Америка — по-прежнему мощное государство, но оно окончательно утратило подлинное мировое доминирование. Сегодня мир уже в значительной степени (пусть и ассиметрично) многополярен, и даже внутри так называемой евроатлантической семьи народов больше нет места американской гегемонии. Разумеется, США по-прежнему сильны, но Вашингтон все чаще сталкивается с возражениями союзников, а кроме того, все чаще в экономике и политике заявляют о себе новые силы, за пределами этого круга.

Большая игра

Проанализировав примеры многих империй, Герфрид Минклер очень точно подметил, что «те, кто отстает в гонке за политической и экономической властью, не только уступают место своим конкурентам, но и встают на путь гибели». В Белом доме это прекрасно понимают и поэтому отчаянно пытаются что-то сделать, чтобы обуздать Китай и Россию. Но в борьбе со временем, которое медленно, но верно уходит, и в страхе за будущее США совершили множество иррациональных шагов, которые осложняют международные отношения, всем вредят, но в конце концов больнее всего ударят по самой Америке. Однако оставим сейчас широкие темы в стороне. Что касается нас, дело обстоит намного проще, хотя суть та же.

Сербия и Балканы вообще, а точнее косовская проблема, которая в мировом масштабе наиболее значительна, не играют сегодня такой же большой роли, как прежде. Косовская проблема всем известна. Значимые мировые игроки занимаются ею более или менее активно, но к приоритетным ее не относят. Это не означает, правда, что в случае необходимости они не подольют масла и в наш огонь. Но сейчас на Балканах ожесточенных боев нет. Более того, через Балканы не пролегают трассы для прорыва в другие регионы. И все-таки у нас разворачиваются схватки за престиж, в которых разные силы получают или теряют несколько очков в международной игре. Именно с этой точки зрения и стоит расценивать новости о новом косовском переговорном цикле. Если бы не далеко идущие последствия, вообще неизвестно, кого эти переговоры могли бы заинтересовать.

Косовский вопрос

Конечно, европейские силы пытаются в рамках решения косовского вопроса достичь собственных определенных целей. Они не так уж значительны, но и игнорировать их нельзя. Европа боится пороховой бочки у себя на задворках. Определенные интересы с Балканами связывает и Россия. Что касается США и Китая, то для них косовская проблема на самом деле имеет второстепенное значение. Китай проявляет к ней определенный интерес только из-за дружбы с Сербией и готов поддержать нас, если мы будем настаивать. Америка Трампа предпочла бы вообще забыть о Косово. Однако на нее давит бремя прошлого, хотя нынешняя администрация, по крайней мере ее верхушка, весьма равнодушно относится к своим традиционным албанским «друзьям». Это, конечно, не означает, что из-за обязательной преемственности государственной политики Соединенные Штаты готовы на радикальный разворот во благо Белграда.

Отнюдь! Создается впечатление, что, несмотря на общую утрату интереса к Косово, США внезапно проявили готовность более активно включиться в решение этой проблемы. При этом кажется (или нас упорно хотят в этом убедить), что американский подход к ней намного объективнее европейского, то есть американцы демонстрируют большее понимание положения сербского населения и в соответствии с этим предлагают приемлемые условия для достижения косовского компромисса. Они не за нас, но они уже и не против нас. Похоже, теперь Германия превратилась в главного помощника Приштины. Россия — наш союзник, а США заняли промежуточное положение, пользуясь при этом большим влиянием на албанцев, которые по-прежнему с благоговением и страхом относятся к Соединенным Штатам. Вместе с тем США выступают за честное обхождение с сербами.

Американская конница

Таким образом, почти сам собой напрашивается вывод: лучше всего, если бы Вашингтон взял в свои руки узды переговорного процесса между Белградом и Приштиной. Брюссель, а точнее Берлин попробовали свои силы и потерпели неудачу. Москва близка Сербии, но не пользуется никаким влиянием ни на албанцев, ни на происходящее в Косово и Метохии. Так что Россия просто не может выступить в роли самостоятельного посредника. Остаются США. В такой обстановке в Белград приезжает Мэтью Палмер, сотрудник Госдепа, который занимается нашим регионом.

В Сербию он приехал якобы для того, чтобы помочь разморозить брюссельский переговорный процесс. Во время своего недолгого пребывания у нас он выступил и, как и раньше, сделал заявления для СМИ, весьма сдержанные и корректные. Он упомянул справедливый компромисс, необходимость вернуться на путь переговоров, требования отменить гипертрофированные пошлины, которые власти отделившегося Косово ввели на товары из других регионов Сербии. Кажется, как будто Соединенным Штатам важно, чтобы усилия Европейского Союза не пропали даром и чтобы в Париже дело сдвинулось с мертвой точки. Неужели все так и есть на самом деле?

