Дамаск — большой и занятой, как и подобает столице Сирии. Город является местом пребывания элиты страны, он полон правительственных зданий и подразделений сил безопасности. Портрет президента Башара Асада украшает практически каждую улицу. И нет сомнений в том, кто здесь главный.

Но проехав на машине всего несколько минут, вы попадаете в окрестности, только недавно восстановленные после ожесточенных боев. Разрушенные здания стоят, как молчаливые стражи среди моря щебня. Кровавая бойня идущей семь лет ужасной гражданской войны добралась даже до Дамаска.

Наконец конфликт подходит к своему завершению. Асад победил, Вашингтон проиграл. Однако влияние последствий войны будет сказываться годами, а возможно, и десятилетиями. Я только что провел неделю в опустошенном войной государстве (за счет моей организации — прим. автора). Подход Америки обернулся катастрофическим провалом.

Как и несколько десятилетий назад в Ливане, сирийский конфликт стал необычайно сложной гражданской войной. Повсюду шли жестокие бои с многочисленными враждующими сторонами, на совести которых полмиллиона смертей. И действительно, последние данные о безвозвратных потерях — правда, неизвестно, насколько они точны — свидетельствуют о том, что солдат погибло больше, чем мирных жителей, при этом сторонников действующего правительства убито больше, чем повстанцев.

Асад выжил, потому что у него была — и до сих пор есть — сильная, если не сказать ревностная поддержка. Он получает серьезную помощь от своих друзей-алавитов, малочисленной секты, являющейся шиитским ответвлением. Они обычно выставляют его фотографии и говорят о его гуманитарных достоинствах. Другие религиозные меньшинства, например христиане, также склонны поддерживать его правительство. Они посмотрели на стимулированную США революцию в Ираке, и им не понравился финал. Ведь даже американская оккупация не помешала чисткам сектантов и бойням. При этом многие выжившие бежали в Сирию.

Кроме того, имеет место если не поддержка режима, то в некоторой степени широкое согласие. Военные выдержали, несмотря на значительные потери, что потребовало призыва на военную службу среди тех, кто не относится к общинам национальных меньшинств. В населенных пунктах, которые я посетил, указатели и здания украшают плакаты с изображением погибших солдат. Отнюдь не скрывая своих потерь, режим, как представляется, использует их для формирования общей идентичности. Сторонников Асада нельзя оставлять в стороне, как это делал Вашингтон. Кроме того, поскольку поражение гарантировало бы их уничтожение, они сражались ожесточенно.

США ошибочно зациклились на Асаде. Конечно, он не был другом Америки, но если он проиграет, победит кто-то другой. Вашингтон должен был сосредоточиться на вопросе сравнения. Может ли американское участие привести к лучшему результату? Фиаско в Ираке продемонстрировало, как Америка может сделать ситуацию еще хуже.

Правительство Асада — это диктатура, но она авторитарная, а не тоталитарная, и светская, а не религиозная. Сирийское общество поражает — оно выглядит и чувствует себя удивительно современным. Конечно, есть религиозные консерваторы, но Асады, отец и сын, как и Саддам Хусейн, создали разнообразную и светскую публичную сферу, в которой большинство американцев чувствовали бы себя комфортно.

Конечно, Вашингтон хотел видеть по-настоящему либеральную, демократическую Сирию. Это достойная цель, однако, ни одна из вооруженных группировок не может обеспечить такое будущее. Даже так называемые умеренные, возможно, больше таковыми казались, чем были ими на самом деле. Например, некоторые сторонники Асада утверждали, что в ходе некоторых ранних мирных демонстраций подчеркивалась принадлежность к сектантству, и некоторые в толпе кричали: «Христиане в Бейрут, алавиты в могилу!».

В любом случае, так называемая Свободная сирийская армия (ССА) оказалась слабой тростинкой. В рамках одной из программ Вашингтон потратил полмиллиарда долларов на подготовку 54 бойцов, большинство из которых были быстро захвачены в плен или убиты. Радикалы также признались, что выдавали себя за «умеренных», чтобы получать от США наличные деньги и оружие. Группы, поддерживаемые США, похоже, проиграли большую часть своих сражений и в конечном итоге сдались более радикальным силам вместе со своим полученным от США оружием.

Альтернативой были различные экстремисты, в том числе «Джабхат ан-Нусра» (запрещенная в России террористическая организация — прим. ред.), которую поддерживал Вашингтон, и «Исламское государство», которому США противостояли. Кроме того, Саудовская Аравия и другие союзники из стран Персидского залива вложили миллиарды долларов в различные бандитские группировки джихадистов. Более того, Турция — ориентированная на вытеснение Асада — позволила ИГИЛ (запрещенной в России террористической организации — прим.ред.) продавать захваченную нефть транзитом через турецкую территорию.

Неужели администрация Обамы действительно верила, что сирийцы и американцы выиграют, если какая-либо из этих группировок получит контроль? Американская поддержка «Джабхат ан-Нусры» выглядела особенно странно, поскольку та была связана с «Аль-Каидой» (запрещенная в России террористическая организация — прим.ред.), которая, если кто-то забыл, организовала теракты 11 сентября.

Тем не менее, в многостороннем конфликте американская поддержка Сирийской свободной армии в конечном счете усилила радикалов. Правительство Асада было самой мощной силой в борьбе с ИГИЛ и другими экстремистами. ССА могла только ослабить Дамаск, а не реально захватить и удержать власть. По крайней мере, при отсутствии сильной и устойчивой американской боевой поддержки, что было невозможно политически.

