Не знаю, как вас, но на меня публичные выступления Надежды Савченко производят странное впечатление. Они обычно сочетают несочетаемое: трезвый анализ ситуации, рациональные выводы, интересные предложения — и вдруг один или два тезиса, которые не только противоречат сказанному до этого, но и не имеют под собой почвы, противоречат здравому смыслу и не стыкуются с личностью Савченко — офицера, узника путинского режима и народного депутата Украины.


Возьмем разговор с Савченко в прямом эфире канала «112 Україна» от 5 февраля в формате Hard Talk. Большая часть высказанных депутатом идей и выводов выглядит весьма резонно. Жесткая критика власти, как говорится, бьет в цель и основывается на реальных фактах. Конечно, что-то в сказанном ею может показаться слишком радикальным, с чем нельзя не согласиться. Это нормально, политик и не должен изрекать абсолютные истины, которым будет дружно аплодировать аудитория. И вдруг…


«Когда стреляют пушки, то политики как раз и должны садиться за стол переговоров». Как вам этот тезис, который «воткнут» посреди обширного описания и оценки боев в Авдеевке? То есть когда немецкие танки рвались к Эль-Аламейну, а самолеты со свастикой бомбили Лондон, Черчилль и Гитлер должны были садиться за стол переговоров? Интересная мысль… И что бросается в глаза: она полностью совпадает с тем, о чем в те времена говорили Сталин и Молотов. Конечно, можно сказать: у нас другая война, и во главе Украины не Черчилль. Но разве это меняет те основополагающие факты, что вражеские танки — на нашей земле и убивают наших сограждан, а пропагандистская война против украинского государства и украинской нации ведется Кремлем по лекалам большевиков и нацистов?


Кстати, в беседе журналистки канала «112 Україна» с Савченко последняя не раз выражала трезвые мысли о современной московской власти, называла Россию агрессором. И в то же время… «Российская техника, скорее всего, подтягивается не для того, чтобы нападать, а потому, что они боятся, что нападем мы». Ага, смертельно перепуганный Путин — и Кремль, которого бьет дрожь… No comment.


Далее то же самое. Описание непростой нынешней ситуации, критика власти за то, что недостаточно эффективно восстанавливает и строит армию, и — тот самый тезис, что и раньше, только несколько иными словами. «Сейчас эта война из-за затягивания ее политиками и непонятности, как они собираются решать этот вопрос, утомила людей, находящихся на фронте, с одной и другой стороны, и мы можем получить элемент неуправляемости, когда ни одна власть не будет понимать, что происходит. Единственное, что люди будут видеть, сколько наших бойцов мы будем хоронить. И чтобы этого избежать, политики должны подумать, что жертвы человеческие — ни к чему».


Что есть усталость от войны — это факт. И не совсем понятно, как ее завершить, чтобы достичь настоящего, а не словесного мира (за которым непременно будет новая широкомасштабная вспышка этой войны) — тоже факт. И что власть неумело (привет Министерству информации!) разъясняет украинцам, что к чему — факт, так сказать, «в квадрате». Однако если бы не жертвы, если бы не тысячи павших и раненых фронтовиков, разве не изобиловала бы «Новороссия» от Харькова до Одессы, Мариуполя через Днепр и до Измаила? Да и неизвестно еще, в чьих руках находились бы руины Киева и Чернигова, Винницы и Житомира, ведь «освободители» непременно пришли бы туда, если бы ВСУ, Нацгвардия и добробаты руководствовались принципом «жертвы человеческие — ни к чему»?


Впрочем, представим, что киевские власти решили подписать соглашение о мире и одним росчерком пера прекратить войну. С кем это соглашение подписывать? С Россией, которую сама Савченко признала агрессором? Такое соглашение с агрессором, когда его танки на твоей земле, — это либо откровенная капитуляция, либо временное перемирие в обмен на территории, как, например, было в СССР с Финляндией после Зимней войны 1939-40 года; мало кто знает, что не Финляндия напала на Советский Союз в 1941 году, а СССР без объявления войны 25 июня нанес массированные авиационные удары по финским городам, включая Хельсинки. И только жесткая позиция правительств США и Великобритании, умноженная на самоотверженное и жертвенное сопротивление финской армии, остановила в 1944-м сталинские танки на линии границы… Или с «ДНР-ЛНР»? Так опять же, сама Савченко на вопрос журналистки: «Согласились бы вы стать депутатом парламента «ДНР-ЛНР»?», — ответила четко и недвусмысленно: «Я таких парламентов не знаю». Так с кем же мир заключать, если в «ДНР-ЛНР» отсутствует законная власть? Непонятно…


А Надежда Савченко и дальше расставляет точки над «i» в том же стиле: «Мне кажется, что нужно заканчивать эту войну, потому что она ни к чему не ведет».


И она же жестко критикует власть и командование, потому что вдоль фронта с «ДНР-ЛНР» «нужно было уже сделать пятиэшелонированную линию обороны с дзот-укреплениями, а не просто с землянками и окопами», а не это сделано. На мой взгляд, хватило бы и трех эшелонов обороны, но не только с дзотами, но и с железобетонными дотами в важнейших узлах, но главное в другом. Если непременно нужно было строить такую ​​мощную оборону, значит, угроза со стороны врага была и есть вполне реальной, значит, он может в любой момент попытаться перейти в наступление. И как с этим, объясните мне, стыкуется требование «заканчивать войну»? Хорошо, мы ее закончим, а враг что будет делать?


Вот такой вид в этой беседе имеют «воткнутые тезисы» на тему «бери шинель, пошли домой» или даже «штыки в землю»! Боевой офицер и депутат должен знать, к чему приводят призывы такого рода во время войны (которая ведется не так, как нужно, и без тех ресурсов, которые необходимы для ее эффективного ведения — но это совсем другая тема). Приводят они либо к полному поражению, либо к частичному, и ни к чему другому. Впрочем, Савченко постоянно избегает уточнений, что же она предлагает — полную капитуляцию Украины перед агрессором или перемирие с Кремлем в обмен на территории.

Случайно ли это? Просто мантра о мире каким-то образом кем-то прочно заложена в подсознание депутата? И знает ли Савченко, что ее установки относительно войны почти дословно совпадают с тем, что проповедовал во время Первой мировой некий Ульянов-Ленин, бросив все силы своей партии на разложение российской армии?


С той лишь существенной разницей, что армия и была инструментом агрессии, а война велась за масштабные завоевания в Европе и Азии — за присоединение к Российской империи всех польских и украинских земель, а вдобавок за взятие под контроль Босфора и Дарданелл и водружение креста на Святой Софии в Царьграде-Константинополе-Стамбуле. Украина же находится в принципиально другой ситуации, она сама является жертвой агрессии. Впрочем, эта мантра о мире фигурирует в еще одном историческом сюжете: именно так по заданию Сталина («Ленина сегодня», как писала о нем «Правда») французские коммунисты разлагали армию своего государства, делая ее беспомощной перед нацистским нашествием. Нужно ли указывать, что операция эта проводилась на кремлевские деньги?


Поэтому, повторю это еще раз, выступления Надежды Савченко о прекращении войны производят странное впечатление. Это впечатление усиливается тем, что такого рода призывы звучат в многочисленных откровенно промосковских СМИ и из уст тех «отечественных» политиков, угодничество которых «кремлевским чекистам» не вызывает сомнения. Хуже всего, что такая пропаганда дает уже определенные результаты — и, по-моему, российские танки подтягивают к «ДНР»-»ЛНР» именно в ожидании того, что эта пропаганда будет следствием полной деморализации Украины…

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.