В свое время главной ареной Холодной войны был Берлин. Американцы и советские военные следили друг за другом в бинокли, стоя друг напротив друга. Чекпойнт «Чарли» внушал опасения, порождал слухи и романтические истории, подогревал шпионские страсти…

Где развернется следующая Холодная война? В Джибути, крохотном африканском государстве. Там есть база ВМС США и единственная в мире японская военная база за пределами Японии. Теперь к ним присоединился и Китай. На окраине Ближнего Востока появится китайская база. Расстояние между ней и Эйлатом в состоянии преодолеть большая моторная лодка.

Событие исторической важности? Без сомнения. Впервые за 600 лет китайский военный флот идет в далекие моря. 600 лет назад китайские военные корабли появились в портах по всему Индийскому океану, включая Персидский залив и Восточную Африку. Они демонстрировали мощь, эффективность, богатство и любопытство. Но потом произошло нечто странное. Император при таинственных обстоятельствах передумал, и Китай замкнулся в себе, прекратив интересоваться внешним миром. Какой интересной могла бы быть альтернативная история китайской колонизации Адена и Омана! Интересно, как бы назывался канал, который император велел бы прорыть между Красным и Средиземным морем в XVI веке?

Не было никаких серьезных причин, чтобы португальский флот пришел в Китай раньше, чем китайский флот пришел бы в Португалию. Гонконг мог бы быть основан на Темзе, после того как китайцы заставили бы смешных англичан прекратить войну Алой и Белой Розы в XV веке.

Слава Конфуцию, этого не случилось. Западная цивилизация создала промышленность, наточила кинжалы и отправилась в наглое, высокомерное и удивительно длинное путешествие с целью преподать дикарям урок культуры. Но что такое 600 лет. Китай сегодня проводит бурные военные и стратегические реформы. КНР собирается поиграть мускулами далеко от своих берегов.

Большая и скромная держава

До сих пор торгово-экономические возможности Китая не соответствовали военным возможностям. У Китая были и есть масштабные экономические интересы. Но он преуменьшал проистекающие из них политические интересы. Иногда КНР было, что сказать, например, по поводу гражданской войны в Судане, но, в основном, из-за инвестиций в нефтяную промышленность. Китай даже назначил специального эмиссара по ближневосточным делам, но его мало кто заметил. Китайский МИД делал взвешенные заявления по поводу обстановки в дальних странах, но большинство заявлений вызывали лишь пожимание плечами.

Разумеется, так не могло продолжаться долго. Любое международное дипломатическое уравнение должно было учитывать, что рано или поздно Китай превратится из пассивного наблюдателя в активного участника. Любое вменяемое стратегическое планирование должно было учитывать результаты. Да, Китай пришел к нам.

Китай объясняет строительство базы в Джибути незначительными причинами, впрочем, не лишенными логики: новая база должна обслуживать китайские корабли, патрулирующие море вблизи побережья Восточной Африки в рамках международной операции по борьбе с сомалийскими пиратами. Но с самого Китай относился к Джибути с большим интересом. Начальник генштаба КНР посетил Джибути прошлой осенью.

Вскоре после этого официальный представитель Пекина сказал, что КНР построит морские и воздушные порты, дороги и инфраструктуру, чтобы превратить Джибути в международный перевалочный пункт. Это заявление заставляет наморщить лоб в недоумении. Хотя территория Джибути чуть больше израильской, там живут всего 830 тысяч человек (в десять раз меньше, чем в Израиле), а ее ВВП составляет 1,75 миллиарда долларов (израильский — 300 миллиардов долларов), и 80% молодежи не имеют работы.

Чего же хочет КНР в Джибути? Одно дело — право на стоянку судов, и совсем другое — многостороннее развитие нищей страны, подчиненной власти семейной диктатуры. Напрашивается предположение, что КНР строит стратегический форпост, откуда протянет щупальца по всему Аравийскому морю — от Аравийского полуострова до Индии, а также в Персидский залив и, возможно, в Красное море.

Министр иностранных дел Джибути заявил Financial Times: «У американцев полно технологии, боевых самолетов и беспилотников, так почему же китайцы не могут использовать те же средства для защиты своих интересов в проливе Баб-эль-Мандебском проливе?»

Неизвестная переменная в уравнении

Китай впервые в открытой форме выражает свои интересы в регионе, который Израиль считает ключевым для своей безопасности. У Израиля меньше причин бояться китайцев в Джибути, чем Корпуса стражей исламской революции в Кунейтре или Баальбеке, но очевидно, что барханы на Ближнем Востоке часто передвигаются.

В этом уравнении отсутствует одна переменная: Индия. Она намного ближе, чем Китай, и имеет давние развитые связи с Аравийским полуостровом и Восточной Африкой. Но она тоже скромничает. Индийский премьер-министр посетил недавно Саудовскую Аравию, чтобы обсудить, в основном, двусторонние отношения и инвестиции.

Индийский флот все еще не ищет для себя новых баз, хотя, как и китайский флот, в прошлом году он пришел спасать граждан Индии от войны в Йемене. Операция была гуманитарная, но не стоит заблуждаться относительно ее смысла. Если у Китая есть база в Джибути, то, возможно, у Индии будет база в Адене.

Борьба за сферы влияния между Китаем и Индией далека, но не настолько далека, как кажется неискушенному наблюдателю. Если я не ошибаюсь, то во всем мире лишь индийцы называют Ближний Восток правильным географическим термином — Западная Азия. И вот вся остальная Азия стучится в ворота Азии Западной. Откройте глаза пошире…

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.