Политика США была не просто безнадежной, но непоследовательной и даже запутанной. Администрация Обамы стремилась вытеснить силы Асада и победить боевиков ИГИЛ, несмотря на то, что первые сражались со вторыми. Оказывая помощь ССА и ведя борьбу с ИГИЛ, Вашингтон создал для Дамаска стимул сконцентрироваться на первом и игнорировать второе. Соединенные Штаты противостояли другим радикальным джихадистским группировкам, несмотря на союз с Саудовской Аравией, Объединенными Арабскими Эмиратами и Катаром — все они поддерживали тех же экстремистов, отказываясь от борьбы с ИГИЛ. Вашингтон также стремился работать как с Турцией, которая ставила во главу угла ограничение курдской автономии, так и с курдами, которые были готовы сотрудничать с Дамаском для получения этой автономии.

Вашингтон также выступал против Ирана и России из-за их помощи правительству Сирии, хотя их попросил об этом Асад. Тем не менее, жалуясь на эту помощь, Вашингтон пренебрег международным правом, вмешавшись в конфликт на стороне противников официального Дамаска и претендуя на право определять будущее Сирии. В самом деле, американские войска по-прежнему незаконно оккупируют сирийскую территорию в надежде оттеснить Асада от власти.

Военные цели администрации Трампа превратились в чистую фантазию. Ни одна из комбинаций повстанцев Асаду не угрожает. В начале войны в пригороде Дамаска было жарко, в столице взрывались бомбы, возникали новые оппозиционные группировки, Сирийская армия была слишком растянута. В то время мало кто представлял себе, что Асаду удастся вернуть контроль над большей частью страны. Однако сегодня режим в основном победил всех своих противников. Жители Дамаска по большей части с оптимизмом смотрят в будущее.

Также не существует никакого способа эффективного давления на Сирию с целью ее демократизации. Умеренные повстанцы всегда казались мистическим единорогом, которого Запад желал волшебным образом материализовать. Они имели жизненно важное значение для придания оппозиции международной легитимности, но никогда не казались серьезными претендентами на власть. В настоящее время остаются только исламистские экстремисты и курды. Например, в провинции Идлиб доминирует «Хайят Тахрир аш-Шам» — филиал «Аль-Каиды» (запрещенные в России террористические организации — прим.ред), поддерживаемый Турцией.

Правительство Асада угрожает начать наступление на Идлиб. Это побудило Москву и Анкару прийти к соглашению о демилитаризации Идлиба, но Сирия настаивает на том, что это лишь временная мера для ограничения числа жертв. На севере Сирии американские войска поддерживают курдское ополчение, которое контролирует около трети территории страны. Между тем Вашингтон надеется оказать давление на режим Асада, чтобы тот согласился на самороспуск, лишив его нефти вместе с населением и территорией.

Однако режим находится в наибольшей безопасности по сравнению с любым периодом, начиная с 2011 года. Администрация Трампа не имеет полномочий вторгаться, оккупировать и ликвидировать иностранную державу по какой-либо причине. Кроме того, неспособность Вашингтона защитить сирийских курдов от турецкого вторжения способствовала курдским дискуссиям с Дамаском — обе стороны в значительной степени избегали боевых действий даже по мере распространения гражданской войны — в течение длительного времени modus vivendi. Восстановление сирийского контроля над регионом и, особенно, над границей может ослабить опасения Турции по поводу независимого курдского государства.

Вашингтон не может заставить «Хезболлу», Иран и Россию уйти из Сирии. Они долгое время были связаны с Дамаском, и в будущем Сирии поставили на карту гораздо больше, чем Америка. Их роль значительна и прозрачна: я ездил на авиабазу Хмеймим, которую Москва арендует в районе побережья. Пока я был на обочине дороги, два грузовика выгружали вооруженных русских, которые покупали продукты. Фотографии Асада с Владимиром Путиным и Хасаном Насраллой из «Хезболлы» распространены повсеместно. В Дамаске я также проходил мимо мечети, которая, как было установлено, обслуживала «Хезболлу».

Вашингтон должен вернуть свои силы домой. Ни Ирак, ни Сирия не угрожали Америке. Назначение Дамаска, который никогда не устраивал теракты против американских объектов, в качестве государства-спонсора терроризма было политическим шагом, отражающим поддержку Сирией таких группировок, как ХАМАС, являющийся квазигосударством, враждебным Израилю. Но с 1973 года Сирия живет с Израилем в холодном мире, и это не изменится. В целом Дамаск гораздо слабее, чем до гражданской войны, и ему придется сосредоточиться на восстановлении.

В любом случае президент Дональд Трамп не имеет права на оккупацию Сирии без одобрения Конгресса и не имеет перед собой цели, которая оправдывает согласие Конгресса. Не менее сомнителен и план Вашингтона по отказу в помощи районам, находящимся под контролем правительства. У Америки есть разумные аргументы в пользу того, чтобы держать свои деньги дома, а не дискриминировать тех, кто подчиняется режиму Асада. Но идея о том, что сдерживание американских долларов, предназначенных для оказания помощи, будет способствовать беспорядкам и даже восстанию, слишком экзотична.

Гражданская война в Сирии стала большой трагедией. Надеемся, что долгосрочным результатом станет более либеральное и демократическое государство. Однако ничто не оправдывает продолжения военного вмешательства США. Попытка Америки принудительно построить некую социальную конструкцию никогда не была реалистичной. Администрация Трампа должна положить конец последнему ближневосточному злоключению Вашингтона.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.