Не стоит лить слезы и заламывать руки, дорогие друзья из Соединенных Штатов. То, что произошло в этот вторник, не крах вашей демократии — просто мощный удар по американской исключительности и неуместному высокомерию элит.

Дональд Трамп выиграл, воспользовавшись комбинацией, с начала века доказывающей свою эффективность в Восточной Европе: сочетанием национализма и программы по борьбе с коррупцией.

В одной из гостиниц в пригороде Орландо (штат Флорида) в семь часов вечера во вторник дюжина республиканцев округа Осеола собралась вокруг телевизора, настроенного на Fox News. Они были первыми, кто пришел на мероприятие, объявленное торжеством в честь победы партии — Республиканская партия Осеолы собиралась праздновать несколько скромных побед — но этих людей больше интересовала президентская гонка.

Они дерзко и самонадеянно отзывались о достижениях Трампа. «Он возглавит таблицу», — уверял седой джентльмен в кепке военно-воздушных сил, как только появились первые результаты. Они чокнулись пивными кружками. «Выпьем за стену», — произнесла смуглая женщина, пояснившая, что сама она — иммигрантка из Румынии.

На самом деле эти люди не испытывали той уверенности, которую желали продемонстрировать. По мере того как на экране менялись цифры, выражение их лиц становилось более напряженным, жесты говорили о тревоге. Сторонники Трампа доставали из карманов смартфоны и просматривали различные онлайн-карты выборов, обсуждая пути их кандидата к победе, которая на тот момент по-прежнему не была очевидна.

Через три часа женщина в ковбойской шляпе взобралась на стул и прокричала: «Только что объявили, что Флорида проголосовала за Дональда Трампа!» И она принялась размахивать резиновой маской Хиллари Клинтон в образе ведьмы, как будто это была отрезанная голова кандидатки от демократов. Тут началось безудержное веселье. В конце концов победа партии оказалась настоящей победой.

Многие скажут, что победа Трампа подогревалась расизмом и ксенофобией. Все гораздо сложнее.

В толпе сторонников Трампа в Орландо были не только белые мужчины. За день до этого, консультант Орландо по связям с государственными службами Бертика Кабрера Моррис (Bertica Cabrera Morris), представительница Трампа, сказала мне, что на самом деле республиканцы вовсе не напортачили с латиноамериканским электоратом и могут рассчитывать на большое число голосов в пользу их кандидата. И она оказалась права: в этом зале слышалась и испанская речь. И женщин тоже было достаточно. Было очевидно, что многие латиноамериканцы и женщины не считают слова Трампа, сказанные в их адрес, столь уж оскорбительными.

Разумеется, это лишь отдельные примеры, равно как и тот факт, что во время моих поездок по США в этом году я встречал гораздо больше людей, восторгавшихся Трампом, нежел Клинтон. Но, с другой стороны, есть ли у нас вообще что-то кроме отдельных свидетельств?

Ясно, что большинство социологических центров и экспертов по опросам общественного мнения были настолько не правы, что на все, что они говорили в течение года, можно было не обращать внимания. Я жалею, что у меня не хватило смелости сделать это, в отличие от некоторых людей, которых я знаю — например, адвоката из Лас-Вегаса Роберта Барнса (Robert Barnes), который начиная с праймериз последовательно предсказывал победу Трампа и который теперь заработал сотни тысяч долларов для себя и своих клиентов, которым советовал делать ставки на Трампа у европейских букмекеров. Признаки, которые видел он и другие игроки (многие из которых носят довольно ненаучный характер) оказались более значимыми, чем самонадеянные оценки и казавшиеся авторитетными расчеты социологов, ученых, политтехнологов и опытных комментаторов.

Мне следовало прислушаться к мнению Барнса и десятков простых американцев, которые объясняли мне, почему они предпочли Трампа, а не Клинтон. Лишь немногие из них говорили о ксенофобии. Большинство же было недовольно экономической ситуацией, в частности, ростом стоимости страховки ObamaCare и шаткостью доходов, и все они считали Клинтон коррумпированной. Как сказал вчера один из сторонников Трампа в Орландо: «Я скорее предпочту, чтобы правительством США управляла мафия, чем Хиллари Клинтон: они хотя бы не такие продажные».

Все это должно было донести до меня что-то важное — или, вернее, подтвердить то, что я уже знал по опыту из другой части мира.

© REUTERS, Brendan McDermid
Сторонники Дональда Трампа в Нью-Йорке


Вероятно, Трамп выиграл потому, что к концу своей кампании он был не просто популистом с националистическими взглядами, вроде тех, что в последнее время пользуются все большим успехом в Европе, хотя и не занимают командные высоты. Он также выступил в роли рыцаря-борца с коррупцией. Он искусно воспользовался возможностью, предоставленной ему WikiLeaks, написавшей во вторник вечером в Twitter: «Американский народ не любит коррупцию».

