержки действующей власти существуют моменты, на которые люди не смогут закрыть глаза. Трагические события под ВР 31 августа 2015 года года является лучшей иллюстрацией этому. К слову, такое последствие формулы Штайнмайера — если оно станет точкой раскола украинского общества — удовлетворило бы Кремль значительно больше.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.