Стивен Коэн подробно разбирает пункты, касающиеся решения Трампа выйти из Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности, подписанного США и (СССР) Россией в 1987 году.

— Неважно, по каким именно причинам, но в то время лидеры США и СССР — президент Рональд Рейган и советский генеральный секретарь Михаил Горбачев — испытывали сильный страх перед ядерным оружием. В феврале 1986 года они договорились — пока неформально — что все ядерное оружие должно быть ликвидировано, а уже в следующем году упразднили целую категорию этих инструментов массового уничтожения, а именно ракеты дальностью от 500 до 5,5 тысячи километров, способные нести ядерные боеголовки.

— Договор о РСМД касался главным образом Европы, которой угрожали советские ракеты и где были развернуты американские ракеты. Этот договор стал важным шагом в рамках дипломатического процесса разрядки международной напряженности, который, как полагали Рейган и Горбачев, навсегда положит конец холодной войне и гонке ядерных вооружений. Но в более широком смысле значение этого договора заключалось в том, что он стал первым и пока единственным актом ядерного аболиционизма и 31 год спустя остается материальным символом того, что продолжать двигаться в этом направлении не только можно, но и нужно.

— Однако, если Трамп воплотит в жизнь свое решение о выходе из ДРСМД, этот исторический договор будет низведен до уровня очередного неудачного и отвергнутого международного соглашения.

— Трамп привел два аргумента в пользу того, чтобы аннулировать договор о РСМД: Россия нарушает это соглашение, разрабатывая новые крылатые ракеты средней и малой дальности, а Китай, который не подписывал этот договор, занимается созданием собственного арсенала подобного оружия. В обоих аргументах есть доля истины, однако они вовсе не исключают возможности начать переговоры по пересмотру, расширению и сохранению этого договора. Тем не менее есть гораздо более важный момент, о котором не упомянули ни сам Трамп, ни американские аналитики, которые комментировали его решение.

— В течение 20 лет Вашингтон проводил политику, которая косвенно, но при этом неуклонно подрывала договор о РСМД. В конце 1990-х годов президент Билл Клинтон начал процесс расширения военного альянса НАТО во главе с США к границам России. В 2002 году президент Джордж Буш в одностороннем порядке вывел США из Договора об ограничении систем противоракетной обороны 1972 года, который запрещал развертывание систем для борьбы со стратегическими баллистическими ракетами. Этот запрет сохранял уверенность во взаимном гарантированном уничтожении в том случае, если одна из сторон нанесет первый удар, и он позволял сохранять ядерный мир с самого начала эпохи ядерного оружия. В течение нескольких лет Вашингтон сделал развертывание систем противоракетной обороны одним из проектов НАТО, поэтому расширение НАТО к границам России сопровождалось развертыванием таких систем на суше и море. Более того, такие системы носят не только «оборонительный» характер. Как показали профессор Массачусетского технологического института Теодор Постол (Theodore Postol) и другие, противоракетные системы США-НАТО, развернутые вблизи российских границ, теперь способны запускать крылатые ракеты средней и малой дальности.

— Москве уже много лет хорошо известно об этой их способности, и она регулярно жаловалась на то, что Вашингтон нарушает договор о РСМД. Вашингтон игнорировал эти жалобы, и, что неудивительно, Москва начала разрабатывать свою собственную новую версию ракет средней и малой дальности. В этом и заключается динамика причинно-следственной обусловленности новой холодной войны. Вашингтон провоцирует, Москва реагирует, и так до бесконечности. Рейган и Горбачев полагали, что они разорвали этот порочный круг в 1987 году, договорившись сократить количество вооружений и совершив акт ядерного аболиционизма. Если оценивать их шаг с сегодняшних позиций, они потерпели неудачу. И Горбачев, которому сейчас 87 лет, вынужден наблюдать за тем, как очередное его историческое наследие уничтожается его преемниками — в основном, американскими.

— Что дальше? Согласно условиям договора о РСМД, сторона обязана уведомить о своем выходе из него за шесть месяцев, то есть формально время для того, чтобы попытаться спасти некую версию этого соглашения, еще есть. (Мы не знаем, какую роль в этом решении сыграли обвинения «рашагейта» в том, что Трамп — «марионетка Кремля».) Трамп и Путин должны встретиться в Париже и, возможно, в Аргентине в ноябре, и вопрос выхода из договора о РСМД, несомненно, будет присутствовать в повестке, хотя Трамп вряд ли изменит свое решение.

— Как Коэн уже отмечал ранее, новая гонка ядерных вооружений уже идет. Очевидно, аннулирование договора о РСМД только ускорит ее темп — с обеих сторон.

— В основе создания ядерного оружия, как и в основе войны, в конечном счете лежит политика. И решение Трампа повлечет за собой серьезные политические последствия в обеих столицах. Несомненно, это можно считать финансовой «победой» для военно-промышленных комплексов обеих сторон. Каждый из них охотно будет разрабатывать, тестировать и развертывать новые системы вооружений.

— Это также является политической победой для «ястребов» в Вашингтоне — для таких «ястребов», как советник Трампа по вопросам национальной безопасности Джон Болтон (John Bolton), который выступает против любых ограничений на наращивание мощи США, — а также для их единомышленников в Москве. Теперь у «ястребов» в России появится дополнительный аргумент против «сотрудничества с нашими американскими партнерами», к которому продолжает призывать президент Владимир Путин. Теперь Вашингтон вышел или нарушил еще одно из тех международных соглашений, под которыми стоит подпись России. Клинтон нарушил обещание, данное Горбачеву его предшественником, о том, что НАТО не будет расширяться на восток. Буш в одностороннем порядке аннулировал Договор об ограничении систем противоракетной обороны. Трамп вышел из международного соглашения по климату, из соглашения по иранской ядерной программе, а теперь и из договора о РСМД. У Москвы вряд ли остались какие-либо иллюзии касательно Трампа, но теперь у российских «ястребов» появился чрезвычайно веский аргумент: не стоит рассчитывать на то, что США будут выполнять условия международных соглашений, особенно в долгосрочной перспективе.

— Решение Трампа может также сказаться на американской политике. Оно может возродить некогда важное, но долгое время бездействовавшее — или даже мертвое — движение против ядерного оружия. Оно может переключить демократов и другую оппозицию с по большей части надуманных обвинений «рашагейта» на такие важные вопросы, как угроза ядерной войны. Также не стоит забывать, что более двух лет обвинений в рамках «рашагейта», которые демонизировали как Трампа, так и путинскую Россию, облегчили задачу Трампа по выходу из договора о РСМД.

— Однако самые масштабные политические последствия ожидают Европу, которая была эпицентром первого конфликта вокруг ядерных ракет средней и малой дальности. Если Трамп попытается развернуть новое поколение таких систем наземного базирования, где — вблизи российских границ — они буду находиться? Ни одно азиатское государство не согласится развернуть их у себя, но захотят ли пойти на этот шаг европейские государства и члены НАТО, учитывая все стратегические риски и вероятность массовых политических протестов? Если Трамп не откажется от своего решения, Европу ждет серьезная борьба — борьба, которая может еще дальше оттолкнуть «союзников США» от Вашингтона и, вполне возможно, в сторону Москвы.

Стивен Коэн — заслуженный профессор Нью-Йоркского и Принстонского университетов, занимающийся исследованиями России и российской политики, и пишущий редактор издания The Nation.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.