Экономист Тома Пикетти анализирует программу Эммануэля Макрона в сфере социального обеспечения, пособий по безработице, инвестиций и Европы.


Позволит ли избрание Эммануэля Макрона дать второе дыхание Франции и Европе? Хотелось бы верить, однако гарантии нет. У нового президента есть ряд хороших мыслей, однако все остальное носит черновой и оппортунистский характер.


Наиболее многообещающий проект — это модернизация и унификация нашего соцобеспечения. У нас оно, как в никакой другой стране, поделено на уровни и группы. Все это делает его очень сложным и малопонятным.


Наиболее ярко это проявляется с пенсиями: система хорошо финансируется, однако из-за нагромождения режимов и правил никто ничего не понимает насчет своих будущих прав. Унификация напрашивается, особенно для молодых поколений, чей профессиональный путь зачастую включает в себя работу в государственной и частной сферах, а также предпринимательство: все это должно давать им равные права.


Остается лишь договориться о новых общих правилах, подходе к раздробленным карьерам, трудоемким профессиям и т.д. Это будет непростой задачей, тем более что начинать приходится практически с нуля: унификация пенсий является одним из главных пунктов в программе Макрона.


Другим важным моментом являются пособия по безработице. Но тут нельзя ошибиться с целью. Ужесточение правил, которые ставятся перед претендентами на рабочее место, должно, как считается, привести к огромной (но маловероятной) экономии, а расширение прав, которые относятся к добровольному уходу и нештатным сотрудникам, плохо продумано. Скорее, следовало бы расширить систему на государственный сектор, где у нас совершенно лицемерно позволили сформироваться системе крайне неустойчивой занятости без пособий по безработице.


Что касается трудового кодекса, условия взвешенной реформы прекрасно известны: прояснение и возможное смягчение условий разрыва бессрочных трудовых договоров могут быть возможными лишь в том случае, если бессрочные договоры станут нормой, а использование срочных ограничат. Кроме того, сильнейшая децентрализация переговоров по оплате труда привела к огромному профициту Германии, что никак не может служить основой для уравновешенного европейского развития.


Двусмысленность макронизма


В программе Макрона есть хорошие идеи по образованию: предполагается, наконец, выделить дополнительные средства находящимся в трудном положении школам, которые у нас пока что только клеймили.


Как бы то ни было, предложенная мера слишком сосредоточена на первых классах начальной школы (с неравенством возможностей нужно бороться, как минимум, до средней школы) и мало сочетается с объявленными сокращениями бюджета, если речь, конечно, не идет о значительном увеличении классов в других школах. Предполагаемое возвращение к четырехдневной неделе (не лучшая мера, не существующая где-либо еще) тоже подчеркивает неоднозначный характер макронизма: щепотка реформ, ковш консерватизма.


По сути, во всем этом трудно увидеть целостное восприятие настоящей стратегии инвестиций в образование. Хотя эта задача чрезвычайно важна. Во Франции в настоящий момент существует самая производительная в мире рабочая сила (на одном уровне с Германией и с большим равенством, чем в США), однако нет никакой гарантии, что у нее получится сохранить эту позицию.


Страна приходит в себя после десятилетней рецессии (показатель ВВП на жителя в 2017 году на 5% ниже, чем в 2007 году), катастрофическим последствием которой стал 10% спад инвестиций в перерасчете на студента в высшем образовании.


Не стоит забывать, что французское население постоянно растет (в отличие от немецкого), и что число студентов увеличивается еще быстрее. И это прекрасно, если, конечно, на это выделяются нужные средства.


Налоговый консерватизм


Что касается финансирования налоговой системы и социального обеспечения, здесь Макрон — страшный консерватор. Он делает ставку на повышение общих социальных отчислений, хотя сейчас следует заняться налогообложением доходов в момент выплаты.


Франция намеревается ввести эту меру с января 2018 года, то есть через полвека после всех остальных стран, но Макрон предлагает отсрочить реформу, что не слишком-то вяжется с его утверждениями о стремлении модернизировать страну.


Реформа должна, наконец, сблизить подоходный налог и социальные отчисления, а также сделать их прогрессивными, а не пропорциональными, как для трудящихся, так и пенсионеров и прочих групп граждан.


Макрон же явно не согласен с самим понятием прогрессивного налогообложения. Он предлагает установить максимум в 30% для всех финансовых доходов (в отличие от 55% для трудовых доходов того же уровня) и отменить имущественный налог для финансовых портфелей (по неким странным соображениям, он воображает, что финансовые инвестиции обязательно продуктивнее инвестиций в недвижимость).


Наконец, рассмотрим реформу Европы. Главная цель здесь — дать еврозоне прочные демократические институты, которые позволили бы ей дать отпор будущим кризисам.


Когда процентные ставки пойдут вверх и потребуется демократическая легитимность для принятия трудных решений об отсрочке выплаты долгов, нельзя будет решать проблемы на закрытых встречах глав государств и министров финансов.


Нужно будет опираться на публичное обсуждение и плюрализм мнений в каждой стране, что означает потребность в парламенте валютного союза, который включал бы в себя одновременно национальных и европейских депутатов.


Отсутствие прочных демократических институтов — самая большая опасность для Европы. К сожалению, пока что нет оснований считать, что выборы во Франции и в Германии в этом году позволят справиться с ней. 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.