Поначалу это казалось геополитической головоломкой. Сперва Соединенные Штаты объявили, что выводят войска из северной Сирии, оставляя своих курдских союзников на милость Турции. Затем Турция начала наступление на курдские города, расположенные вдоль сирийской границы. Ни правительство Сирии, ни его российские союзники не сделали ничего, чтобы остановить вторжение Турции. По непонятным причинам все, казалось, были только за, когда дело дошло до противостояния с курдами.

Затем, когда президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган встретился со своим российским коллегой Владимиром Путиным в черноморском городе Сочи, все стало на свои места. Г-н Эрдоган хочет создать вдоль турецкой границы буферную зону размером 400 на 30 километров, простирающуюся от города Манбиджа на северо-западе Сирии до ее северо-восточного угла на границе с Ираком. Он планирует изгнать бойцов курдских Отрядов народной самообороны (YPG) из этой буферной зоны, которую он называет «безопасной зоной», и переселить в этот регион часть сирийских беженцев, 3,5 миллиона которых сейчас проживают в Турции. «Безопасной зоной» будут управлять протурецкие сирийские ополченцы. На саммите в Сочи Путин фактически принял это предложение, но с одной поправкой: «безопасная зона» будет совместно патрулироваться российскими и турецкими войсками. Российские и сирийские войска оттеснят из буферной зоны Отряды народной самообороны.

Беспроигрышная сделка

В конце концов эта сделка оказалась беспроигрышной. Анкара без полномасштабной войны с курдами получила то, что хотела — буферную зону вдоль границы; Дамаск, не сражаясь с Рожавой, получил то, что хотел — суверенитет в северо-восточной Сирии; Москва получила то, что хотела — американцы уходят из Сирии (скорее всего, останется лишь небольшой контингент войск США), и президент США Дональд Трамп тоже получил то, что хотел — остановить участие Америки по крайней мере в одной из нескольких затяжных войн, на фронтах которых она сражается.

Единственные проигравшие в этой большой игре — курды. Более четырех лет они находятся на передовой линии войны против Исламского государства ИГИЛ (террористическая организация, запрещенная на территории России — прим.ред.). Они победили эту террористическую группировку и создали полуавтономную администрацию в районах, освобожденных от ИГИЛ, лишь для того, чтобы утратить и эти территории, и свою автономию. США их бросили. Турция их бомбит. Для России они всего лишь пешка на геополитической шахматной доске.

Путин зарекомендовал себя как ключевой игрок для сирийского театра военных действий. Лидеры этого региона, делающие ставки в Сирии, от президента Сирии до глав Израиля, Ирана и Турции, часто наносят ему визиты, чтобы обсудить свою стратегию, поскольку внешнюю политику Сирии фактически диктует Кремль. Без одобрения г-на Путина невозможно прийти к какому-либо решению сирийского кризиса. Вывод США из страны лишь укрепил позиции России, которая только и ждала возможности заполнить образовавшийся вакуум. Но почему тогда Россия помогает Турции создать буферную зону и поворачивается спиной к курдам, победившим ИГ?

Для г-на Путина и президента Сирии Башара Асада война еще не окончена. Правда, правительство Сирии фактически выиграло гражданскую войну. Если в сентябре 2015 года, когда русские прибыли в Сирию, правительство находилось на грани краха, теперь оно укрепило свои позиции и контролирует большую часть страны, за исключением мухафазы Идлиб. Идлиб находится под контролем группировки «Ахрар аш-Шам» — ранее сотрудничавшей с «Фронтом ан-Нусра», подразделением «Аль-Кайды» — и протурецких ополченцев. Во вторник, когда г-н Эрдоган был в Сочи, г-н Асад посетил линию фронта в Идлибе. Сам по себе этот визит был уже заявлением. Г-н Асад хочет вернуть Идлиб. Он воздерживался от каких-либо действий из-за русско-турецких договоренностей, в рамках которых любое наступление на Идлиб должно быть остановлено. Теперь, когда Турция может отхватить буферную зону вдоль границы, Путин мог бы надавить на Эрдогана, чтобы Анкара не препятствовала сирийско-российской операции. Создание турецкой буферной зоны также означало бы, что потенциальные беженцы из Идлиба (в мухафазе проживает около трех миллионов человек) не пересекут границу с Турцией, как это случилось во время битвы за Алеппо. Сочи — это только начало грандиозной сделки.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.