Отсюда должен выход быть,

Сказал плутишке шут.

Здесь слишком много суеты,

Покоя здесь не найти.

Дельцы здесь пьют мое вино,

Селяне пашут землю мою.

Все они небольшого ума,

И слово не держат свое.

Боб Дилан, «Испокон веков у сторожевой башни» («All Along the Watchtower», версия, увековеченная Джими Хендриксом)

Камбоджа — Таинственные улыбки каменных изваяний в храме Байон близ Ангкор-Вата в камбоджийской провинции Сиемреап как нельзя лучше подходят для того, чтобы мы могли мысленно погрузиться в водоворот истории и представить, как расцветают и рушатся империи в своем бесконечном стремлении к власти — обычно из-за того, что они в конце концов ввязываются в ту самую войну, которой стремились избежать.

Байон был построен как храм государственного значения в конце XII века бесспорной суперзвездой кхмерских империй, Джаяварманом VII. Его волшебные барельефы рассказывают об истории вперемешку с мифологией, изображая повседневную жизнь кхмерского общества.

Сегодня мы до сих пор не знаем, чьи именно лица высечены на гигантских каменных храмовых скульптурах. Возможно, это изображение Брахмы или самого Джаявармана — практикующего буддиста. Наверняка мы знаем лишь то, что славная кхмерская империя — непревзойденная в искусстве и архитектуре и по-своему мягкая в том смысле, что полномочия властей ограничивались отношениями царя с богами — сошла на нет после XV века, разоренная войной с тайцами, а затем с вьетнамцами.

Каменные улыбки, стоящие «испокон веков у сторожевой башни» — живое напоминание о том, как поднимаются и приходят в упадок империи, и могут также легко в геополитическом отношении, с налетом буддистского представления о скоротечности времен, стать символом наших непростых времен гибридной войны. И современной американской империи.

Всегда забавно наблюдать, как американские аналитические центры, такие как ответвление ЦРУ «Стратфор» (Stratfor), то и дело отмечают очередной успех в дестабилизации России с помощью этой стратегии.

Гибридная война с Россией началась в 2014 году по двум направлениям: ручным нефтяным государствам Персидского залива было приказано обвалить цены на нефть, а также ввести санкции после того, как Россия выступила против переворота — по сути, цветной революции — в Киеве. Гибридная война была разработана на уровне глубинного государства как способ, который мог бы на корню задавить выдающийся подъем России после прихода на пост президента Владимира Путина в 2000 году. У переворота в Киеве была явная задача в стиле Збигнева «Великая шахматная доска» Бжезинского — втянуть Россию в партизанскую войну наподобие афганской.

Конечно, Россия пострадала в экономическом отношении, но затем начала постепенно восстанавливаться, диверсифицируя производство и наращивая свои сельскохозяйственные мощности. И все же гибридная война всегда приводит к тому, что, как только возникнут экономические трудности, правительство обязательно станет непопулярным. Затем на сцену выйдут фальшивки и предатели: Алексей Навальный в России или «протесты» в Гонконге, которые по задумке глубинного государства должны привести к восстанию в Пекине.

В Гонконге небольшое радикальное ядро провокаторов, чьи методы позаимствованы у киевского Майдана, несгибаемо придерживается плана: вынудить Пекин пойти на Тяньаньмэнь 2.0, тем самым выведя повальную демонизацию Китая на новый уровень.

За этим известным узкому кругу лиц сценарием неизбежно последует то, что «Запад», а также обширные участки Глобального Юга объявят бойкот Новому шелковому пути, или инициативе «Пояс и путь»: сложной, многоуровневой стратегии экономической интеграции, которая вышла далеко за пределы Евразии.

Гонконг: незначительный актив

В Гонконге все беспокоятся в первую очередь о деньгах, а затем — о Китае.

