Россия идет на конфронтацию с Соединенными Штатами. Даже стали говорить о новой гонке вооружений ядерных держав. Появляются признаки наступления ледникового периода. На чьей стороне находится Германия?

НАТО объявляет о приведении в боевую готовность системы противоракетной обороны в Европе, решение о создании которой было принято в 2010 году руководителями государств и правительств Альянса. После первой наземной установки в Румынии и второй опорный пункт в Польше достиг состояния «полной операционной готовности» (Full Operational Capability). Расположенный на земле и на воде щит от угрозы с воздуха уже создан. Российский президент Владимир Путин тут же заявляет о том, что противоракетный щит НАТО направлен против его страны и представляет собой угрозу для «первостепенных интересов» Москвы. В конечном итоге, Соединенные Штаты могут запускать со своих противоракетных баз и крылатые ракеты с ядерными боеголовками. В ответ на это Путин выходит из заключенного в 1987 году Рональдом Рейганом и Михаилом Горбачевым Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (INF Treaty) и, кроме того, объявляет о размещении новых ядерных ракет на кораблях Балтийского флота, в Калининграде, а также к западу от Урала. То, что воспринимается, как сценарий периода холодной войны, становится в высшей степени актуальным. Подобные мрачные картины содержатся в опубликованном докладе Фонда науки и политики (SWP), в котором анализируются возможные варианты развития российской внешней политики. Для европейских и немецких высокопоставленных политиков такие события как аннексия Крыма или военная интервенция Путина в Сирии оказались неожиданными, и поэтому теперь этот берлинский исследовательский центр хочет быть лучше подготовленным к тому, что якобы является непредсказуемым.

Гадание на кофейной гуще?

Выход России из соглашения о контроле над ядерными вооружениями является тем сценарием, в котором на основе научного анализа прослеживается дальнейшее развитие уже происходящих событий. Российская государственная пропаганда заметила опубликованное в Германии исследование и подвергла его резкой критике, назвав «гаданием на кофейной гуще в интеллектуальном обличии». Однако на этой неделе президент Путин собственноручно предоставил убедительные доказательства того, что он намерен в политическом плане использовать статус России как атомной державы.


В понедельник он объявил о приостановлении выполнения заключенного с Соединенными Штатами соглашения об уничтожении оружейного плутония. По этому соглашению каждая из сторон должна была уничтожить 34 тонны оружейного плутония — этого количества достаточно для производства около 17 тысяч ядерных боеголовок. Путин в качестве обоснования своего решения назвал «недружественные действия» американцев и потребовал от Соединенных Штатов отменить санкции, введенные в ходе кризиса на Украине, компенсировать понесенные Москвой потери, а также сократить американское военное присутствие в Европе. Кроме того, по данным из эстонских правительственных кругов, Москва в настоящее время, действительно, занимается размещением баллистических ракет земля-земля в Калининграде.

Пока еще НАТО не подтвердила эти сведения, однако после угроз со стороны Путина они представляются вполне вероятными. Новым в этом деле является нарушение существовавшего ранее табу относительно связи соглашений в ядерной области с политическими требованиями. После начала украинского кризиса Путин больше не заботится о правилах, действовавших с момента окончания холодной войны. Он постоянно напоминает о том, что Россия является ядерной державой. Так, например, он мимоходом рассказал о том, что в ходе оккупации Крыма он рассматривал вопрос о приведении стратегических ядерных сил России в полную боевую готовность. Его главный пропагандист Дмитрий Киселев даже хвастался на государственном телевидении тем, что Россия является единственной страной, способной превратить Соединенные Штаты в радиоактивный пепел.

Все признаки указывают на конфронтацию. Маловероятным представляется то, что Путин серьезно рассматривает применение ядерного оружия. Однако бряцание ядерным оружием заставляет Запад серьезно отнестись к такому варианту. Оливер Майер (Oliver Meier), заместитель руководителя группы по изучению политики в области безопасности Совета по внешней политике и автор мрачного ядерного сценария, считает, что Россия рассматривает свою ядерную программу как инструмент, с помощью которого можно вбить клин между странами-членами НАТО. Поскольку, по его мнению, эта организация в своем отношении к Москве так же не отличается единством, как и Евросоюз.

