Несколько десятков вооруженных специалистов из России до февраля этого года работали в Ливии — в той части страны, которая находится под контролем командующего Ливийской национальной армией Халифы Хафтара (Khalifa Haftar), сообщил Reuters глава частной компании, нанимавшей контрактников.


На сегодняшний день это наиболее четкий сигнал о том, что Москва готова усилить дипломатическую поддержку Хафтара, рискуя при этом вызвать беспокойство западных правительств, и без того встревоженных военной операцией России в Сирии на стороне президента Башара Асада.


Хафтар выступает против поддерживаемого ООН правительства, которое, по мнению западных государств, обладает наилучшими шансами на восстановление стабильности в Ливии. Но некоторые российские чиновники видят в лице ливийского маршала сильного лидера, способного положить конец анархии, которая воцарилась в Ливии шесть лет назад после свержения Муаммара Каддафи.


Российские специалисты, по словам главы компании, работали по коммерческому контракту. Однако, как говорят люди, работающие в этой отрасли, это вряд ли могло стать возможным без одобрения властей.


Олег Криницын, владелец работающей в сфере безопасности компании РСБ-Групп, рассказал в интервью Reuters, что в прошлом году контрактники были направлены в восточную часть Ливии, где и находились до окончания своей миссии в феврале.


По словам Криницына, их задачей было разминировать один из промышленных объектов неподалеку от города Бенгази, расположенный на территории, которую несколько месяцев назад силы Хафтара освободили от исламистских повстанцев.


Глава компании отказался говорить, кто нанял РСБ-Групп для этих целей, где именно работали наемники или о каком конкретно промышленном объекте идет речь. Он также не сообщил, была ли эта операция согласована с поддерживаемым ООН правительством, которому, по мнению многих государств, принадлежит верховная власть в Ливии.


Отвечая на вопрос, получила ли эта миссия официальное разрешение из Москвы, Криницын сказал, что компания не сотрудничала с Минобороны России, но «консультировалась» с МИД страны.


Контрактники не участвовали в боевых действиях, отметил Криницын, но у них было оружие, полученное на территории Ливии. Назвать вид оружия он отказался.


Криницын сказал, что контрактники были готовы ответить в случае нападения.


«Если мы подвергаемся нападению, то, естественно, мы вступаем в боестолкновение с целью защиты нашей жизни и защиты жизни клиента, — сказал он. — По всем правилам военной науки после атаки идет контратака, то есть мы должны противника уничтожить, чтоб опять не пошла вторая волна атаки на нас».


Представители военных и властей на востоке Ливии сказали, что были не в курсе присутствия российских специалистов, а Хафтар не ответил на просьбу о комментарии.


Чиновники на западе Ливии, где базируется поддерживаемое ООН правительство, были недоступны для комментариев. Сотрудник российского Министерства иностранных дел сообщил, что ведомство работает над ответом, но по состоянию на пятницу Reuters его не получил.


Силы Москвы


Иллюстрируя нестабильность ситуации в Ливии, на прошлой неделе силы Хафтара боролись за возврат контроля над нефтяными портами Эс-Сидр и Рас-Лануф, захваченными противостоящей им группировкой в начале марта.


Россия ранее уже использовала сотрудников частных военных компаний в качестве дополнения к собственным силам.


В Сирии наемники широко использовались для выполнения боевых задач в сотрудничестве с регулярными российскими силами и их сирийскими союзниками, сообщили Reuters несколько источников, задействованных в военной операции. Москва не подтверждает использование в Сирии этих бойцов.


Российские частные компании, работающие в сфере безопасности, не раскрывают данных тех, кого они нанимают, но обычно это ветераны спецназа.


Криницын, владелец компании, отправившей сотрудников в Ливию, был офицером погранслужбы России в Таджикистане, на границе с Афганистаном, где, по его словам, приобрел боевой опыт.


Он добавил, что некоторые отправленные в Ливию специалисты ранее работали в Сирии, однако не выполняли боевых задач.


Криницын отказался сообщить, сколько его сотрудников участвовали в операции в Ливии, назвав это коммерческой тайной. Однако в целом, по его словам, для операции по разминированию такого типа необходимо около 50 специалистов и примерно столько же — для обеспечения их безопасности.


Ставка ястребов


Хафтар искал зарубежной помощи для укрепления контроля над рядом районов Ливии, и Россия продемонстрировала готовность к сотрудничеству в противовес более осторожному подходу западных стран.


В ноябре прошлого года Хафтар посетил Москву и встретился с министром иностранных дел Сергеем Лавровым. В декабре военачальник поднялся на борт российского авианосца в Средиземном море и пообщался по видеосвязи с министром обороны РФ Сергеем Шойгу. В последние недели Россия приняла на лечение около сотни раненых бойцов Хафтара.


В начале марта в Москву для переговоров с Лавровым также приезжал противник Хафтара Фаез Серрадж (Fayez Serraj), возглавляющий поддерживаемое ООН правительство.


Президент России Владимир Путин стремится восстановить стабильность в Ливии, и российская операция в Сирии придала ему уверенности. Однако зарубежные дипломаты, знакомые с позицией российской стороны, сказали, что пока единого мнения о том, как этого достичь, нет.


По их словам, Министерство иностранных дел России хочет, чтобы Хафтар объединил усилия с поддерживаемым ООН правительством. Однако дипломаты также сказали, что есть более воинственно настроенный лагерь, представленный Минобороны РФ и некоторыми чиновниками Кремля, который выступает за поддержку Хафтара для установления контроля над всей Ливией.


Криницын утверждает, что в Ливии его сотрудники столкнулись с группой местных повстанцев, которые были настроены враждебно, но смягчились, когда поняли, что перед ними россияне.


«Было неуютно в той ситуации, конечно, но имидж, который создал Путин в Сирии силой оружия, тактики действий и помощи странам, сыграл положительную роль, и мы поняли, что Россию там ждут сейчас больше, чем другие страны», — сказал он.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.