Непристойное предложение?

Я не располагаю достаточным количеством проверенной информации, чтобы ответить на этот вопрос. Но настроен я скептически. Данные из дипломатических кругов, которые впоследствии подтвердились, говорят о том, что американцы ждут от нас, в первую очередь, что мы сами попросим их посредничества, поскольку агония с переговорами затягивается. Если бы албанцы попросили США, то Сербия закономерно потребовала бы включения России в переговорный процесс. Но если уж сам Белград признает, что полезнее всего для достижения прогресса — доверить роль посредника заокеанской державе, то ситуация получается совсем иной. Что на это (официально) ответят Москва и Пекин?

Таким образом, Вашингтону удалось бы заработать важное очко в международной игре за престиж. Американцам важно не Косово, а то, как его можно использовать в большой игре, в которой они участвуют. Это понятно. Получилось бы, что Америка по-прежнему остается важнейшей силой, на положительную роль которой надеются даже те страны, которые не входят в НАТО и Европейский Союз, которые с ними связывает сложная история и которым в Европе ближе всего Россия, а также, возможно, Китай. Но что в таком случае получим мы? Если за кулисами уже согласован некий приемлемый для нас план (хотя я в этом сомневаюсь), то мы можем получить некий косовский компромисс. Но и тогда, как я думаю, в этой игре для нас будет намного больше минусов, чем плюсов.

Раздумья Москвы

Если Белград инициирует привлечение Соединенных Штатов к переговорам в качестве главного фактора, в России и Китае это воспримут крайне негативно. Все выглядело бы так, как будто мы полагались на РФ и Китай до тех пор, пока не достигли договора с другой стороной, а потом просто отвернулись от россиян и китайцев. Геополитика — штука суровая. Каким бы русофилом я ни был, я смог бы принять подобный сценарий, если бы мы одновременно приемлемо решили косовскую проблему, а также проблему статуса Республики Сербской и положения сербов в Черногории. Однако мне это кажется иллюзорным. Если мы и достигнем каких-то позитивных сдвигов, то они будут касаться только Косово, но мы и за них поплатились бы, полностью лишившись поддержки Москвы и Пекина.

Что делать с Республикой Сербской? Если бы Россия не оказывала никакого влияния в Боснии и Герцеговине, не остановилась бы централизация этого сложного государственного объединения. Опять-таки если бы Белград предпринял в косовских переговорах шаги, которые в Кремле оценили бы негативно, то в вопросе Республики Сербской мы уже могли бы не рассчитывать на ту поддержку, которой пользуемся сегодня со стороны России. И если вернуться к переговорам о Косово, то еще большой вопрос, действительно ли США предлагают нам в них нечто приемлемое. Возможно, справедливым компромиссом американцы считают ситуацию, когда мы признаем Косово в нынешних границах, а албанцы соглашаются на формирование Объединения сербских общин? Но для нас это совсем не справедливое решение, и пока ничто не говорит в пользу того, что Вашингтон имеет в виду нечто, что мы на самом деле могли бы назвать справедливым компромиссом.

(Ир)рациональный расчет

Официальный Белград все это хорошо понимает. И поэтому, я уверен, Белград не примет возможное неформальное американское предложение пригласить США в роли эксклюзивного (или вместе с ЕС) посредника в новый формат переговоров. Это очень навредило бы сербским интересам. Если американцы и в самом деле считают этот вариант реальным, то они в плену иррационального. Тогда, по их мнению, мы очень наивны и глупы.

В начале текста я сказал, что США совершают массу иррациональных шагов на международной арене. Но тот шаг, о котором мы только что говорили, был бы совсем не таким. Он был бы хитрым и полезным для США, потому что мы оказались бы большими американцами, чем сами американцы. Только тут есть одно условие: надо, чтобы их придумку у нас приняли. Но я уверен, что этого не произойдет. Зачем Сербии становиться пушечным мясом и помогать хоть немного замедлить снижение международного значения страны, которая не сделала нам ничего хорошего? Поэтому новая американская идея, как повысить престиж с помощью косовских переговоров, и выглядит иррациональной.

Если говорить о косовских переговорах, то США не понесут из-за нашего отказа таких же убытков, как из-за собственных действий, которые привели к экономической войне с Китаем. Но все же сложившаяся ситуация подтверждает: Вашингтон медленно, но верно теряет ориентиры. Проводя подобную политику у нас и в других частях мира, США, конечно, не замедлят, а уж тем более не остановят падение своих «акций» на мировой геополитической бирже. Причина уже не в их имперском эгоизме, а в своеобразном аутизме и все меньшей способности действовать, пусть и эгоистично, но все-таки приемлемо хотя бы для определенных их соратников. Таков подтекст визита Палмера в Белград.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.