Значение годового ВВП Китая на душу населения составляет около 9700 долларов США. ВВП Гонконга на душу населения составляет почти 49 000 долларов США — выше, чем в Германии и Японии. Неудивительно, что никто в Гонконге не хочет жить «как в Китае». Поэтому деньги для гонконгцев являются основной причиной опасаться «китайского господства». Лишь несколько сторонних наблюдателей, таких как тайский экономист Чартчай Парасук (Chartchai Parasuk), особо отмечают это.

Гонконг стремительно теряет свое значение для Китая. В начале и середине 1990-х годов, во времена «азиатских тигров», которых восхвалял Всемирный банк, доля Гонконга в ВВП Китая составляла 27%. Сегодня это жалкие 2,7%.

Капитал неуклонно перемещается в Сингапур, чей годовой ВВП на душу населения сейчас даже выше, чем в Гонконге. Реальная заработная плата сейчас ниже, чем в начале десятилетия. А богатые китайцы с материка скупают все, что видят, перекрывая таким образом все пути наверх для обычных гонконгцев.

До сих пор привлекательность Гонконга для Китая заключалась в его уникальном положении мегапорта свободной торговли, традиционного пути на материк и одного из ведущих мировых финансовых рынков. Но это все в прошлом. Шэньчжэнь, который находится по ту сторону границы, уже превратился в главный технологический центр Китая, а Шанхай медленно, но верно превращается в главный финансовый центр.

Китай также подвергается атакам в духе гибридной войны, которые реализуются через торговую войну и санкции. Предел имперской американской «мечты» — сделать Китай своим вассалом. Торговля тут ни при чем. Нет никакого смысла пытаться избежать торгового дефицита с Китаем только для того, чтобы те же продукты потекли из Таиланда или Индии. На самом деле это скорее гибридная война широкого спектра: попытки дестабилизировать и, возможно, покорить Россию, Китай и Иран, три ключевых центра объединения Евразии.

Новая гибридная политика

Стратегия гибридной войны спровоцировала наше текущее состояние финансовой войны. А это неизбежно подразумевает ответный удар. То, что доллар США стал оружием в войне, побуждает Россию, Китай и Иран, а также Турцию, Сирию и Венесуэлу сконцентрировать все свои усилия на поиске альтернатив. Возможно, в центре теперь будет потребительская корзина, или же речь пойдет о золоте. Хитроумный инвестор Джим Рикардс (Jim Rickards) называет Россию, Китай, Иран и Турцию «новой Золотой осью».

Все, что происходит в наши бурные времена в геополитическом и геоэкономическом плане, связано с имперской борьбой США против стратегического партнерства России и Китая. Только полная «победа», какие бы средства для этого ни пошли в ход, может обеспечить продолжение того, что можно назвать Новым американским веком.

Теперь нам придется вернуться к аксиоме Клаузевица, согласно которой война изначально является продолжением политики, но другими средствами.

Клаузевиц утверждал, что война — это самый настоящий политический инструмент. Теперь новое прочтение Клаузевица выглядит так: «Гибридная война — это политика другими средствами».

Средства теперь выходят далеко за рамки обычной войны, как во времена кхмерской империи. Разворачивается война с элементами нерегулярных вооруженных формирований и кибервойны; фейковых новостей; правовых механизмов (как в Бразилии); вмешательства в выборы и даже «дипломатии» (типа «безгалстучной дипломатии» или экономической блокады в отношении Ирана и Венесуэлы).

Песня «Испокон веков у сторожевой башни», написанная Диланом и исполненная Хендриксом во времена надвигающейся бури — это зловещее предзнаменование «Апокалипсиса сегодня» (фильм Фрэнсиса Форда Копполы о войне во Вьетнаме, — прим. перев.). Именно его нам едва слышно, с загадочной улыбкой шепчут победившие скоротечное время каменные статуи Байона, и оно, кажется, очень подходит для нашей эпохи гибридной войны.

Берегитесь: приближаются бледные всадники, и поднимается ветер.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.