Если бы у Службы информации и безопасности (BIS) были данные о вмешательстве России в чешские выборы, она обязана была бы проинформировать государственных руководителей. Об этом в интервью ParlamentníListy.cz сказал генерал в запасе и бывший начальник военной разведки Андор Шандор. А если, по его словам, гражданская контрразведка не сообщила о фактах, упомянутых кандидатом в президенты и бывшим председателем Академии наук Йиржи Драгошем, значит, его сведения малозначительны или не имеют значения вообще.


ParlamentníListy.cz: Сегодня кандидат в президенты Драгош заявил, что на результаты выборов в Чехии оказали влияние российские спецслужбы. Якобы они воспользовались интернет-сайтами, распространяющими дезинформацию. Драгош боится, что то же самое может произойти в преддверии президентских выборов. Что Вы об этом думаете?


Андор Шандор:
Я не уверен, что на все сказанное во время нынешней предвыборной кампании могли серьезно повлиять спецслужбы Российской Федерации с той целью, чтобы выборы закончились тем, чем закончились. Конечно, правда, что спецслужбы Российской Федерации ведет работу против бывших сателлитов, и не только против них, и что их цель — подорвать единство Европейского Союза. Однако я не думаю, что российские агенты способны повлиять на результаты выборов в Чехии. В этой связи мне было бы интересно узнать мнение председателя партии ANO Андрея Бабиша, потому что именно его движение победило во всех регионах Чешской Республики весьма беспрецедентно.


— По словам Драгоша, влиять на избирателей помогали СМИ и серверы, связанные с российскими спецслужбами. То есть русские действуют через серверы, которые распространяют дезинформацию?


— Разумеется, для этой цели можно использовать интернет и разные социальные сети. Через них можно распространят фальшивую информацию, а также влиять на людей. Конечно, это делается не только для того, чтобы повлиять на выборы, но и, к примеру, чтобы влиять на общественную позицию по самым разным вопросам. Я даже предполагаю, что одного такого успеха россиянам удалось добиться — когда в обществе обсуждались планы по размещению американского радара в Брдах. Думаю, что русским удалось серьезно повлиять на мнение граждан Чехии о радаре и, таким образом, изменить решение правительства о его размещении. Кончилось дело тем, что американцы сами отказались от этого плана. Факт в том, что сегодня мы живем в мире, перенасыщенном информацией. Многим очень трудно разобраться в том, что правда, а что нет, и что, например, было искажено.


— А если конкретнее по поводу выборов?


— Здесь по-прежнему вопрос в том, насколько серьезно можно было повлиять на выборы означеннымм образом, и главное — какое влияние на них было оказано. Оказывалось ли оно для того, чтобы победило движение ANO, или для того, чтобы проиграли социал-демократы? Или российское влияние было направлено на то, чтобы проиграла партия ТОР 09 и, наоборот, победила SPD? Есть и другие вопросы. В чью пользу эти новостные серверы должны были повлиять на результаты выборов, как о том говорит господин Драгош? Лично я не думаю, что сайты спсобны оказать такое значительное давление, которое в итоге действительно сказалось бы на результатах.


— Нормально ли, что кандидат в президенты встречается с уже бывшим премьером для обсуждения проблем, так скажем, в сфере безопасности?


— Но ситуация, в которой мы находимся, нетривиальна. Я не помню, чтобы смена правительства была так близко по времени к президентским выборам. Также мы должны вспомнить, что по прошествии двух месяцев после выборов у нас еще не назначен премьер-министр, а есть только премьер в отставке. По-моему, мы живем в системе, в которой люди могут свободно общаться. Господин Драгош, как и любой другой гражданин этой страны, имеет право попросить премьера о встрече. Правда, у кандидата в президенты больше шансов быть принятым премьером, чем у простого гражданина.


— Чешская спецслужба BIS почти молниеносно отреагировала на слова Драгоша, опубликовав пресс-релиз, в котором все опровергла. В нем говорится, что у разведки нет данных о незаконном влиянии иностранных агентов на выборы, в том числе — на будущие президентские. Почему спецслужба моментально отреагировала?


— Мне трудно сказать. Но если бы главой Службы информации и безопасности был я, то не стал бы реагировать на спекуляции Драгоша. Сначала я, конечно, обсудил бы проблему с премьером. Вопрос в том, не позвонил ли премьер начальнику контрразведки и не попросил ли отреагировать. Но я думаю, что задача спецслужбы состоит не в том, чтобы отвечать на разные публичные заявления, пусть даже сделанные кандидатом в президенты. По-моему, ни BIS, ни другие спецслужбы для этого не предназначены. Как мне кажется, спецслужбы должны контактировать только с теми, в чьи обязанности это входит по закону. Я предполагаю, что если бы BIS стало известно о чем-то подобном в ходе выборов, то служба непременно сообщила бы правительству, премьер-министру и министру внутренних дел. Но если ничего подобного не выяснилось, то, понятно, и сообщать было не о чем. Правда, я уверен: роль спецслужбы не в том, чтобы публично что-то подтверждать или опровергать.


— Что могло произойти в BIS после слов Драгоша? Может, там возникла паника из-за его слов?


— Нет, я не думаю, что была паника. Иными словами, если бы происходило то, что, по словам господина Драгоша, происходило, тогда у BIS был бы повод для беспокойства. И если бы у службы были подобные данные, то она обязана была бы проинформировать руководство государства, как я уже сказал. Если сообщений не было, значит, информация была малозначительна или не имела значения вообще.