В прифронтовой полосе, разделяющей украинские правительственные войска от ополченцев сепаратистов, расположен коксовый завод Авдеевки, крупнейший в Европе (6,8 миллионов металлургического кокса в год). Он продолжает работать, несмотря на все трудности. Девять его рабочих погибли, а более 50 получили ранения в результате боевых действий, которые начались в 2014 году.


Завод, в который попали сотни снарядов, принадлежит группе «Метинвест», контролируемой олигархом Ринатом Ахметовым, и расположен в северной части Авдеевки. К югу от города, который в 2013 году насчитывал 35 тысяч жителей, находится так называемая промзона, с которой можно контролировать стратегическое шоссе, идущее в направлении Донецка, расположенного в тридцати километрах к югу.


Дислоцированная в Авдеевке 72-я бригада ВС Украины пока что сдерживает ополченцев сепаратистов.


Проходящую через промзону линию фронта отделяют от коксового завода 12 километров, но даже при этом на его огромную территорию (339 гектаров) ложатся снаряды, прилетающие со стороны противника. Завод был открыт в 1963 году в СССР, во времена Никиты Хрущева. После распада СССР стал частью империи Рината Ахметова.


В Авдеевке и на его коксовом заводе люди и оборудование страдают от обстрелов и постоянных отключений электричества и водоснабжения. Создается впечатление, что люди и машины измучены в результате напряжения и работы.


Завод получал сырье от предприятий, расположенных в районе, контролируемом повстанцами, до тех пор, пока в январе украинские ветераны боевых действий и активисты не заблокировали поступление товаров из так называемых ДНР и ЛНР. Блокада нарушила как поставки сырья на завод, так и продажу его продукции.


«Поставки угля из неподконтрольной Киеву территории покрывали от 15% до 20% наших потребностей. Частично мы заменили его углем, добываемым в других областях Украины, а также углем, поставляемым по морю из США и Австралии», — говорит Григорий Клешня, один из руководителей завода.


«На данный момент у нас нет проблем с поставками, поскольку мы производим меньше продукции», — говорит руководитель. В 2013 году завод произвел три миллиона тонн металлургического кокса. По отношению к началу войны, сейчас он работает на 60% своей мощности».


1 марта, власти так называемых Донецкой и Луганской народных республик ввели внешнее управление предприятий «Метинвеста», расположенных на их территории. Те руководители, которые отказались подчиниться повстанцам, покинули переведенные под внешнее управление предприятия и получили назначения на других предприятиях группы «Метинвест». Специалисты и управленцы, которые в эти дни «делают свой выбор в пользу Украины, не заинтересованы трудоустраиваться в Авдеевке», — поясняет Клешня, которому пришлось покинуть свой дом из-за обстрелов. Сейчас он проживает на 25 километров к северу, в доме, предоставленном ему предпринимателем, закрывшим свой бизнес и уехавшим в Киев. «Этот предприниматель не вернется. Область утратила процветающее сельскохозяйственное производство с торговым оборотом, превышающим полтора миллиона евро в год, и более десятка рабочих мест», говорит он. То, что бизнесмен решил уехать в Киев, является показателем социально-экономического упадка на востоке Украины на фоне войны.


Чтобы жить в Авдеевке, нужно очень любить эти места, быть сильно привязанным к ним (старые или больные родители) или не иметь другого выбора. Условия работы на заводе, которым раньше завидовали, сейчас тяжелые. Зарплату съели инфляция, отмена социальных льгот и повышение тарифов на коммунальные услуги. В Авдеевке и на Украине в целом простые жители испытывают на себе тяжелые последствия неоднократного повышения расценок на электричество и другие коммунальные услуги, которые для многих являются непосильными.


Посещение коксового завода похоже на путешествие в сказочный мир. Среди языков пламени, пара и дыма рабочие загружают уголь в коксовальные печи, температура внутри которых достигает 1500°. Там он перерабатывается в металлургический кокс. Производственный цикл, зачастую прерывается из-за перебоев с электричеством, что сказывается на качестве продукции. У завода есть свой электрогенератор, но его мощность ограниченна.


Клешня надеется, что в конце апреля будет проведена высоковольтная линия, которая обеспечит их электричеством с территории Украины. Эта строящаяся ЛЭП позволит им не зависеть более от сепаратистов, с которыми приходится договариваться о ремонте всякий раз, когда в электропроводку попадает снаряд. «Они не спешат обеспечить ремонт, а после восстановления электроснабжения, тут же вновь бьют по электропроводам», заявляет Клешня.


Инженер, который предпочел остаться неизвестным, говорит, что в пересчете на валюту получает около 500 евро, что в нынешние времена считается очень хорошей зарплатой. Его супруга, работающая на том же заводе, получает чуть больше 100 евро. Оба также получают надбавку за вредные условия производства. Цех по ремонту оборудования при заводе закрыт, и поставка нового немецкого и польского оборудования, запланированная на 2015 год, отложена на неопределенный срок. Чтобы не перегружать генератор, работники завода стараются экономить электроэнергию: отключают лифты в административном здании и дробят не так мелко как обычно уголь, предназначенный для коксования.


В Авдеевке улицы вечером пустынны, и, за исключением лая какой-нибудь собаки или звука проезжающего велосипеда, слышен только грохот стрельбы. «Все, кто могли, уехали», — говорит Таня, работница детского сада. «Очень трудно ухаживать за детьми без света и воды», — говорит воспитательница, которая, вместе с другими обитателями Авдеевки, возвращается вечером на электричке из соседнего поселка Очеретино, меньше пострадавшего от войны. За те 20 минут, что длилась поездка по опустошенной местности, мы слышали критику в адрес украинских властей и разговоры о том, что по ту сторону (в районах, контролируемых сепаратистами) «жизнь лучше», поскольку «там не повышали тарифы на коммунальные услуги».


Все наши собеседники в Авдеевке были единодушны в том, что хотят конца войны. Они устали от лишений, от необходимости тратить долгие часы — и даже дни — в очередях и обходных дорогах, чтобы обогнуть линию фронта. Раньше они преодолевали эти расстояния всего за несколько минут. Они устали от того, что вынуждены переезжать из одного села, где война разрушила их дома, в другое, не намного лучше. Они устали бороться с бюрократией: за документы, за выплату пенсий, за медобслуживание и социальную помощь. Они устали от поисков работы, которой нет, и от нескончаемых ночных разрывов. Они хотят лишь мира, независимо от того, кто этот мир принесет.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.