Москва — Об обыске нам рассказала консьерж дома, в который на днях ворвались сотрудники полиции: «Они сновали туда-сюда с сумками на колесиках, с которыми женщины ходят по магазинам. Не знаю, что там было, но они выглядели очень тяжелыми». Арестованный и ожидающий суда Дмитрий Захарченко, высокопоставленный чиновник управления по борьбе с коррупцией, вероятнее всего, использовал тележки, чтобы доставлять в записанную на сестру квартиру «ценности», изъятые следователями: 120 миллионов долларов и два миллиона евро — все наличными.

Больше тонны новеньких, еще не распакованных после банка, аккуратненько сложенных купюр. Для хранения этого количества наличных в расположенной неподалеку от университета изящно обставленной четырехкомнатной квартире была отведена целая комната. «Ни фактически, ни теоретически эти деньги не имеют ко мне отношения. Я в этой квартире не был. Взятки я не брал», — возражает 37-летний полковник министерства внутренних дел, намекая, что кто-то, наверное, без его ведома внес эти деньги в квартиру.

Дома у чиновника нашли банкноты на сумму 110 миллионов евро

Очередной типичный случай российской коррупции? Может быть и так, но не только. То, что множество чиновников, полицейских, тайных агентов и судей ведут образ жизни, как минимум, превышающий их официальные доходы, — хорошо известно. Дело Захарченко, почти наверняка, разворачивается в рамках яростной внутренней борьбы между группировками в органах безопасности, так называемых силовиков, чиновников секретных служб, полиции и других «вооруженных» государственных элементов. Происходят аресты, внезапные отставки, засады со стороны соперничающих вооруженных группировок, таинственные самоубийства.


Захарченко стал жертвой совместного расследования министерства внутренних дел и ФСБ (службы, продолжающей дело КГБ). Как утверждает в суде один из следователей, зарплата Захарченко не превышает 40 миллионов евро в год. Каким же образом у него дома могли храниться деньги на общую сумму, равную 110 миллионам евро? Как он мог позволить себе выплатить предложенный его адвокатом залог в 900 тысяч евро?

Как утверждает сторона обвинения, большая часть средств принадлежит управляющей лишенного в прошлом году лицензии Нота-банка. Перед его закрытием его руководство скрыло более 300 миллионов евро. Некоторая часть суммы была доверена «другу», Дмитрию Захарченко, который, возможно, предложил хранить их за «скромные» проценты. Кому бы пришло в голову искать пропавшие деньги в доме одного из следователей, занимавшихся делом лопнувшего банка?

«Противостояние силовиков»

Этот эпизод сразу же связали с запущенной Владимиром Путиным антикоррупционной кампанией. Государственные телеканалы многократно демонстрировали кадры обыска и упакованные в огромные коробки пачки денег. Из Кремля доносились удовлетворенные комментарии: «Это очень сложная задача, но, борьба с коррупцией будет продолжена». Другое мнение высказывает Алексей Навальный, блогер и один из лидеров оппозиции: «Скорее всего, это очередной эпизод противостояния силовиков».

Как сообщается в разных интернет-источниках, Захарченко, занимавший пост заместителя начальника управления по борьбе с коррупцией, отвечающего за расследование преступлений в топливно-энергетической сфере, оказался в центре противостояния разных группировок министерства внутренних дел и ФСБ. Он якобы был связан с чиновниками, ответственными за экономическую безопасность ФСБ и министерства, которые в начале лета проиграли борьбу своим соперникам.

За пределы ринга оказались выбиты многие руководители МВД и ФСБ: Денис Сугробов отбывает заключение, Борис Колесников «вылетел» из окна во время допроса, Юрий Яковлев и Виктор Воронин из ФСБ ушли в отставку. Вся власть теперь сконцентрировалась в руках Сергея Королева, нового путинского силовика, занимающегося борьбой с коррупцией.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.