Требование «большей жесткости в отношении Москвы»

Наглядно это можно увидеть в Германии. В Берлине споры относительно правильной стратегии в отношении Путина проходят внутри самих правящих партий. Пока еще речь идет не об опасной ядерной эскалации, а о войне на Украине и в Сирии. Политика Путина все больше ориентирована на новую холодную войну, отмечает председатель Комитета по иностранным делам Европарламента и член ХДС Эльмар Брок (Elmar Brok). «Президент России Путин все больше превращается в диктатора и проводит в чистом виде политику с позиции силы, в результате которой гибнут тысячи невинных людей в Сирии и на Украине», — подчеркивает он. По мнению Эльмара Брока, такая политика не может не иметь последствий в НАТО и в Евросоюзе.

Брок требует проявить «значительно больше твердости в отношении Москвы». Он также настаивает на том, чтобы зимой уже существующие экономические санкции Евросоюза были не только сохранены, но и расширены. «Запад не должен больше поставлять в Россию технологии, которые могут быть использованы для производства оружия или компьютерных программ», — подчеркивает он.

В пятницу официальный представитель федерального правительства сигнализировал о «понимании» подобных требований на фоне продолжающихся жестоких военных действий в Сирии. Однако некоторые члены ХДС сомневаются в том, что подобное единство надолго сохранится в правительстве в условиях приближающейся избирательной борьбы перед федеральными выборами в Бундестаг.

Дело в том, что исследователи общественного мнения отмечают определенную ностальгию у многих немцев по поводу хороших отношений с Москвой. «Я с тревогой наблюдаю за тем, как все больше членов СДПГ выступают за политику равной дистанции по отношению к Москве и к Вашингтону», — говорит занимающийся вопросами внешней политики член ХДС Родерих Кизеветтер (Roderich Kiesewetter). Генеральный секретарь партии ХДС Петер Таубер (Peter Tauber) жалуется на то, что СДПГ все больше ведет себя как главный антиамериканский свидетель — идет ли речь о дебатах по поводу свободы торговли или о роли НАТО«.

ХСС занимает отличную от ХДС позицию

Таубер признает наличие растущего антиамериканизма, тогда как жестокие российские действия замалчиваются и не замечаются. Но к его партии это не относится, отмечает Таубер. «У нас в ХДС нет никаких сомнений: включенность в основанное на ценностях западное общество была и продолжает оставаться решающими и основными координатами Германии», — отметил он.

Этот молодой «генеральный» Меркель не случайно говорит «мы в ХДС». Поскольку сестринская партия ХСС занимает другую позицию. В июне члены президиума ХСС встретились с представителями Объединения баварской экономики (Vereinigung der Bayerischen Wirtschaft) и подготовили совместное заявление, основное положение которого было сформулировано так: «Санкции не должны вводиться на длительный период. Блоковое мышление больше не отвечает требованиям времени». В Мюнхене можно узнать о том, что представители экономики свободного баварского государства заставили премьер-министра Хорста Зеехофера поехать к Владимиру Путину для того, чтобы лично способствовать улучшению отношений. По словам Таубера, Меркель об этом ничего не было известно.

© AP Photo, Ivan Sekretarev
Президент РФ Владимир Путин во время встречи с вице-канцлером, министром экономики и энергетики Германии Зигмаром Габриэлем


В ведомстве федерального канцлера просто отрицают наличие требований со стороны экономики по поводу ослабления санкций. Крупные промышленные и экономические объединения ясно высказались за примат политики над экономикой, подчеркивают сотрудники аппарата федерального канцлера. Однако во время конгресса предпринимателей, проходившего на этой неделе в Берлине, председатель Восточного комитета немецкой промышленности (Ost-Ausschuss der Deutschen Wirtschaft) Вольфганг Бюхеле (Wolfgang Büchele) назвал санкции «висящей над нами тенью». Обращает на себя внимание то, в чей адрес были направлены хвалебные слова, произнесенные на этом мероприятии российским послом в Берлине Владимиром Грининым. В этом перечне министр сельского хозяйства Кристиан Шмидт (ХСС), министр иностранных дел Франк-Вальтер Штайнмайер (СДПГ) и вице-канцлер Зигмар Габриэль (СДПГ).

На самом деле, социал-демократы колеблются между критическим отношением к Путину и поразительной терпимостью по отношению к Кремлю. Конечно, нет достаточных оснований для того, чтобы обвинять Штайнмайера и называть его «понимающим Россию» (Russland-Versteher). Разве министр иностранных дел Германии не выступает в защиту санкций Евросоюза против России? Вот к чему он призывал накануне саммита НАТО в Варшаве: «Сегодня мы не должны еще больше накалять ситуацию с помощью громкого бряцания оружием и ужасов войны». «Бряцание оружием и ужасы войны» — такого рода термины, характерные больше для плакатов и лозунгов, совершенно не подходят к столь осторожному и рассудительному стилю речи главного дипломата.

