Спрашивайте, что хотите, а я отвечу, что хочу. В таком духе проходила давно ожидаемая пресс-конференция российского президента Владимира Путина. Она состоялась в четверг. Путинское «one man show» должно было показать, что он контролирует ситуацию в стране. Но скептиков он не убедил.

Напишу прямо: на пресс-конференцию Владимира Путина, которая регулярно проходит в конце года, журналистам ходить не имеет смысла. Только если они действительно хотят о чем-то спросить главу российского государства. Но и это зависит от везения и распорядителя акции, пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова.

Моя знакомая с одного сербского телеканала уже пять лет мечтает задать Путину вопрос. Она принимает участие в каждом шоу, надеясь, что у нее наконец получится. И каждый раз она говорит, что это будет ее последняя пресс-конференция. В этом году на «это» пошел и я.

В конце октября один российский институт проводил среди иностранных журналистов опрос о том, о чем конкретно они хотели бы спросить Путина. Если в декабре звезды сойдутся благоприятно, у журналиста будет возможность в действительности задать свой вопрос российскому президенту. Так сказали его сотрудники.

В редакции Aktuálně.cz мы придумали вопрос, который обязательно должен был понравиться Путину: «Почему Чешская Республика стала раем для агентов российских спецслужб?» Теперь было достаточно получить аккредитацию на конференцию и ждать.

Закуски и беседы


Пресс-конференция высших руководителей России — это тщательные проверки, бесконечное ожидание, скрашиваемое закусками, и сам катарсис — выступление власть предержащего. Путинская пресс-конференция, плюс к этому, имеет для журналистов некий налет кульминации года.

Центр международной торговли — далеко от Кремля, но вблизи нью-йоркских небоскребов а ля рюс — постепенно наполнялся журналистами. Большинство из них миновало буфет. Группа самых прозорливых журналистов за два часа до начала пресс-конференции стратегически толпилась у дверей в конференц-зал. Другие собирали первый обязательный «урожай» — интервью с коллегами.


«Добрый день, можно взять у вас интервью?» — спросила меня хрупкая блондинка с южно-сибирского канала РТС. Когда я сказал, что хочу спросить президента о российских шпионах, она нахмурилась. «А у нас полно европейских», — парировала она. По ее выражению лица можно было понять, что на экранах далекой Хакасии меня так и не покажут. Звездой закулисных интервью стал коллега из уральского Ханты-Мансийска, который пришел на пресс-конференцию в национальном костюме местных охотников на оленей. Он раздавал интервью на каждом шагу и с энтузиазмом стучал в шаманский бубен.

Именно народной изобретательностью журналистов известна конференция Путина. Журналисты стремятся привлечь внимание правителя Кремля, и все мероприятие порой напоминает утренник в художественной школе. Журналистка из Ярославля пришла на пресс-конференцию с любовно нарисованным портретом Путина. Другая коллега подготовила плакат «Песков нас не замечает!» (и он действительно ее не заметил). Польский журналист махал российскому президенту шарфом футбольного клуба с надписью «Польша». Я тоже хотел быть «в тренде» и приготовил для российского президента лаконичную, написанную по-русски надпись «Чехия».

Как на ЦК


После 12:00, вскоре после того, как прозвучала приветственная мелодия, на возвышающемся подиуме появился Владимир Путин. Он сел за длинный стол, попросил чаю и начал отвечать на вопросы журналистов. Трехчасовая пресс-конференция напоминала нечто среднее между выступлением Генерального секретаря на пленуме ЦК КПСС и «one man show» жесткого президента, у которого, как говорится, все на крючке.

Россия страдает от экономического кризиса? Пенсионеры беднеют? В стране — официально более 2 миллионов бедных? Зато в сельском хозяйстве все хорошо, на Дальнем Востоке промышленное производство выросло на 3,1%, а в следующем году россияне будут жить лучше, чем в уходящем. И пусть западные интриганы только попробуют что-нибудь сделать против России! Российские ракеты покажут им, как уже, дескать, показали Исламскому государству в Сирии. Несмотря на это, в ходе пресс-конференции было несколько моментов, которые стоит упомянуть. 


Россия не считает Турцию врагом. Учитывая то, как государственная пропаганда обостряет и без того огромные милитаристские аппетиты российского общества, слова Путина о том, что он не планирует объявлять туркам войну, прозвучали успокаивающе. В период, когда Москва является непредсказуемым партнером, подобные заявления крайне важны. Российско-турецкий кризис в будущем можно решить, но только когда схлынут эмоции.

Россия не будет строить в Сирии новую военную базу и не планирует оставлять там свою авиацию. В случае российских военных планов, как правило, слова расходятся с действиями. Москва долго отрицала, что отправляет в Сирию военные подразделения, и признала это только постфактум, когда российские бомбардировщики начали сбрасывать бомбы на виновных и безвинных. Заявление Путина, однако, очерчивает рамки актуальных российских военных планов на Ближнем Востоке.

Владимир Путин также фактически признал, что на востоке Украины действуют подразделения российской армии, которые выполняют там «определенные задачи».

Президент — не «мегаум»


Российский президент — уже не «мегаум». Как отмечает российский политолог Татьяна Становая, образ Путина из народного президента всех россиян трансформировался в политически нейтрального внешнеполитического стратега, который потерял интерес к управлению государством и к внутренней политике.


Об этом, в частности, свидетельствует и то, что Путин часто отвечал словами «не знаю», «мне не известно». По словам Становой, речь, скорее, идет о психологической мутации Путина, который чувствует, что его внутриполитическая миссия подходит к концу, и смотрит на будущее России через призму геополитических интересов. Ну что ж, попробую через год. Только мне нужно сшить национальный костюм, чтобы затмить уральского охотника на оленей.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.