«Бульвар Вольтер»: У вас русские корни (пусть вы и дипломированный преподаватель немецкого!), вы работали в Елисейском дворце при Жаке Шираке, а также возглавляли Французский институт в Санкт-Петербурге с 2005 по 2008 год. Незадолго до выборов в России вы опубликовали интереснейшую книгу под названием «Русский по имени Путин». Ее оригинальность связана с вашей двойной культурой: ваша французская сторона понимает вопросы, возникающие насчет Путина, а русская аргументированно отвечает на них, представляя иной взгляд на ситуацию. Ваша книга не превозносит его и не поливает грязью. Путин — не ангел и не демон. Так, кто же он такой?


Элена Перру: Я хорошо знакома с российскими реалиями, а также «мертвыми углами» западного взгляда на них, в связи с чем мне захотелось рассказать о том, почему такой человек как Путин уже 18 лет пользуется настоящей поддержкой российского народа, несмотря на всю критику (в некоторых случаях оправданную) в свой адрес.


Путин — прежде всего патриот, как и все россияне и в первую очередь сотрудники спецслужб, к которым он сам принадлежит. По его словам, самое важное, что он вынес для себя из КГБ, это любовь к родине и служение ей. В русском языке слово «Родина» часто пишется с большой буквы, а «государство» — с маленькой. Это во многом перекликается с тем, что защита его страны является для него главным приоритетом.


Далее, он — дитя неспокойной истории его страны. Он родился в 1952 году и не застал Великую Отечественную войну, однако его родители прошли через нее с небывалой отвагой и пережили трагическую блокаду Ленинграда: 900 дней холода и голода с 1941 по 1944 год, когда город был отрезан от внешнего мира, а от его населения осталась четверть. Этот эпизод практически неизвестен во Франции, и у меня самой были о нем весьма абстрактные знания, но я в полной мере оценила его значение, прожив несколько лет в Санкт-Петербурге. За первую зиму в городе погибло столько же людей, сколько во всей Великобритании за годы войны. Жизнь его родителей висела на волоске, они потеряли во время блокады трехлетнего сына. Поэтому Путина можно считать в некотором роде выжившим. Не стоит забывать о том, какую цену пришлось заплатить СССР за победу над нацистами: более 27 миллионов человек. Отсылки к этой цифре постоянно встречаются у россиян и у Путина.


Наконец, ему, как и многим другим россиянам, был не по душе курс страны в 1990-х годах: все это было воспринято как ужасное унижение. У нас же на Западе это десятилетие видится совершенно иначе: триумфальное движение России к свободе, правам человека и рыночной экономике. Для россиян это было время тяжелых испытаний: крушение привычного мира, введение продовольственных карточек, трех- или даже четырехзначная инфляция в 1992 году, погрузившиеся в отчаяние люди (продолжительность жизни мужчин упала до 58 лет в середине 1990-х годов!).


Как говорил Солженицын в 2007 году, Путин унаследовал стоявшую на коленях страну и пытался постепенно поднять ее на ноги, однако его действия сразу не были поняты.


— Стоит ли ждать неожиданностей от предстоящих выборов или же все уже предрешено, как пишет пресса?


— Во время выборов в США в России шутили: «Ох уж эти американцы, они не знают, кого выберут, до самого дня голосования!» Ключевое слово российской политики — это «стабильность». Россияне хотят стабильности, и власть обещает им ее. В принципе, каких-то сюрпризов ждать не стоит. По опросам, Путин лидирует с большим отрывом, его лозунг гласит «Сильный президент, сильная Россия», и ни у кого из кандидатов нет его опыта власти. Кроме того, он участвует в выборах как беспартийный кандидат, который представляет всех.


