Вот уже пять лет длится война на востоке Украины. Однако теперь ожесточенные позиции противоборствующих сторон, похоже, несколько смягчаются.

По крайней мере, они вновь говорят друг с другом о Донбассе. Примерно половину всего времени, что длится конфликт на востоке Украины, президенты Украины и России молчали и не искали пути к его решению. Фактически ничего не происходило и на многостороннем уровне — в так называемом «Нормандском формате», созданном после заключения Минских соглашений в 2015 году. Хотя президенты и главы правительств Украины, России, Германии и Франции регулярно говорили друг с другом по телефону, но к окончанию войны им приблизиться так и не удалось.

И вот в четверг состоялся первый телефонный разговор президентов Владимира Зеленского и Владимира Путина. В первую очередь, они обсудили вопросы обмена пленными и облегчения ситуации для гражданского населения — то есть до сути конфликта пока еще не дошли. Но, как бы то ни было, не прошло и 100 дней после вступления Зеленского в должность президента, а ситуация уже сдвинулась с мертвой точки. Потому что разговор с Путиным состоялся именно по его инициативе.

В начале июня украинский президент предложил своему московскому коллеге встретиться в Минске. Свои планы он представил почти одновременно в рамках своих визитов в Париж, Брюссель и Берлин. При этом, по его словам, участвовать во встрече должны были бы не только участники «Нормандского формата», но и президент США Дональд Трамп и премьер-министр Великобритании Тереза Мэй. Свое послание в адрес Москвы Зеленский опубликовал на своей странице в Фейсбуке (Facebook), сделав типичную для бывшего комедианта ремарку: надо же поговорить о том, «чей Крым и кого нет в Донбассе». Своеобразно сформулированная фраза про Донбасс — ироничная отсылка к тому, что на Украине и в России понимает каждый. Каждый раз, когда Кремль слышит обвинения в поддержке сепаратистов на Украине, он отвечает: «Нас там нет!» Москва упорно отрицает свое участие в войне.

На свой призыв Зеленский получил ответ от российского МИД: так — через Фейсбук — дела не делаются. Есть дипломатические каналы, чтобы всерьез заняться подготовкой переговоров на высшем уровне. Впрочем, сам Путин велел своему пресс-секретарю ответить, что Москва не отвергает никаких форматов общения. Однако некоторые вопросы, по его словам, все же возникают: например, в какой функции в такой встрече могла бы участвовать госпожа Мэй? Когда переговоры начнутся, она, скорее всего, уже не будет британским премьером. С точки зрения Москвы, переговоры имело бы смысл начинать после парламентских выборов на Украине, запланированных на 21 июля, и начала полноценной работы украинского правительства. То есть не раньше, чем в конце августа или начале сентября.

Между тем, несколько изменяется в последнее время и ситуация на линии фронта на востоке Украины. При этом видно, что Зеленскому при смене курса и поиске компромиссов с Москвой приходится преодолевать мощное сопротивление в собственной стране. Когда новое руководство в Киеве договорилось с сепаратистами о перемирии и отводе военной техники от линии фронта, перед президентским дворцом в Киеве собралась настоящая демонстрация протеста, в которой участвовали сторонники бывшего президента Петра Порошенко и другие недовольные, выступающие против уступок Москве. Им не понравилась даже договоренность об обмене пленными. Его организовал оппозиционный политик, однозначно представляющий в Киеве интересы Москвы и ведущий предвыборную борьбу, позиционируя себя в качестве «миротворца».

Заверения Кремля о готовности к переговорам — одно дело. Но при этом Москва по-прежнему говорит с Киевом, что-то от него требуя, написала на днях газета «Украинская правда». Путин настаивает на прямых переговорах Украины с сепаратистами, что неприемлемо для нее, а также противоречило бы Минским соглашениям.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.