С точки зрения критиков, и.о. президента Касым-Жомарт Токаев, который сменит Назарбаева в его кресле, является не более чем «мини-я» Нурсултана Абишевича — немного обновленной версией прежнего лидера, который будет следовать той же странной модели авторитарной модернизации и неравномерного социального и экономического развития.

Чтобы разобраться в нюансах ситуации Eurasianet.org обратился к своим журналистам, многие годы освещавшим события в регионе — Джоанне Лиллис, Алмазу Куменову, Крису Риклтону и Алие Утеуовой.

Но сначала давайте разберемся с основными положениями. Кто баллотируется на предстоящих выборах? Можно сказать, что, в основном, политические легковесы.

Токаев одержит победу, потому что за ним стоит вся государственная машина. Также баллотируется интеллигентно себя ведущий оппозиционный политик Амиржан Косанов, допуск которого к выборам был неожиданной уступкой со стороны властей.

Затем следуют малоизвестные фигуры: Дания Еспаева от проправительственной партии «Ак жол», Толеутай Рахимбеков от концентрирующейся на сельских вопросах политической партии «Ауыл», Жамбыл Ахметбеков от Коммунистической народной партии Казахстана, Садыбек Тугел от движения «Орлы Великой степи», а также бывший функционер правящей партии «Нур Отан» Амангельды Таспихов. Страница о данных выборах в Википедии коротко и ясно отражает ситуацию: вместо фотографий четырех из вышеперечисленных кандидатов зияют пробелы.

Но давайте послушаем, что думают по поводу выборов наши корреспонденты.

Eurasianet.org: Джоанна Лиллис, почему голосование проводится именно сейчас? О чем говорит выбор этой даты?

Лиллис: Смысл состоит в легитимизации Токаева в качестве президента Казахстана после его прихода к власти вследствие отставки Назарбаева. Сейчас он является неизбранным президентом, хотя и пришедшим к власти законным путем в соответствии с конституцией. Чтобы обеспечить его легитимность как внутри страны, так и за рубежом, лица, отвечающие за процесс перехода власти — Назарбаев и его окружение — теперь обеспечат решительную победу Токаева на тщательно срежиссированных выборах. Но вопросы по поводу легитимности выборов останутся по нескольким причинам, включая то, что власти всегда используют для обеспечения желаемых результатов административный ресурс, а также то, что не были созданы равные условия для всех кандидатов, но, по крайней мере, никто не сможет сказать, что Токаев — не избранный президент.

Eurasianet.org: В своей книге «Темные тени» Вы упоминаете о Токаеве лишь вскользь. Он давно являлся важной, но в основном действующей за кулисами фигурой. Почему выбор пал именно на него, и как он справится с этой задачей?

Лиллис: Изучающие казахстанскую политику сходятся во мнении, что он является относительно нейтральной фигурой, которая не вызовет резкой негативной реакции со стороны конкурирующих групп элиты из окружения Назарбаева, которые ведут непрекращающуюся борьбу за власть и ресурсы. Если бы он выбрал более влиятельную с политической или экономической точки зрения фигуру, пользующуюся мощной поддержкой со стороны той или иной группы, это вызвало бы яростное сопротивление со стороны соперников и привело бы к дестабилизирующей ситуацию борьбе за власть, чего Назарбаев хотел избежать любой ценой.

Политолог Досым Сатпаев недавно поделился со мной интересной теорией о том, что процесс перехода власти в Киргизии послужил поучительным уроком для Назарбаева. Там возник дестабилизирующий ситуацию раскол между президентом Сооронбаем Жээнбековым и экс-президентом Алмазбеком Атамбаевым, назначившим Жээнбекова своим преемником. Согласно этой теории, Назарбаев хотел быть уверенным в том, что выберет податливого и очень верного человека, который будет выполнять его приказы и не станет проявлять самостоятельность. Теория представляется логичной.

При этом, по какому сценарию пойдет соперничество между элитами и борьба за власть после того, как Назарбаев рано или поздно покинет политическую сцену, вопрос открытый…

Eurasianet.org: Звучит логично. Алмаз Куменов, Вы живете в Алмат-Ате, крупнейшем городе страны. Ощущается ли предвыборная лихорадка? Чувствуете ли вы вообще, что в стране грядут выборы?

Куменов: Предвыборная лихорадка ощущается в фейсбуке. Многие — не только эксперты и активисты, но и люди, которые никогда, казалось бы, не интересовались политикой — обсуждают кандидатов, особенно Токаева и Косанова. Некоторые говорят о том, за кого будут голосовать.

Многие поддерживают Косанова. Судя по всему, на их выбор сильно повлияли недавние случаи преследования активистов и переименование Астаны в Нур-Султан.

Между тем на улицах единственным напоминанием о предстоящих выборах являются рекламные щиты.

Eurasianet.org: Но подождите, если все в интернете говорят о Косанове, означает ли это, что у него есть шанс?

Куменов: У него нет шансов на победу, поскольку проводившиеся в Казахстане на протяжении последних 30 лет выборы показали, как власти используют административный ресурс для достижения необходимого им результата. Вопрос не в том, кто станет победителем, — им, несомненно, будет Токаев, — а в том, какой процент голосов позволят получить Косанову. Я уверен, что Косанов тоже понимает, что смысл этих выборов для него не в том, чтобы прийти к власти, а в том, что они придадут значительный импульс его политическим устремлениям.

Eurasianet.org: Недавно вы подготовили материал о транслировавшихся по телевидению предвыборных дебатах. Какое у вас сложилось впечатление о них?