Его рейтинг пошел в гору после аннексии Крыма 18 марта 2014 года. Он вырос всего за несколько дней и с тех пор удерживается на высоком уровне. Намеченные на 18 марта выборы некоторым образом отдают дань памяти этому шагу Путина, который служит прекрасным отражением политики защиты интересов России, как их воспринимают большинство россиян. Кстати говоря, произнесенная им речь 18 марта 2014 года представляет большой интерес. Он вспомнил последние 25 лет истории после падения берлинской стены. События в Крыму были представлены в сравнении с объединением Германии. Путин в некотором роде стал «человеком 18 марта» подобно тому, как у нас во Франции есть «человек 18 июня». Де Голль сказал «нет» поражению Франции. Путин сказал «нет» необъявленной войне НАТО с Россией. Он не мог допустить появления американских морпехов в Севастополе, в символически и стратегически важном порту: для россиян он является воплощением славной истории их флота, это единственный российский порт на Черном море.


Как бы то ни было, некоторые кандидаты все же заслуживают внимания. Они впервые участвуют в выборах, моложе Путина и определенно заявят о себе в российской политике в ближайшие годы. Я имею в виду Ксению Собчак и Павла Грудинина, а также еще двух человек, которые не будут участвовать в выборах, но оставят на них свой след: речь идет об Алексее Навальном и бывшем владельце ЮКОСа Михаиле Ходорковском. Последний, как мне кажется, заслуживает особенно пристального внимания.


— Недавно стало известно об унесшем жизни пяти человек теракте в дагестанском храме. Ответственность за него взяло «Исламское государство» (запрещенная в России террористическая организация — прим.ред.). Получается, у Путина не вышло, по его собственному выражению, «замочить в сортирах» террористов? Действительно ли ислам обладает такими глубокими культурными корнями и настолько мирно существует в России, как утверждается?


— Вопрос ислама в России стоит иначе, чем во Франции. Мне как-то довелось обсуждать эту тему с членами очень близкой к Путину команды. В России существует очень четкая градация идентичностей: принадлежность к Российской Федерации, то есть государству со множеством этносов (порядка 170) и религий, стоит выше всего остального.


Хотя в настоящий момент в России насчитывается примерно 15% мусульман на территориях, где ислам практикуется практически с самого своего появления, эта религия перемешивается с традиционными культурами, которые варьируются в зависимости от региона: в Татарстане, Башкирии и Чечне существует разный ислам. Религиозные лидеры (в том числе и мусульманские) говорят, что вера и политические взгляды не имеют большого значения: главное — работать на благо страны. Патриотизм — мощная сила, которая объединяет все эти разные группы населения. Кроме того, там существует непереводимый на французский язык нюанс между словами «русский» и «россиянин». Путин стремится к тому, чтобы в стране не было граждан второго сорта и открыто подчеркивает это в своих выступлениях, хотя некоторые другие политики хотели бы господства русского народа над всеми остальными.


Организации, которые, как считается, представляют угрозу, как например, «Братья-мусульмане» (запрещенная в России террористическая организация — прим. ред.), находятся под запретом в России. Борьба с исламистским терроризмом ведется на постоянной основе. За последние десятилетия в стране произошел целый ряд кровавых терактов (например, летом 1999 года в Москве), которые унесли жизни более тысячи человек и оставили после себя травму в умах людей. Звучавшие после прихода Путина к власти заявления о борьбе с терроризмом, а также сепаратизмом на Северном Кавказе воспринимаются в несколько ином свете после событий арабской весны и появления ИГ. Что же касается оппозиционеров, то Ходорковский придерживается точно таких же взглядов, а Навальный выступает за отделение Северного Кавказа от РФ. Путин же считает это гарантией того, что в среднесрочной перспективе регион запылает.


Для Путина уважение к религиозным чувствам (православных, мусульман или кого-то еще) — не пустой звук, что было подтверждено им на деле. Об этом говорит в частности его частое появление в православных храмах или присутствие на открытии Московской соборной мечети в сентябре 2015 года. Он не раз подчеркивал необходимость защитить мусульман от исламизма, который, по его мнению, не имеет ничего общего с религией.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.