Бахчисарай, важный город с точки зрения истории и культуры крымских татар, лежит на трассе между Симферополем и Севастополем. Туристы приезжают сюда посмотреть дворец ханов и пещерный город Чуфут-Кале. В Бахчисарае живет много татар, в том числе активистов, связанных с запрещенным в этом году российскими властями Меджлисом — органом местного самоуправления крымско-татарского народа.

Вдали от туристических маршрутов у одного многоэтажного дома в отдаленном районе каждый вечер вот уже четыре недели собираются татары. Они приходят поддержать семью Эрвина Ибрагимова, которого похитили 24 мая.

«Вечером примерно в 22.15 он позвонил мне и попросил, чтобы я взглянул, не оставил ли он случайно на столе свои документы. Я проверил, их не было. Через пять минут я начал ему звонить, но телефон уже был выключен», — рассказывает Gazeta Wyborcza отец Эрвина Умер Ибрагимов.

На следующий день по пути на работу он увидел стоящую на обочине машину сына. Двери были открыты, ключи оставались внутри. Поблизости был магазин с камерой наблюдения. Знакомые Эрвина, которые сразу же самостоятельно бросились на его поиски, получили запись с этой камеры. На ней видно, что машину Эрвина остановили. Он пытался убежать, но его поймали и бросили в другой автомобиль, который сразу же уехал. «Мы увидели людей, которые его похитили. Они были одеты в полицейскую форму», — добавляет Умер.

31-летний Эрвин Ибрагимов был членом Меджлиса и татарским активистом, человеком, которого все любили. Его товарищи не надеются на помощь полиции и ищут его сами, проверяя все сигналы, поступающие из разных уголков полуострова. 

«Если бы он добавил тогда по телефону, что его задержали, я бы добежал до него за две минуты. Он не доехал до дома всего 300 метров», — рассказывает его отец.

После аннексии Крыма в тюрьмах оказалось 18 крымских татар. Часть из них обвинили в участии в экстремистских организациях. К ним российские власти относят исламскую партию «Хизб ут-Тахрир», которая запрещена в РФ, но легально работает, например, в США и на Украине. Некоторых привлекли к ответственности за организацию проукраинских демонстраций (или участие в них) 26 февраля 2014 года, которые происходили еще до аннексии полуострова, то есть тогда, когда даже с точки зрения российского права Крым был частью Украины. 

Заместитель главы Меджлиса Ахтем Чийгоз был задержан 29 января 2015 года в Симферополе, и с тех пор вместе с другими подозреваемыми по этому делу находится под арестом. «Ахтем опаздывал, я стала ему звонить, а он сбрасывал мои звонки. Я сразу почувствовала, что происходит что-то неладное, он никогда так не делал», — вспоминает его жена Эльмира Аблялимова.

Мы сидим в бахчисарайском парке, здесь можно поговорить без свидетелей, не опасаясь прослушки. «По тому, как шел процесс, как он был непрофессионально подготовлен, видно, что дело против моего мужа было сфабриковано», — добавляет Аблялимова. О том, что процесс имеет политическую подоплеку, свидетельствует, по мнению защиты, тот факт, что обвинение опирается на показания семерых анонимных свидетелей.

В домах татарских активистов проходят обыски, в ходе которых представители силовых структур ищут оружие, наркотики и запрещенную литературу, например, об исламе. «Мне из-за моей якобы экстремистской деятельности перевернули вверх дном квартиру, хотя я занимаюсь всего лишь оказанием юридических услуг нуждающимся», — рассказывает Сулейман Кадыров, в прошлом — офицер украинского МВД, а сейчас правозащитник. Обыск у Кадырова проходил по отработанной российскими силовиками в Крыму схеме: 30 ноября 2015 года в его дом в Феодосии ворвались офицеры ФСБ с 12 автоматчиками в масках. Дом окружили по периметру.

«До чего мы дожили? Все время пока шел обыск, они держали нас под прицелом. Но я автоматов не боюсь», — добавляет 76-летняя мать Кадырова.

27 мая сотрудники ФСБ провели беседу с учениками школы в одной из деревень неподалеку от Феодосии. «Беседа проходила в присутствии родителей и школьного психолога. Это было нечто невообразимое! Вызвали только татарских детей, а самыми странными были вопросы, не использует ли кто-нибудь в школе выражений "оккупация" или "аннексия Крыма"», — рассказывает Gazeta Wyborcza Сулейман Кадыров. Он полагает, что ФСБ заинтересовалась татарскими школьниками потому, что часть из них на празднике, посвященном 9 мая, не приколола к одежде георгиевские ленточки, которые с 2014 года считаются на Украине символом российской агрессии.

«Я не занимаюсь политикой, но как женщина, жена и мать, я бы хотела попросить людей в Европе: не забывайте о крымских татарах! С чем можно сравнить боль матери, у которой пропал сын? Как можно описать страх матерей, которые по вечерам ждут своих детей? А виноваты мы только в том, что хотим жить на своей земле и чувствовать себя здесь свободными. Европа не может оставаться равнодушной к тому, что сейчас происходит в Крыму», — призывает Эльмира Аблялимова.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.