Недавно министр иностранных дел России Сергей Лавров сообщил, что в настоящий момент идет разработка новой внешнеполитической доктрины страны по приказу президента Владимира Путина. Это заявление говорит о том, что в ближайшем будущем Москва готовится к существенному изменению своей стратегической роли.

Ахмет Давутоглу сформулировал дипломатическую доктрину Турции в своей книге под названием «Стратегическая глубина» и обрисовал особенности внешней политики страны в первые годы третьего тысячелетия — прежде чем Эрдоган перевернул ее, исходя из своего видения ситуации после событий «арабской весны». Лаврову также предстоит найти оптимальную позицию для России на международной шахматной доске, которая обеспечит ей роль основного игрока в мире.

Помимо ярких заголовков о новой российской доктрине, сегодня особая важность уделяется переходу от монополярного мира к миру многополярному. Все понимают, что Россия в этом новом многополярном мире имеет серьезное превосходство, но предпочитают не говорить об этом вслух.

Москва осознает, что ей выпал шанс обрести достойное место в мире. В пользу этого говорит ряд факторов, в том числе истощение нефтяных ресурсов. В противовес этому Россия богата природным газом, в котором нуждается Европа. В последнее время Москва превратилась в место паломничества для арабских государственных лиц — после того, как Россия смогла преодолеть упадок, возникший вследствие развала Советского союза. Она почувствовала силу и принимает участие в крупных международных проблемах в Сирии, Карабахе, Йемене.

Однако основная причина шага Москвы в направлении разработки новой внешнеполитической доктрины скрывается в Вашингтоне и связана с заявлением Барака Обамы по поводу современной доктрины США и изменений внешнеполитического курса страны, которое он сделал во время интервью журналу The Atlantic. По словам американского президента, она сводится к трем основным пунктам:

— уход с Ближнего Востока и из арабского региона;

— концентрация усилий на странах Восточной Азии и Латинской Америки в качестве территории распространения влияния Вашингтона;

— поиск точек соприкосновения с проблемными странами, такими как Куба и Иран.


Москва приняла эти заявления Обамы как руководство к действию. Очевидно, что когда империя чувствует слабость, она выходит из тех мест, которые истощают ее, заменив их на места менее хлопотные и не требующие больших затрат. По этому пути и пошли США.

Москва также осознает, что объявленная доктрина — это доктрина государства, а не президента. Ведь ясно, что власть решения в Белом Доме уже не принадлежит Обаме и его команде, которым следующей зимой предстоит паковать чемоданы.

Пока Вашингтон реализовывал план постепенного выхода из региона, Россия спокойно внедрилась туда, обустроив собственные военные базы на побережье Сирии.

Скорее всего, новая российская доктрина будет базироваться на четырех основных пунктах:

— создание новых границ национальной безопасности, в том числе в регионе Средиземноморья;

— развитие новых рынков для российского природного газа;

— обеспечение конкуренции США в Восточной Азии за счет увеличения союзнической поддержки;

— укрепление роли России в военном и стратегическом плане посредством борьбы с терроризмом.

В период относительного покоя, когда одна президентская эпоха сменяется другой, пересекающиеся интересы стран формируют основу «переходного периода». Что касается Ближнего Востока, то в ближайшем будущем ничто не угрожает безопасности Израиля и его роли в регионе. В странах «арабской весны» (Йемене, Сирии и Ливии) будет внедрена федерализация как форма правления, что обеспечит последующее иностранное присутствие на их территориях.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.