Взрыв, все бегут, военные в панике, тревога. В Москву отправлено сообщение, что все под контролем. Пытаются пресечь панику. Или скрыть правду. Все это вполне могло происходить в апреле 1986 года, когда взрыв разрушил четвертый энергоблок Чернобыльской атомной электростанции имени В.И.Ленина, а тогдашнее высшее руководство Советского Союза попыталось замять трагедию.

Однако это произошло не в 1986 году, а в минувший четверг, 8 августа, во время испытаний в Северодвинске, расположенном недалеко от Архангельска (1200 километров к северу от российской столицы). Компания «Росатом» по заказу Кремля проводила испытания новой межконтинентальной крылатой ракеты 9М730 «Буревестник», с помпой представленной в июле 2018 года Владимиром Путиным.

Однако в ходе испытаний что-то пошло не так, и погибли пять человек. Сначала правительство попыталось скрыть информацию, заявив, что погибших всего двое. Затем в заявлении, опубликованном в субботу, 10 августа, госкорпорация «Росатом» признала, что погибших было пять, и что еще трое сотрудников госпитализированы и отправлены в столицу для лечения. Вся информация была неточной, подозрения росли. История повторялась.

В понедельник правду уже было невозможно скрывать. Уровень радиации в Архангельске и его окрестностях превысил норму, в аптеках раскупили весь йод. Так испуганные местные жители пытались обезопасить себя. И они были правы, — их снова бросили на произвол судьбы.

Кремль признал серьезность аварии только во вторник. Он призвал жителей Неноксы, ближайшего к месту аварии населенного пункта, готовиться к тому, чтобы покинуть свои дома. На следующий день, в эту среду, их должны были увезти на поезде. Путин объявил мини-эвакуацию.

Из-за атмосферы таинственности и недосказанности, которая окружает аварию, газета «Уолл-стрит джорнэл» назвала статью, посвященную последним событиями, «Чернобыль Владимира Путина». Если русский царь читал газету, такое название должно было сильно расстроить его. Однако у того, кто в течение двух десятилетий стоит во главе России, времени на интернет мало. У него и без этого всегда хватает внутренних проблем, с которыми необходимо срочно разобраться.

Помимо утечки радиации, у него по всей стране проходит волна протестов. Особенно в Москве, где они шумнее всего. Народное недовольство его политикой растет, обратно пропорционально экономике и рейтингу Путина. Демонстрации жестоко подавляются Кремлем. Аресты и обыски посреди ночи учащаются, чтобы сломить решимость недовольных режимом.

Полиция определяет самых активных демонстрантов и преследует их до самого дома. Те скудные политические права, которые все еще имеются у российских граждан, стремительно сокращаются, что только усиливает народное недовольство. Подобное было абсолютно немыслимо в самом начале бесконечного правления Путина. В соответствии с уголовным кодексом, некоторым активистам грозит до пяти лет лишения свободы. Такова цена свободы слова.

Но с каждой неделей все больше и больше граждан отваживаются выйти на улицу, чтобы их услышали. Протесты начались в крупных городах и распространились по всей стране. Власть рассматривает их как серьезную угрозу и пытается с ними бороться. Однако теперь их уже так просто не пресечешь. Популярность царя снижается такими же темпами, как пустеют карманы граждан.

Две тревожных проблемы в Китае

Си Цзиньпину тоже следует определить свои главные проблемы. Выбраться из запутанного лабиринта, в котором он оказался, он сможет, только если взлетит над ним. Особенно опасна ситуация на юге от Пекина, в Гонконге.

Демократические настроения сотен тысяч гонконгцев ставят там под угрозу китайскую власть. Протестующие захватили аэропорт, проигнорировали угрозы и бросили вызов репрессивной машине Коммунистической партии Китая. И сделали они это на глазах у всего мира. Демонстрации, начавшиеся в ответ на попытки режима принять закон об экстрадиции жителей острова на континент, переросли в борьбу за свободу и демократию. А это является угрозой военному статус-кво, который намерен поддерживать Си Цзиньпин.

Здесь Пекин промахнулся. Стремление судить по своим собственным законам граждан, которые всю жизнь прожили в условиях республиканской безопасности, было ошибочно. Никто, будучи в здравом уме, не пошел бы на такое: на порабощение, изменение законов и отказ от основных прав.

Кроме того, 2019-й — это не 1989 год. Чуть более 30 лет назад, в апреле-июне 1989 года, Дэн Сяопин приказал жестоко разогнать студенческую демонстрацию на знаменитой площади Тяньаньмэнь в Пекине. Сотни, а может и тысячи человек (цифра так никогда и не была объявлена официально) были убиты китайскими властями, объявившими о введении военного положения. Десятки тысяч человек получили ранения. Мировая общественность осудила чрезмерную жестокость, с которой власти ответили на протесты, и Китай столкнулся с изоляцией, повлиявшей на его финансовое и экономическое положение. Планета осудила и отвернулась от него.

С того трагического эпизода прошло три десятилетия. Тогда у центрального правительства имелся полный контроль над Пекином. Сегодня подобного контроля над Гонконгом у него нет. Тогда у населения не было мгновенного и свободного доступа к информации. Теперь же узнать, что происходит, и опубликовать видео любого злоупотребления властью — это дело одного клика.

Станет ли Си Цзиньпин терпеть очередную международную изоляцию, если он нанесет жестокий удар по демонстрантам? Привлечение к этому Народно-освободительной армии Китая (как это сделал Дэн Сяопин) одобряется в коммунистических кругах. Однако подобные меры не могут не подтолкнуть еще сотни тысяч гонконгцев на улицы, как это произошло в июне 1989 года в столице. Волна недовольства может стать сокрушительной. Международная изоляция явится мгновенным откликом общественности на слишком суровые ответные меры правительства.

К этому следует добавить и географический фактор. Гонконг является главным торговым и финансовым центром в Азии. Для Китая экономика Гонконга так же важна, как и континентальной части страны. Малейший кризис может привести к краху крупнейших китайских компаний. Неужели Си Цзиньпин готов нападать сам на себя?

Глава Китая задумывается над этим снова и снова. Обдумывает все еще раз. Он знает, что не может проявить слабость, но, с другой стороны, любые несоразмерные действия могут ударить по нему самому, его власти и экономике, как бумеранг. Более того, он находится на грани торговой войны, навязанной Соединенными Штатами. Действия на нескольких фронтах одновременно могут нарушить планы Си Цзиньпина на пожизненное пребывание у власти.

Мадуро, неудобный партнер

У России и Китая появляется еще одна проблема. Николас Мадуро, венесуэльский диктатор, которого они поддерживают и используют, приносит им больше политических проблем, чем экономических выгод. Они бы уже давно распрощались с Мадуро, но сначала он может оказаться им очень полезным в решении некоторых проблем.

Хозяин дворца Мирафлорес знает это. Ему небезынтересны проблемы его союзников. Он знает, что Россия и Китай больше обеспокоены своими внутренними делами, чем событиями в Латинской Америке. Сотрясать стол переговоров на Барбадосе, возможно, было не самым умным решением почитателя Саи Баба. Хотя он выиграл некоторое время, он упустил многие возможности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.