Всего за пять месяцев президент России принял сразу два неожиданных решения: о начале активного военного вмешательства в сирийский конфликт, а затем о частичном выводе войск. Тем самым он хочет показать, что только его страна и США в силах положить конец региональным конфликтам, как это было во времена холодной войны.
 
Спустя пять месяцев после начала активного вмешательства в сирийский конфликт Владимир Путин посчитал, что создал благоприятные условия для переговоров Москвы и ее союзников. Именно в этом суть ставшего неожиданностью заявления о частичном выводе российских войск из Сирии. Глава государства озвучил это решение 14 марта, а в силу оно вступило на следующий день, то есть ровно через пять лет после начала движения протестов против сирийского режима, которые затем привели к гражданской войне. Война уже унесла около 300 тысяч жизней и заставила покинуть свои дома более 10 миллионов человек, 4 миллиона из которых стали беженцами за пределами страны.

Заявление Владимира Путина совпало с возобновлением непрямых переговоров представителей Башара Асада и оппозиции, которые проходят в Женеве под руководством спецпредставителя генсека ООН Стаффана де Мистуры (Staffan de Mistura). Переговоры должны привести к формированию «дорожной карты» по урегулированию конфликта, как это следует из принятой единогласно резолюции 2254 Совбеза ООН. Она предусматривает формирование временного правительства в течение полугода и проведение президентских и парламентских выборов через полтора года.

В то же время в ней не говорится ни слова об участии Башара Асада, которое остается камнем преткновения между Россией и Ираном с одной стороны и Западом — с другой. С начала конфликта западные страны не уставали повторять, что «Асад должен уйти». Однако теперь они вынуждены принять во внимание реальное положение дел: пять лет спустя сирийский диктатор все еще на своем месте. 


«Башару Асаду нужно принять это во внимание»

Его позиция даже укрепилась благодаря российскому вмешательству, начавшемуся 30 сентября 2015 года. Новость о начале российских авиаударов по «террористам» в Сирии, удивила всех не меньше, чем сообщение о выводе войск пять месяцев спустя. Москва отправила на место событий полсотни истребителей-бомбардировщиков, вертолеты и ракетные комплексы С-400 в сопровождении примерно 4 тысяч человек. По данным Министерства обороны РФ, авиация совершила 9 тысяч вылетов, что позволило правительственным силам отбить у мятежников 400 населенных пунктов. Западные наблюдатели отметили, что 80% российских ударов были направлены против сирийской оппозиции, а не против позиций «Исламского государства», хотя это и называлось главной целью вмешательства.

Полного краха сирийского государства удалось избежать, а позиции Башара Асада окрепли: Владимир Путин считает, что цели российского вмешательства достигнуты. Объявив о частичном выводе войск (их в любой момент могут вернуть обратно в случае нарушения перемирия, вступившего в силу в конце февраля), он представляет себя миротворцем, противником политики экстремизма. Кроме того, он закрепляет свой статус хозяина положения, в частности по отношению к Асаду, чьего мнения он даже не спросил.

Ранее президент Сирии говорил о намерении сражаться до победного конца и полного отвоевания всей территории страны. Во время провозглашения перемирия, постпред России в ООН Виталий Чуркин четко объяснил ему, кто главный: «Россия вложила много сил в этот кризис, в плане политическом, дипломатическом, а теперь еще и в военном. Поэтому, конечно же, хотелось бы, чтобы Башар Асад принимал это во внимание». «Если власти Сирии соглашаются с ведущей ролью России в урегулировании этого кризиса, тогда они имеют шансы выйти из него достойно, — добавил он. — Если же они свернут с этого пути, то может возникнуть очень сложная ситуация. В том числе и для них самих».

Уроки афганской войны

В тяжелых экономических условиях в связи с западными санкциями и падением цен на нефть Россия совершенно не заинтересована в том, чтобы завязнуть в сирийском болоте. Она вынесла для себя уроки из интервенции в Афганистан в 1980-х годах. За относительно небольшие деньги (по разным оценкам, около 3 миллионов долларов в день) и без значительных людских потерь она продемонстрировала всему миру, что возвращается на Ближний Восток.

Владимир Путин показал себя ключевым и полноправным партнером, а не просто нарушителем спокойствия, который только препятствует решению кризисов. Он считает, что Россия вернула себе роль мировой державы, которой Запад лишил ее после распада СССР. Разве сам Обама еще недавно не говорил о России как о «региональной державе»?

Путин выходит из изоляции, в которую стремились его поставить американцы и европейцы после аннексии Крыма и войны на востоке Украины. Играя на примирение в Сирии, он усиливает давление в пользу снятия санкций, которое Европейский Союз должен будет обсудить до конца полугодия. Кроме того, он продемонстрировал третьим странам, что Россия — надежный партнер и не бросает союзников в отличие от США, которые во время «арабской весны» не препятствовали и даже способствовали падению своих бывших протеже. Путин терпел смены режимов на периферии России. Он смирился с западной интервенцией в Ливии. В Сирии же он указал, что эти времена прошли и что он настроен больше не допустить крушения государств и их власти.

Кроме того, все это дало ему возможность провести полевые испытания и показать всему миру новое оружие вроде крылатых ракет, которыми российские корабли обстреливали цели в Сирии с Каспийского моря. Но он хотел в первую очередь показать, что только две сверхдержавы, США и Россия, способны положить конец региональным конфликтам, если им по силам наладить диалог. Как и во времена холодной войны.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.