Критика в адрес Америки в большинстве случаев находит отклик в СДПГ

Даже во внешнеполитическом ведомстве звучат недовольные нотки. Если упомянутый выпад еще можно объяснить раздражением по поводу сторонников жесткой линии в НАТО, то во время своей речи в августе в Уральском федеральном университете в Екатеринбурге Штайнмайер потерял ориентацию в пространстве между готовностью к диалогу и мечтаниями. На фоне массивных российских бомбардировок в Сирии Штайнмайер выступил с предложением по поводу немецко-российской инициативы в области восстановления в Сирии.

Можно ли считать его слова предвестниками грядущей избирательной кампании? Критика в адрес Америки, в основном, хорошо воспринимается в СДПГ, как и терпимое отношение к Москве. В любом случае, Штайнмайер пробуждает старые сомнения относительно союзнической верности СДПГ. Не предпочитают ли социал-демократы находиться на стороне Москвы, а не на стороне Вашингтона? Тот, кто это заявляет, не учитывает, что именно Герберт Венер (Herbert Wehner), живший в свое время в Москве, в своей основополагающей речи, произнесенной 30 июня 1960 года, заявил о приверженности СДПГ идеям западной интеграции. Таким образом, нейтралистская позиция, на которую в значительной степени повлиял Курт Шумахер, стала уже достоянием прошлого. Никто в СДПГ не подвергает сомнению приверженность Берлина НАТО и Евросоюзу. Однако социал-демократы постоянно впадают в соблазн и через головы третьих стран занимаются какими-то общими делами с Москвой. Эгон Бар (Egon Bahr), который в течение десятилетий вел дела с Советами, и сегодня считается своего рода столпником и святой фигурой этой партии. Весьма спорную вторую фазу политики разрядки в отношении восточного блока, когда речь уже почти не шла об «изменении», а, в большей степени, о «сближении», СДПГ до сих пор соответствующим образом не осмыслила. В то время в СДПГ хорошие отношения (и тесная дружба) с ведущими коммунистами в Восточном Берлине и в Москве значили больше, чем права человека.

Путин как «покровитель реакционных сил во всем мире»

Подобная традиционная линия продолжает существовать. Это становится очевидным, если посмотреть на бывшего премьер-министра Бранденбурга Маттиаса Платцека, который сегодня возглавляет президиум Германо-российского форума, представляющего собой московское лобби. Но и председатель СДПГ Габриэль временами проводит подобный курс на сближение с Кремлем. Габриэль с восторгом наблюдал прошлым летом за тем, как его партийный друг Эрвин Зеллеринг (Erwin Sellering), премьер-министр земли Мекленбург-Передняя Померания, во время выборов в земельный парламент в дружественном тоне отзывался о России и выступал за отмену санкций, что и помогло ему одержать победу на выборах. Не будет ли подобное поведение моделью для выборов в Бундестаг в 2017 году? Зеллеринг выступает именно за это. А Габлиэль достаточно хороший тактик для того, чтобы, по крайней мере, об этом поразмыслить.

Решительно и критично настроенные в отношении Москвы социал-демократы, в том числе историк Генрих Винклер, уже давно находятся в меньшинстве в партии. Винклер еще до аннексии Крыма критиковал «консервативный антимодернизм Путина», а также представил его как последовательного противника западных ценностей и идей просвещения. «Правитель России как покровитель реакционных сил в Европе и даже в целом мире, — иронично отметил Винклер в 2014 году. — Российские цари от Александра I до Николая II могли бы порадоваться по поводу метаморфоз одного бывшего коммунистического функционера».

Тогда Винклер еще не мог знать о том, что раздраженная и злобная толпа в День немецкого единства будет выкрикивать такой лозунг — «Меркель в Сибирь, Путина в Берлин». Он не мог знать, что, согласно последним опросам, представители широкого антитрансатлантического блока из традиционно верных Москве «Левых» и партии «Альтернатива для Германии» войдут в состав будущего Бундестага. Тем в большей мере будущее отношение Германии к России будет зависеть от партии Винклера, от СДПГ.

В работе над этой статьей принимали участие Робин Александр (Robin Alexander), Юлия Смирнова (Julia Smirnova), Кристоф Шильтц (Christoph Schiltz) и Даниэль Штурм (Daniel Friedrich Sturm).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.