Наибольший успех антикоррупционных партий на выборах наблюдался в Центральной и Восточной Европе, в 2000-е годы они присоединились к правящим коалициям или возглавили их в целом ряде стран: Польше, Словакии, Эстонии, Латвии, Болгарии. Правда, далеко не все они пережили свои вторые, не говоря уже о третьих выборах. Наиболее успешная из них — польская партия «Право и справедливость» (PiS) — правит сегодня страной, поскольку сумела мастерски соединить в своей программе борьбу с коррупцией и националистический популизм.

Такое сочетание также было соблазном для многих постсоветских политиков. Экс-президент Грузии Михаил Саакашвили оттачивал его после «Революции роз» 2003 года, а затем, когда после значительных перемен в стране его отстранили от власти, принес его на Украину. На этой неделе Саакашвили подал в отставку с поста губернатора Одесской области, чтобы строить сильную партию и бороться на досрочных парламентских выборах. Он объявил о своей отставке, выступив с речью в стиле Трампа, исполненной злопамятства и жалости к себе. Он обвинил коррупцию администрации и кабинета президента Петра Порошенко в собственной неспособности реформировать таможенные и коммунальные службы в регионе. Он заверил, что президент лично поддерживал коррумпированные «криминальные кланы» в Одессе, и пообещал «начать новый этап борьбы».

«Я тот солдат, который идет сколько может, а потом столько, сколько надо, — сказал Саакашвили. — Сколько надо для полной победы, чтоб избавить Украину от этих мразей, от этой коррупционной грязи».

Слушая его выступление, я все ждал, что аудитория начнет скандировать «Drain the swamp», как это делали толпы на недавних митингах Трампа. Правда, украинцы еще могут научиться скандировать по ходу кампании Саакашвили.


Будет смешно, если именно Россия снабжала Трампа «оружием» WikiLeaks. Именно там националист, популист и борец с коррупцией Алексей Навальный, вероятно, является самой сильной фигурой осажденной оппозиции режима. Владимиру Путину не свойственен нативизм, а его близкое окружение, как всем известно, глубоко коррумпировано, и именно он является заклятым врагом националистических антикоррупционных движений в непосредственной близости от России, и он их цель номер один. PiS в Польше тоже настроена против Путина.

Выиграв президентские выборы, отчетливо следуя восточно-европейскому рецепту, Трамп показал, что нет такой уж большой разницы между, скажем, американцами и поляками, или американцами и грузинами. Здесь так же легко воззвать к национальной гордости, связав ее с экономическим дискомфортом, да и американское понимание коррупции очень схоже.

В августе Навальный опубликовал пост, где сравнил с каждым разом все более дорогие резиденции Клинтон с намного более впечатляющими дворцами российских чиновников. Он сделал важное наблюдение, но для избирателя, голосующего против коррупции в Восточной Европе, воспитанного на политике, где за расследованием следует обвинение, Клинтон по-прежнему выглядит коррумпированной. Ее непомерные гонорары на Украине или в Грузии порицались бы как форма мошенничества. Неспособность Клинтон провести четкую границу между благотворительным фондом и частным бизнесом (который подозрительно напоминает лоббизм) запятнала бы ее репутацию в этих странах, вероятно, еще больше, чем в США

Не важно, была ли Клинтон действительно настолько коррумпирована или она в этом отношении была примерно на уровне постсоветских политиков: здесь все дело в оптике. «Если они всю свою жизнь были государственными служащими, то почему они так богаты?» — этот вопрос был бы мощным оружием против них у молодых демократий. На Украине, где националистическая антикоррупционная революция в 2014 году свергла предыдущего президента, этот вопрос поднимается прямо сейчас вслед за кампанией по подаче деклараций о доходах и имуществе, в результате которой оказалось, что местные чиновники припрятали в закромах сотни миллионов долларов наличными.

США никогда не сравнивают с молодыми демократиями Центральной и Восточной Европы, поскольку та самая надменная американская элита, которая в этом году с треском провалилась, испытывала такую гордость за политические традиции США. А когда эти традиции рухнули, некоторым ученым мужам пришлось признать, что они на самом деле не понимают свою страну. «Америка, по сути мы тебя не знали, — написал в своем твиттере экономист Пол Кругман. — Определенно, я недооценивал свою страну».

Пора оставить гордыню. В наиболее важных аспектах США — такая же страна, как и многие другие. Все, что может случиться в другом месте, может произойти и здесь. Трамп тому пример.