В медицине существует заболевание, которое называется пограничное расстройство личности. Оно характеризуется высокой тревожностью, импульсивностью и сильным уровнем десоциализации. Эти симптомы крайне характерны для россиян. В прошлом месяце к такому выводу пришел российский ученый, живущий в Вашингтоне. 6 мая в Сочи прошла встреча между премьером Абэ и президентом Путиным. Конечно, вряд ли можно сравнивать государство и человека, однако ход этих переговоров неожиданно напомнил мне о вышеупомянутом заболевании.

Комментируя переговоры по мирному договору, премьер Абэ заявил, что ему удалось добиться реакции, которая поможет сдвинуть ситуацию с мертвой точки. Это крайне осторожное высказывание, однако похоже на то, что российско-японские отношения вышли на новый уровень. Вряд ли они будут гладкими, но мне кажется, что стороны могут перейти к предметным переговорам — начнутся они или нет, зависит от реакции России.

Экономические санкции и обвал цен на нефть привели к кризисной ситуации в российской экономике, поэтому на самом деле Россия рассчитывает на экономическую помощь от Японии. Между тем в планах Японии — предотвратить дальнейшую русификацию «северных территорий» и продвинуться дальше, если российская сторона готова пойти на стратегические уступки.

Естественно, подаваться вперед нельзя. Вряд ли Россия легко расстанется с «северными территориями». Тем более если учитывать тот факт, что политика администрации Путина заключается в возрождении «матушки России» на основе популистского национализма. Также нельзя забывать о разных подходах Японии и Запада к отношениям с Россией. США опасаются российско-японского сближения, а у европейских стран свои отношения с Москвой. Исходя из японских позиций, Токио не может игнорировать взаимоотношения с западными странами.

В ходе майских переговоров главы России и Японии договорились о «новом подходе». Тем не менее нельзя ошибиться в очередности стратегии и тактики. В настоящее время важнейшая стратегическая задача Японии состоит в поддержании стабильности Восточной Азии на фоне активизации Китая. Боле того, российские действия в Европе и китайская политика в азиатских морях — не что иное, как попытка изменить статус-кво при помощи силы. В данной ситуации стратегия Японии должна исходить из сотрудничества с членами «большой семерки». Для политики Японии правильно развивать диалог с Россией тактически, исходя из стратегического сотрудничества с G7. «Новый подход» премьера Абэ должен также менять лишь тактические методы.


В этот раз Япония предложила план экономического сотрудничества из восьми пунктов с вплетенными в него важными задачами, которые президент Путин не может игнорировать: медицина, города, малый и средний бизнес, энергетика, промышленность, развитие Дальнего Востока, технологии и взаимодействие. Отличительная особенность этого плана — то, что в комплекте с ним идет территориальная проблема. Самый главный вопрос заключается в том, пойдет ли Россия на изменение своей стратегической политики в связи с проблемой Южных Курил.

Например, если Китай начнет представлять для России скрытую угрозу, она может изменить свою стратегию для того, чтобы исправить отношения с Японией. Скорее всего, «дипломатическая революция» не станет реалистичным выбором. Тем не менее если за принятием закона о добровольном переселении на Дальний Восток стоят опасения России, связанные с укреплением китайского влияния в этом регионе, нельзя отрицать возможность того, что в ближайшее время российская стратегическая политика может измениться.

Если появятся перспективы для изменений в российской стратегии, Японии стоит попытаться сделать еще один шаг к своей цели.

И наоборот, если изменений не будет, Японии необходимо напоминать о существовании этой проблемы. Приступят ли Япония и Россия к предметным переговорам, зависит от шагов российской стороны. И здесь меня беспокоит заболевание, которое я упомянул в самом начале. Нельзя спрогнозировать ход переговоров по мирному договору с партнером, который неуравновешен и страдает от припадков гнева. Можно использовать гнев России в отношении Запада против нее самой, однако президента Путина нельзя недооценивать.

По словам экспертов, после развала СССР у Японии было несколько шансов для того, чтобы добиться подвижек по российско-японскому территориальному спору. Что же ожидает нас в этот раз: «Бог любит троицу» или же «то, что произошло два раза, повторится и в третий»?

Так или иначе, урегулирование территориальной проблемы, в результате которого в жертву будет принесена стратегическая выгода, создаст определенные проблемы в будущем.

Кунихико Миякэ родился в 1953 году в префектуре Канагава. Окончил юридический факультет Токийского университета. В 1978 году поступил на службу в МИД. Работал главой Ближневосточного отделения, посланником посольства в Китае, консультантом по Ближнему Востоку и Африке. Ушел в отставку в 2005 году. Также работал координатором в первом кабинете Абэ. В настоящее время является профессором Университета Рицумэйкан.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.