«Разговор был четким и жестким», — подвела итог канцлерин. «Мы сказали друг другу все, как есть, потому что на подобных встречах лучше вести себя открыто и прямо», — добавил президент Франции. Был уже час ночи, когда Ангела Меркель и Франсуа Олланд вместе вышли к журналистам, чтобы рассказать о «рабочей встрече по Сирии» с Владимиром Путиным, которая прошла в Берлине в среду вечером.

Если лидеры Франции и Германии стремились продемонстрировать президенту России единство в жесткой позиции по Сирии, то им это удалось. Олланд и Меркель назвали российские удары по Алеппо «военными преступлениями» и потребовали остановить бомбардировки второго по величине города страны, отметив, что борьба с меньшинством «террористов» не может оправдать страданий сотен тысяч мирных жителей. Они оба призвали к «устойчивому перемирию», так как только оно может стать условием «доставки гуманитарной помощи», чего не в состоянии обеспечить «перемирие на несколько часов».

Жест доброй воли


На первый взгляд, может показаться, что Меркель и Олланд победили. После встречи Путин заявил о готовности приостановить авиаудары и, по возможности, продлить гуманитарную паузу в Алеппо, которая была объявлена во вторник и должна была продлиться 11 часов в четверг. В тот же самый момент сирийская армия сообщила о ежедневном 8-часовом прекращении огня 20, 21 и 22 октября.


Как бы то ни было, этот жест доброй воли не должен вводить в заблуждение. Прежде всего, потому что президент России сообщил о нем на брифинге в аэропорту Берлина, а не вместе с лидерами Франции и Германии, что можно рассматривать как стремление показать, что решения было принято по его собственной инициативе, а не под внешним давлением. Далее, потому что Олланд и Меркель были вынуждены признать на пресс-конференции ограниченность рычагов давления на Путина.

На вопрос о возможных «санкциях» против России в ответ на «военные преступления» в Алеппо они отвечали весьма осторожно. «Все, что может послужить угрозой, может быть полезно», — отметил Олланд. «Исключать такой вариант нельзя», — сказала Меркель.

Путин же понимает, что бояться ему особенно нечего. Большинство из государств-членов ЕС, которые принимают участие в заседании Евросовета в Брюсселе 20 и 21 октября, не хотят принимать из-за Сирии те же санкции, что были введены из-за Украины. «Хотя некоторые европейские столицы хотели бы смягчить или даже снять их, эмоциональная волна трагедии Алеппо похоронила эти споры, по крайней мере, на время», — отмечает высокопоставленный французский дипломат.

Развертывание сил в Средиземноморье


Давление на Москву не стихает. После прямого вмешательства в сирийский конфликт на стороне режима в сентябре 2015 года Владимир Путин выстраивает дипломатические инициативы с учетом военных задач. Даже если гуманитарная пауза, которую в Кремле представляют как жест доброй воли российских военных, будет продлена, она все равно остается весьма неоднозначной. Прежде всего, она призвана дать толчок эвакуации удерживаемых повстанцами кварталов (там еще живут 250 000 человек), которые войска режима не могут быстро взять, не устроив при этом кровавую баню (это бы еще больше усилило изоляцию России на международной арене). 8 октября российское вето против предложенного Францией проекта резолюции с требованием остановить бомбардировки было поддержано только Венесуэлой.

Подобные операции по эвакуации уже проводились в Хомсе в 2014 году, в Дарайе в конце августа этого года (20 000 жителей и 200 боевиков, которые оказывали сопротивление на протяжение четырех лет), а также в настоящий момент Кудсае на сервере сирийской столицы.

В Алеппо были сформированы восемь гуманитарных коридоров: шесть для мирных жителей и два для боевиков, которые могут отправиться в Идлиб. Российские дроны ведут съемку автобусов, которые украшены флагами России и Сирии, а также портретами Башара Асада. Оппозиция говорит о попытках устроить «этническую чистку» и утверждает, что боевики и жители останутся в городе. «Нельзя утверждать, что перемирие продолжается, чтобы население ушло из Алеппо (…), чтобы эти женщины и дети влились в поток беженцев», — заявил президент Франции.

Но хотя Путин и играет в примирение, своего курса он не меняет. Перед встречей в Берлине он позвонил Башару Асаду, чтобы продемонстрировать близость с сирийским лидером. Кроме того, он продолжает укреплять российский военный контингент. Сейчас к сирийским берегам направляются корабли Северного и Балтийского флота.

Это развертывание сил на западе Средиземноморья станет одним из самых значительных с окончания холодной войны. Тем самым Кремль хочет недвусмысленно напомнить Западу, что баланс сил складывается в его пользу.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.