Японские дипломаты, не знающие историю территориальных переговоров

Перспективы переговоров по «северным территориям» становятся все более туманными. Это стало понятно и по мрачному выражению лица премьер-министра Японии Синдзо Абэ после переговоров с президентом Путиным в Перу 19 ноября. Похоже, в ходе переговоров с российским лидером премьер Абэ почувствовал, что территориальные переговоры оказались в непростой ситуации.

Но еще большая проблема заключается в другом: эта встреча показала, что японские дипломаты не видят всю картину переговоров по «северным территориям» в целом. Премьер Абэ неоднократно подчеркивал, что для того, чтобы заключить мирный договор, важен «новый подход».

Тем не менее в ходе пресс-конференции 20 ноября журналист задал вопрос президенту Путину: «Какой подход вы считаете новым? Что для вас означает старый подход?» На это российский лидер ответил: «Я не знаю, что означает новый подход, и что — старый» (из блога депутата Такако Судзуки).


И действительно, подход японской стороны не сильно отличается от прежней концепции. Если японские дипломаты действительно считают, что подход изменился, это означает, что они не понимают историю территориальных переговоров.

Дипломатические переговоры сдвинулись с мертвой точки, несмотря на существующую ситуацию, только благодаря тому, что администрация Абэ пошла на уступки российской стороне. Это не означает, что дипломатия Абэ обладает реальной мощью. Об этом можно судить и потому, что администрация Абэ вообще никак не отреагировала на арест министра экономического развития России Алексея Улюкаева.

Ниже хочу представить интервью с писателем и бывшим экспертом министерства иностранных дел Японии по сбору информации о России Масару Сато (Masaru Sato).

Администрация Абэ пошла на большие уступки с Россией

Как вы думаете, как встреча Путина и Абэ, которая пройдет 15 декабря в Ямагути, отразится на территориальных переговорах?

Масару Сато: Начну с главного. Я считаю, что проблема «северных территорий» сдвинется с мертвой точки благодаря предстоящей встрече на высшем уровне. Причина состоит в том, что администрация Абэ серьезно изменила политику по спорным островам и пошла на большие уступки российской стороне. Чтобы понять, какие изменения произошли в политике, необходимо освежить историю территориальных переговоров.

В советский период правительство Японии требовало вернуть все четыре острова единовременно. В свою очередь, СССР вообще не признавал само существование территориальной проблемы. Однако в августе 1991 года в СССР произошла попытка государственного переворота. В СССР начинается процесс самораспада. Власть переходит от СССР к России. В ходе этого процесса президент Борис Ельцин и руководство России признают существование территориальной проблемы. Они начинают настаивать на том, чтобы урегулировать эту проблему на основании закона и справедливости, не разделяя Японию и Россию на победителя и проигравшего в войне. Мир дипломатии действует по правилу: если партнер действует жестко, то и я действую также; если партнер уступает, то и я иду на уступки. Поэтому в октябре 1991 года правительство Японии изменило свою политику: если будет признан японский суверенитет над четырьмя островами, то Япония будет подходить гибко к срокам, форме и условиям возврата. Если следовать этому курсу и признать японский суверенитет, то Япония не будет против того, чтобы сначала ей вернули Хабомаи и Шикотан, а затем Кунашир и Итуруп. После этого японские власти следовали этой политике.

Тем не менее администрация Абэ предложила решить территориальную проблему на основе «нового подхода». Она изменила этот курс. В ходе дебатов в бюджетной комиссии 3 октября премьер Абэ заявил: «Мы урегулируем проблему принадлежности четырех островов и подпишем мирный договор. Больше мне нечего добавить». Эти слова отражают Токийскую декларацию, которую подписали президент Ельцин и премьер Японии Морихиро Хосокава (Morihiro Hosokawa) в октябре 1993 года. Слова Абэ — «решить проблему принадлежности четырех островов» — не означают подтвердить японский суверенитет над этими островами. Урегулировать вопрос принадлежности четырех островов можно пятью способами: Япония — 4, Россия — 0; Япония — 3, Россия — 1; Япония — 2, Россия — 2; Япония — 1, Россия — 3; Япония — 0, Россия — 4. Можно даже решить проблему принадлежности так, что Япония при этом не получит ни одного острова. Токийская декларация — это соглашение между правительствами России и Японии. Она не является курсом японских властей. Очевидно, что администрация Абэ подменяет понятия. В ходе текущих переговоров Япония не требует подтвердить японский суверенитет на четыре острова. Тем не менее когда администрация Абэ разъясняет народу ход территориальных переговоров, она заявляет: «Мы решим вопрос принадлежности четырех островов и подпишем мирный договор». Тем самым Абэ подчеркивает, что речь идет именно о четырех островах. В результате создается впечатление, что Япония не отказывается от своих требований вернуть четыре острова. Такую дипломатию не должна проводить демократическая страна. СМИ, которые молчат об этом, также ведут себя некорректно.

— МИД Японии и ранее настаивал на Токийской декларации. Премьер Абэ говорит о «новом подходе», однако выходит, что сам подход не изменился?

— МИД зациклилось на Токийской декларации, чтобы защитить себя. Токийская декларация помогала создать впечатление, что они не отказались от требований вернуть все четыре острова. Премьер Абэ прежде тоже использовал Токийскую декларацию с этой же целью, однако в последнее время с помощью нее он показывает России, что Япония не требует подтвердить суверенитет четырех островов. Другими словами, изменения заключаются в том, как расставлены акценты в Токийской декларации. Между тем мне кажется, что эти изменения неосознанные. Сами чиновники не понимают этого…

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.