Если кто-то решил высунуться, то ему следует ожидать, что ему могут дать по морде. Спикер Датской народной партии по вопросам военной политики Марие Краруп довелось это испытать на собственном опыте.

Она стала причиной появления, по меньшей мере, пяти редакционный статей в ведущих газетах, а также целого ряда читательских писем и комментариев в печатных СМИ. Не говоря уже обо всех тех гнусностях, которые обрушились на нее в социальных медиа. Там ее обвиняли в том, что она — полезный для Росси идиот, и что она, возможно, получает деньги от посольства России в Копенгагене. И что, возможно, еще хуже: в том, что она — любимица российских СМИ.

Я посмотрел российские СМИ: да, о Марие Краруп кое-где действительно отзывались положительно, но неужели кто-то и вправду думает, что датский политик второго эшелона в партии, не входящей в правительство, может стать причиной появления крупных заголовков в российских СМИ? При всем уважении к Марие Краруп, она этим похвастаться не может.

В некоторых газетах в комментариях писали, что Краруп, в лучшем случае, наивна. Это я могу опровергнуть. Я знаю Марие Краруп почти 20 лет. Она была моим заместителем почти все то время, когда я сам был военным атташе в Москве, Киеве и Минске (1998-2000 гг.). Она идеалист и энтузиаст, который не боится «высовываться», и это замечательно. Таких людей у нас немного.

Ну, теперь кто-то уже решил, что мы с Марией Краруп однопартийцы. Отнюдь. В этом узком кругу — где у меня получилась блестящая карьера — я могу признаться, что я старомодный железобетонный социал-демократ, воспитанный Пером Хэккерупом (Per Hækkerup — видный датский социал-демократ — прим. ред.) много-много лет тому назад.

Я согласен далеко не со всеми идеями Марие Краруп, в том числе, и по поводу ЕС. Я совершенно не согласен с ее критикой чиновников Министерства иностранных дел — в основной своей массе они весьма компетентны, но, естественно, и очень осторожны и уравновешены. Но я согласен с тем, что приложение о России к докладу Таксё (Peter Taksøe-Jensen) вызывает сильное разочарование (доклад о внешней политике и политики в области безопасности Дании, автором которого является посол Петер Таксё-Йенсен, представлен правительству 1 мая 2016 года — прим. ред.). Принимая во внимание тот вес, который Россия имеет в дебатах о политике безопасности, я ожидал получить чашку настоящего крепкого русского чая, но вместо этого получил чашку с водичкой комнатной температуры.

Так в чем же заключается основная мысль Марие Краруп? Прежде всего, в том, что мы должны попытаться начать диалог с русскими, стремясь к более тесному сотрудничеству. И что в этом плохого? Это совершенно логично.

Россия и западный мир заблудились в трех соснах, и им будет очень нелегко выбраться оттуда, не потеряв лицо. Это означает, что мы сегодня живем в гораздо менее безопасной Европе, где даже режим контроля над вооружениями, созданный в связи с окончанием холодной войны, по большей части, рухнул. Все здравомыслящие люди хотели бы, чтобы была сделана попытка определить те области политики, в которой у сторон есть общие интересы. Их много, и на самом деле сотрудничество, связанное с некоторыми из них, продолжается.

У России и Запада общий враг

Нынешняя ситуация сложилась не просто так, она имеет определенную предысторию, о которой датская пресса пишет лишь изредка.

Как совершенно правильно написал недавно в своей статье профессор Бент Йенсен (Bent Jensen), для политики Запада характерно крайнее высокомерие. Позиция НАТО была такова: да, мы слышим, что вы говорите, но делать будем то, что подходит нам (ведь это же мы выиграли холодную войну).


Я столкнулся вплотную с этой позицией, когда в начале 1990-х годов возглавлял Отдел НАТО в Министерстве обороны, и позднее, когда в 1999 году был назначен руководителем миссии связи НАТО в Москве. Я не отказался от этого поста и тогда, когда НАТО — вопреки договору, который был заключен о расширении НАТО в 1997 году, Основополагающему документу НАТО-Россия, стала бомбить Сербию, в том числе, и ее столицу Белград. После чего Россия сотрудничество с НАТО прервала. Оно было возобновлено только в 2002 году по указанию Путина, но практически сразу же стало испытывать проблемы.

