На первый взгляд в инициативе, которую утвердили 13 ноября в Брюсселе 23 из 28 членов Европейского союза, нет ничего примечательного. Туманное название «постоянное структурированное сотрудничество» представляет собой плод воображения бюрократа, для которого «маркетинг» явно является ругательством. Сформированная в результате структура будет известна под аббревиатурой PESCO. Как бы то ни было, все это представляет собой большой шаг вперед. Речь идет, ни больше ни меньше, об основании европейской обороны со списком обязательств по общим оружейным программам, военным возможностям и внешним операциям. Все это перекликается со словами Макрона о Европе, которая должна «защитить».


Проект возник настолько давно (еще в 2001 году), что среди экспертов ему дали прозвище «Спящая красавица». Так что же пробудило ее в 2017 году? Она сначала приоткрыла один глаз в июне, когда Европейская комиссия представила собственное видение «европейской обороны» через десять лет после Лиссабонского договора. Оно выглядело тем более многообещающим, что сопровождалось формированием европейского оборонного фонда, который должен собрать средства в объеме 5,5 миллиарда евро в год на приобретение общего военного оборудования. Тем не менее окончательно красавицу вывело из летаргического сна то, что бывший премьер-министр Жака Ширака Ален Жюппе (Alain Juppé) называет сегодня «европейским моментом». Речь идет о новой динамике, которую он отметил 10 ноября в беседе с дипломатической прессой: «Я чувствую себя как никогда европейцем».


В этом он не одинок. После десятилетия беспрерывной борьбы с кризисами ЕС вновь смотрит в будущее, возобновляет строительство, оживляет идеалы. Формирование собственных оборонных возможностей стало необходимостью во все более сложной международной обстановке: на востоке Россия стала рассматриваться как угроза после украинского кризиса, на западе американские союзники ведут себя непредсказуемо, на юге не стихает террористическая деятельность, а на дальнем востоке расположился Китай, который будет неизбежно стремиться к могуществу. Кроме того, Великобритания, которая всегда была важным партнером, но выступала против любой европейской оборонной инициативы, теперь не сможет воспрепятствовать ей, поскольку выходит из ЕС.


«У Макрона получится?»


Факторы для прогресса были, однако потребовался толчок вперед. 7 мая французы избрали президентом Эммануэля Макрона, который решил выстроить кампанию на необходимом переосмыслении Европы. Его победа под звездным европейским флагом стала настоящий шоковой терапией для проевропейских лидеров, которые находились в ступоре на фоне подъема евроскептического популизма. Европа получила настоящий глоток свежего воздуха. Ангела Меркель вновь начала улыбаться. Вот оно, восхитились все, франко-немецкий дуэт снова в деле! Надежда вернулась! Как и Европа!


Решительный президент Франции продолжил идти выбранным курсом. В каждом своем выступлении, не скупясь на громкие слова и впечатляющие жесты, он вновь вернул Европу в центр обсуждения, сделал предложения, обрисовал проекты. Поставил перед собой цель, доказал свою отвагу. На европейских форумах теперь можно выделить два вида участников: полностью захваченных кошмаром Брексита британцев и всех остальных. В воздухе витают два вопроса: «Макрон настроен серьезно?» и «У Макрона получится?»


На первый вопрос, наверное, можно ответить утвердительно без особого риска. На второй же хочется сказать: «Спросите у немцев».


Только вот до немцев не достучаться. Сейчас, в конце года, Берлин — это уже не Германия, а «Ямайка», как прозвали переговоры о будущем коалиционном правительстве, чьи цвета (зеленый экологов, черный ХДС и желтый либералов) соответствуют флагу этого карибского острова. После выборов прошло уже семь недель, однако немецкое политическое руководство будет поглощено этим процессом, как минимум до Рождества, а, может быть, и до января или даже февраля.


«Окно возможностей»


Жаль, потому что сделать нужно многое, а времени терять нельзя. «Европейский момент» очень хрупок. В любую секунду порыв ветра может захлопнуть открывшееся в этом году «окно возможностей». Уже сейчас среди членов ЕС изначальный энтузиазм угасает на фоне рассуждений о «скрытых амбициях французов на руководство в Европе» (северные страны), «франко-немецком диктате» (Италия) или же «двухуровневой Европе» в ущерб не входящим в еврозону государствам (Польша). Мощный сигнал со стороны Берлина с демонстрацией открытой и активной поддержки французских инициатив по переосмыслению Европы позволил бы справиться с этим сопротивлением.


Как бы то ни было, Берлин увяз в спорах. Список разногласий партий будущей коалиции все еще насчитывает 125 пунктов, в частности по Европе. В европейских кругах все знают, что парализованное страхом создания системы финансовой солидарности немецкое руководство не слишком симпатизирует идеям Эммануэля Макрона о будущей архитектуре еврозоны. Уважаемый в Германии Жан Пизани-Ферри (Jean Pisani-Ferry), экономический советник в избирательном штабе Макрона, выпустил широко разошедшуюся в ФРГ статью с критикой «узколобой одержимости» немцев. В свою очередь бывший министр и исторический лидер «зеленых» Йошка Фишер (Joschka Fischer) предупредил сограждан в The Financial Times, что они «играют с огнем», отказываясь поддержать французскую инициативу. Фишер и Пизани-Ферри правы. Сейчас дело за Германией. И если Берлин продолжит бездействовать, «Спящая красавица» может вновь заснуть, причем надолго.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.