Милан. — Несколько дней назад Россия включила поваренную соль в список продуктов, которые нельзя импортировать в страну в рамках действия «контрсанкций», с помощью которых Москва ответила на западные меры воздействия. Принятое под сурдинку решение, на первый взгляд, кажется необъяснимым: Россия импортирует больше половины потребляемой ею соли, почти 40% которой производится на Украине. Однако месяц назад, второй крупнейший российский производитель соли был выкуплен сыном генерального прокурора России Артемом Чайкой, которому сегодня на блюдечке преподносится огромный рынок, откуда предварительно вытолкнули главного украинского конкурента.

Вот вам пример «cum grano salis» —  того как следует размышлять, чтобы понять ходы России на стратегической шахматной доске. Как это было с Олимпиадой в Сочи, когда (как рассказывает основатель независимого телеканала «Дождь» Михаил Зыгарь в своей остроумной книге «Вся кремлевская рать») группа олигархов и чиновников организовала кампанию в СМИ, предназначенную для аудитории из одного-единственного человека, Владимира Путина. При содействии пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова на пути президентского кортежа были размещены плакаты в честь игр; на радиостанциях, которые Путин слушал в автомобиле, были оплачены передачи, посвященные олимпийской мечте, выходившие как раз во время его поездки. Был нанят «представитель народа», который во время ежегодной прямой линии с президентом России, позвонил в студию, чтобы спросить об Олимпиаде. «Путинкинская деревня», как назвали этот феномен в Wall Street Journal, сработала, и президент, довольно скептически поначалу относившийся к идее Олимпиады, стал главным спонсором игр, которые оказались самыми дорогостоящими в истории благодаря миллиардным подрядам, распределенным среди ближайшего окружения президента.


Многие решения и повороты российской политики связаны с этим пересечением интересов, по крайней мере, что касается больших стратегических размышлений. Как в России, так и за ее пределами Путин предстает как единственный источник власти, ее главный герой и движущая сила. Но именно это парадоксальным образом делает президента одновременно и субъектом, и объектом борьбы за власть. Последнее слово предоставляется президенту, поэтому он оказывается в центре раздоров, когда на плечах его сидят пресловутые ангел с бесом. Именно этот «коллективный Путин» стоит, вероятно, за последними акробатическими этюдами Кремля в Сирии: от перемирия с американцами и перспективы сражаться бок о бок с ними против «Исламского государства» (террористической организации, запрещенной в России — прим. пер.) к прекращению всех переговоров и контактов. Красноречивым свидетельством является указ, которым Путин приостанавливает действие заключенного в 2000 году с США соглашения о переработке плутония и перечисляет условия его возобновления.


По факту это ультиматум: взамен на 34 килограмма плутония американцы должны вывести своих военных из бывших советских стран, являющихся членами НАТО, приостановить все санкции (включая «список Магнитского», в который входят чиновники, обвиняемые в гибели в тюрьме боровшегося с коррупцией юриста), а также компенсация ущерба от «контрсанкций». Помимо курьезного признания того, что введенное Путиным в отместку эмбарго на западную пищевую продукцию все же нанесло России «ущерб», в списке требований нет ни слова о Сирии, Крыме, Украине, зато в первую очередь сообщается о возвращении российским чиновникам прав на поездки на Запад и деятельность там.

Это письмо словно написано «коллективным Путиным» после того, как под прицел введенных в 2014 году санкций попало ближайшее окружение Путина, с расчетом, что для примирения с Западом потребуется определенное давление. Американский «черный список» показывает, что в США хорошо знакомы с генеалогическим древом друзей президента. Например, второй сын генерального прокурора Чайки, Игорь, только что получил очередной подряд на снабжение железных дорог, которыми до прошлого года руководил старый друг Путина Владимир Якунин. Уход со сцены Якунина и Сергея Иванова, второго ближайшего соратника президента со времен службы в КГБ, может быть связан с последствиями санкций: баснословно разбогатевшие и влиятельные благодаря Путину люди из старой когорты стали также более осторожными.

У Аркадия Ротенберга (бывшего тренера Путина по дзюдо, ныне получающего все российские мегаподряды, от Олимпиады до газопровода Газпрома, моста в Крым, системы тарификации грузовых перевозчиков, доверенной без всяких конкурсов сыну Аркадия Ротенберга и вызвавшей протесты по всей стране) в Италии из-за санкций подверглась аресту элитная недвижимость стоимостью 30 миллионов евро. Сложно представить себе, чтобы эти люди захотели потерять все во имя завоеванного Крыма, который даже старый певец режима Иосиф Кобзон (также попавший под действие санкций) называет сегодня «непосильной ношей».

Спорить, однако, бессмысленно, как признается в книге Зыгаря Юрий Ковальчук (признанный «кремлевским банкиром»): «Если я скажу Путину что-то, что ему не нравится, он тут же найдет других, которые будут с ним согласны». Проходящие в последние недели перестановки в Кремле с появлением гораздо более молодых и системных чиновников могли бы служить доказательством подобной замены. В то же время на первый план выходят новые персонажи: «повар Путина» Евгений Пригожин, петербургский ресторатор, попавший в милость президента за то, что лично обслуживал его во время ужина с Шираком, теперь стал монополистом подрядов армейских столовых, а некто Петр Колбин, друг детства Путина, бывший мясник, ставший акционером крупных энергетических компаний (говорят, его имя используется вместо кого-то, чья фамилия не должна нигде фигурировать), якобы продал по выгодным ценам три элитных квартиры бабушке гимнастки Алины Кабаевой (бывшая спортсменка, по слухам, является любовницей Путина). Эти персонажи крайне далеки от таких повесток, как ядерное разоружение или бои в Алеппо, но гораздо ближе к уху президента, чем прагматичные дипломаты и члены правительства.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.