Куменов: Дебаты были не особо интересными, т.к. являлись совершенно искусственными. Все было похоже на сценическую игру персонажей, которые заранее знали, как им следует вести себя и что им следует говорить. Когда смотришь дебаты, не ожидаешь, что кандидаты будут зачитывать заранее подготовленные ответы на вопросы. Но я бы не сказал, что подобное вызвало особый шок — это Казахстан.

Eurasianet.org: Крис Риклтон, вы немного более детально изучали Косанова. Что Вы о нем думаете? Мы все были удивлены, когда ему позволили баллотироваться. Почему, на Ваш взгляд, это произошло, и что, по Вашему мнению, его ждет?

Риклтон: Споры вокруг Косанова на самом деле не о том, служит ли его имя в избирательном бюллетене какой-либо цели для режима — он сам это признал. Скорее, речь о том, заключил ли он некое соглашение с властями относительно тона и масштабов его предвыборной кампании, и о том, что он будет делать после оглашения результатов. (Косанов категорически отрицает существование какого-либо соглашения — прим. ред.).

На мой взгляд, несмотря на свой оппозиционный послужной список, Косанов не похож на кандидатов от оппозиции, баллотирующихся в Украине, или даже в более динамичном с точки зрения политических процессов Киргизии. Популярность режима за последние пять лет резко упала из-за последовавшей за обвалом цен на нефть экономической стагнации и заметного закручивания гаек в политической сфере. Подобная ситуация создает значительные возможности для любого, кто решит бросить вызов представителю истеблишмента вроде Токаева. Но вместо этого продуманная антиправительственная информация и кампании в социальных сетях исходят от молодых активистов из Алма-Аты, которые полностью игнорируют кандидатуру Косанова.

Кто угодно может говорить о системной коррупции в Казахстане. Даже сам Назарбаев признает наличие проблемы. Но время заявлений об очевидных вещах прошло, и этот оппозиционный кандидат, похоже, не способен вывести свою критику на новый уровень, обрушившись на политиков, а не проводимую ими политику.

Косанов официально заявил, что если подсчет голосов будет честным, то потребуется провести второй тур выборов. Но какими будут его действия, если Токаев с легкостью одержит победу, а сам он получит, скажем, 10% голосов?

Eurasianet.org: Чем теперь будет заниматься Назарбаев? Наслаждаться заслуженным отдыхом?

Риклтон: Для Назарбаева отдых — это время, которое лучше провести в центре всеобщего внимания. Я думаю, что казахстанцы по-прежнему будут часто видеть его на телевизионных экранах, как это и произошло после его отставки. В конце концов он продолжает занимать должности Первого президента и главы Совета безопасности! Это неизбежно будет вызывать утомительные всплески разговоров всякий раз, когда 78-летний политик будет реже появляться в публичном пространстве или вообще из него пропадать в течение значительного отрезка времени. Вопрос о том, чем занимается Назарбаев, и дальше будет у всех на устах.

Eurasianet.org: Похоже, что все было предопределено властями предержащими. Алия Утеуова, а что думаете вы? Заметили ли вы всплеск скептического отношения к предстоящим выборам?

Утеуова: Я думаю, что невысказанный скепсис по поводу выборов среди казахстанцев был всегда. Власти продолжают действовать по-старому, но люди уже больше не молчат. Движения «Казах көктем» («Казахская весна») и «Оян, Казахстан» («Проснись, Казахстан») являются катализаторами, но недовольство накапливалось десятилетиями.

После того, как были объявлены досрочные выборы, многие начали выражать свое недовольство как в социальных сетях, так и на улицах. Представьте, если бы Берни Сандерсу или Джо Байдену дали менее трех месяцев на проведение предвыборной кампании. Объявив внеочередные выборы, временный президент Токаев пытается оградить себя от обвинений в фальсификации. Наиболее узнаваемое имя в избирательном бюллетене — имя Токаева, а люди по своей природе более склонны голосовать за кандидатов, которых они знают.

В соцсетях идут горячие споры о том, стоит ли вообще голосовать или предпочтительнее бойкотировать выборы. Но тот факт, что люди открыто ведут подобные дискуссии, сам по себе является шагом вперед.

Eurasianet.org: Вы занимались изучением некоторых молодых и перспективных казахстанских активистов. Как вы думаете, какую роль они сыграют в политическом развитии страны?

Утеуова: Казахстанскую молодежь учат не высовываться. Последствия Желтоксана, [горбачевской] перестройки, развала СССР и того, что пережили наши родители, прошли через нас, не говоря уже о лагерях [правящей партии] «Нур Отан», в которые нас отправляли в школе. Но молодые активисты, растянувшие баннер с надписью «От правды не убежишь», высунулись. Прошло всего пару месяцев, а уровень общественного несогласия среди казахстанской молодежи достиг беспрецедентно высокого уровня.

Власти, возможно, способны были держать инакомыслие под контролем, когда существовали только печатные СМИ и телеканалы. Но инстаграмм позволяет казахстанской молодежи каждый день видеть, как выглядит демократия. Мои сверстники фолловят таких законодателей мод как [члены Конгресса США] Александрия Окасио-Кортес и Ильхан Омар, читают «Экономист», становятся сторонниками феминизма, хотят учиться за границей. Невозможно не видеть того, что несет Запад, включая свободу слова.

Активисты вроде Асии Тулесовой и Суинбике Сулейменовой стремятся изменить существующее положение дел. Недавно они обнародовали декларацию активистской коалиции «Оян, Казахстан» («Проснись, Казахстан»), в которой открыто заявляют, что не будут брать деньги у властей, и сообщают о своем намерении помочь в создании столпов демократии. Наше руководство часто призывает получивших образование за границей казахстанцев вернуться и помочь поднимать Казахстан. Тулесова, Сулейменова и бессчетное число других активистов занимаются именно этим. Вот только их действия, возможно, идут вразрез с линией правительства.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.