Если прогуляться по Тирасполю, столице анклава Приднестровья, на короткое мгновение можно подумать, что Советский Союз никогда не переставал существовать.

Движение на широких улицах города не интенсивно, повсюду можно видеть серп и молот, и возможные диссиденты могут ожидать визита полиции безопасности республики, которая называет себя КГБ.

В этой русскоговорящей части Восточной Молдовы, которая стала независимой с войны в начале девяностых годов, все политические силы свято верят в пророссийские лозунги.

Но в одном, по крайней мере, Приднестровье резко отличается от империи, исчезнувшей с поверхности земли 25 лет назад: в сегодняшнем Тирасполе можно голосовать за различных кандидатов.

Это было доказано в предыдущие выходные, когда Вадим Красносельский, кандидат, имеющий поддержку местных олигархов, победил действующего президента этого региона Евгения Шевчука.

Это произошло очень убедительно: Красносельский получил 62% голосов республики, население которой составляет 400 тысяч человек. В результате стал ненужным второй круг голосования, которое никем не признается — даже официальной Россией.

Смена власти не означает никаких непосредственных изменений в риторике относительно внешнеполитического курса страны:

«Я основываюсь на выборе народа, который четко заявил, что выступает за независимость и воссоединение с Россией», — заявил новый президент местным СМИ после своей победы.

Взрывные противоречия

Но за ритуальными заявлениями о вечной верности России маячат серьезные экономические и политические конфликты.

Потому что после приобретения «независимости» Приднестровье в течение четверти века сталкивается с экономическими проблемами: резко упал экспорт на восток после начала войны на Украине в 2014 году, предприятия региона значительно уменьшили свою производительность, а молодежь республики говорит «до свиданья» ностальгии по Советскому Союзу и уезжает, как только появляется возможность.


И политически положение выглядит безнадежно: российская аннексия Крыма в 2014 году четко показала, что в Москве есть амбиции по поводу  территориальной экспансии. Но она также показала, что ряд очень бедных областей, которые десятилетиями ждали российского признания, могут ждать еще несколько десятилетий.

Приднестровье — не единственный пророссийский регион, вышедший из состава других государств, который в настоящее время испытывает растущее разочарование и кризис.

Абхазия, территория, поддерживаемая Россией на северо-западе Грузии, которая фактически обрела самостоятельность в девяностые годы, этим летом испытывала волнения.

В июле этого года в столице Абхазии Сухуми вспыхнуло недовольство, демонстранты, требовавшие больше демократии, взяли, в частности, штурмом министерство внутренних дел республики.

Дорогое удовольствие

Стратегия Кремля разделять и властвовать, поддерживая области, вышедшие из состава других бывших советских республик, так же стара, как и сама независимая Россия.

При сменяющихся российских президентах появление таких областей было постоянной частью внешней политики страны с начала девяностых годов.

Во время правления своего первого президента Бориса Ельцина Россия сделала упор на Нагорный Карабах, область, которая de jure является частью Азербайджана, но в действительности находится под контролем Армении. Ельцин вооружал и мятежников в Приднестровье.

Президентом был Дмитрий Медведев, когда Россия в 2008 году начала войну с Грузией и поддержала независимость Абхазии и еще одной республики, вышедшей из состава Грузии — Южной Осетии.

В Южной Осетии есть планы в начале 2017 года провести референдум о присоединении к России. Но Москва вряд ли воспользуется этим предложением. В Приднестровье такой референдум уже прошел в 2006 году. Здесь 97% населения поддержали союз с Россией.

Владимир Путин в последние годы делает упор на поддержку пророссийских сил на востоке Украины, где возникли две новые и довольно крупные республики, вышедшие из состава Украины — народные республики Донецкая и Луганская.

Но России дорого обходится поддержка всех этих самопровозглашенных республик — как политически, так и экономически.

Политическая цена — хроническое тяжелое положение практически во всех соседних государствах бывшего Советского Союза.

Такие страны, как Украина, Грузия и Молдова уже заметили последствия этой линии, в то время как другие — такие, как Белоруссия и Казахстан — опасаются, что Кремль нападет на них.

И в денежном отношении счет велик для России, которая с 2014 года испытывает экономический кризис.

Очень трудно предположить объемы российского финансирования, например, областей Восточной Украины, где население составляет более 3 миллионов человек. Но исследование, проведенное немецкой газетой Bild в этом году, предположило, что расходы составляют более миллиарда евро в год.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.