Бомбардировки Сербии стали решающим моментом. После них доверие к желанию западных стран учитывать точку зрения России сильно уменьшилось, а потом и вообще исчезло. Можно перечислить целый ряд примеров того, как игнорировались российские интересы, но это заняло бы слишком много места и времени.

Поэтому, по моему мнению, совершенно очевидно — и это главное утверждение Марие Краруп — что у России и Запада есть общий интерес в том, чтобы победить воинствующий ислам, а это слишком быстро произойти не может. Если говорить о среднесрочной и долгосрочной угрозе западной и православной (русской) цивилизации, то это ислам, особенно в его воинствующей форме (среднесрочная перспектива). Но в долгосрочной перспективе ислам стремится к тому, чтобы подорвать западную цивилизацию, основывающуюся на исконных христианских ценностях — если мы сами не признаем, что у нас есть культурный фундамент, который чего-то стоит и который поэтому надо защищать.

Поэтому то, что Путин активно подчеркивает ценность центральной роли, которую православное христианство играет в России, может вызвать симпатию. А поскольку ему к тому же еще и явно удается найти способ сосуществования с многочисленным мусульманским меньшинством в России, нам следует выяснить, нет ли у него чего-то, чему мы могли бы поучиться — во всяком случае, совершенно исключать этого нельзя.

Марие Краруп пытается начать очень нужные дебаты именно на эту тему. По моему личному мнению, мы близки к тому, чтобы выплеснуть нашу общую христианскую основу вместе с водой, и об этом мы еще пожалеем.

Готов ли Запад к диалогу?

Если пытаться оценить политику России в эти годы, следует ясно сказать себе, что то, что мы в западном мире считали универсальной мудростью — западные ценности, права человека, в том числе, положение человека в обществе — таковой не является. В большом количестве стран эта точка зрения принимается лишь отчасти или не принимаются вообще.

Мы можем об этом сожалеть, но мы уже не в том положении, когда можно утверждать свое моральное превосходство. Как сказал мне однажды мой российский коллега, Сергей Рогов: «Кстати, а вы не забыли, как пишется Гуантанамо?»

Я поддерживаю все попытки Марие Краруп начать разумный диалог и сотрудничество. Впрочем, необходимо отдавать себе отчет в том, что танго танцуют вдвоем. Готов ли Запад? Возможно, но преимущественно на западных условиях, в частности, требуя, чтобы Крым вернули Украине. Об этом можно забыть (и политики-реалисты уже давно это сделали): ни один российский президент не сможет вернуть Крым Украине.

А что с Донбассом? Да, если Россия будет уверена в том, что Украина не станет членом НАТО/ЕС. Это чистая геополитика, но надо уяснить, что это основополагающая российская позиция, и она продиктована географией страны.

Примитивная демонизация Путина

Россия никогда не понимала и не принимала западную доктрину безопасности в сотрудничестве, а западный мир не понимал и не принимал, что российские и западные интересы далеко не всегда совпадают. Россия — сверхдержава и европейская, и азиатская.

Сказав это, я должен выступить с небольшим предостережением. Внешняя политика России ставит перед собой две цели: во-первых, обеспечить соблюдение национальных интересов России (так, как русские сами их понимают), а потом обеспечить, чтобы нынешняя политическая и экономическая элита по-прежнему могла бы сохранять власть, продвигая историю о возвращении России как сверхдержавы с особой православно-христианской идентичностью.

Марие Краруп попыталась начать серьезную дискуссию об этих вопросах. Сделать это оказалось непросто, но будем надеяться, что ее попытка будет способствовать большей объективности в пока еще довольно скудных дебатах, в частности, по поводу совершенно примитивной демонизации Путина.

Карстен Якоб Мёллер (Karsten Jakov Møller) — генерал-майор в отставке, бывший сотрудник датского Института международных исследований (DIIS)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.