Решение российской армии перестать использовать прославленные «калашниковы» в качестве основного боевого оружия пехоты выглядит настолько поразительно, что о нем боятся сообщать 92-летнему изобретателю автомата генерал-лейтенанту Михаилу Калашникову, так как министерство обороны опасается, что эта новость его убьет. Если это случится, генерал пополнит список жертв своего автомата, запущенного в производство в 1947 году и убившего с тех пор миллионы человек.

В 1941 году Калашников – молодой сержант-танкист, выздоравливавший от ран, которые он получил в боях с нацистами, – сконструировал оружие, способное соперничать с германским Sturmgewehr 44. В производство новый автомат был запущен лишь после Второй мировой войны. В дальнейшем он стал стандартным оружием Красной армии, однако кроме этого его также полюбили освободительные движения, террористы и бандиты.

По некоторым оценкам, в мире сейчас в обращении находится до 100 миллионов автоматов Калашникова. Российский президент Дмитрий Медведев назвал АК «национальным брендом, который вызывает у каждого россиянина чувство гордости».

«В том, что я стал конструктором оружия виноваты немцы, - однажды заметил Михаил Калашников. - Если бы не было войны, я бы, наверное, был конструктором сельскохозяйственной техники».

Война заставила сына «кулаков» - сравнительно зажиточных крестьян, изгнанных Сталиным в Сибирь, - заняться не плугами, а мечами. Его мечом стал автомат Калашникова образца 1947 года, известный в народе как AK-47, по году запуска в производство.

Сначала новый автомат приняли на вооружение страны Варшавского договора, а затем за ними последовали едва ли не все антиколониальные движения и борцы за независимость послевоенного мира. Лари Каганер (Larry Kahaner), автор книги «АК-47: Оружие, которое изменило лицо войны» («AK-47: The Weapon That Changed the Face of War»), писал в The Washington Post: «AK покончил со старыми методами расчета военного превосходства, со старыми тактикой и стратегией, с былыми соображениями о том, кто может, и кто не может быть солдатом, и чья технология сильнее».

Автомат Михаила Калашникова уравнял на поле битвы современные западные армии и освободительные движения «третьего мира». Он стал для борцов за независимость тем же, чем «винчестер» - «винтовка, завоевавшая Запад», - был для людей американского фронтира. В руки наркоторговцев, работорговцев и террористов «калашниковы» попали лишь позднее. Современные преступники начали его использовать точно так же, как гангстеры времен «Сухого закона» использовали автомат Томпсона, «томми-ган», первоначально бывший оружием их противников из ФБР и прочих государственных структур.

Сила АК-47 в его простоте.

«Солдат академий не кончает, ему надо просто и надежно, - считает генерал-лейтенант Калашников. – Когда враг наступает, нет времени разбираться со сложным оружием и нажимать на кнопки».

Во время войны во Вьетнаме M-16 американских солдат, возможно, были более современными и мощными, зато AK-47 работали без запинок, несмотря на грязь и дожди. Крестьяне от Юго-Восточной Азии до Латинской Америки избрали автомат Калашникова своим оружием. Его стилизованные изображения украшают флаги – от флага Мозамбика до флага «Хезболла». «Калашин», как называют эти автоматы по-арабски, стали определяющим фактором для целой эпохи на Ближнем Востоке. Их использовали арабские армии, йеменские племена, курдские повстанцы, ливанские ополченцы и Организация освобождения Палестины. Один из моих палестинских друзей объяснял мне, говоря об осаде израильтянами Западного Бейрута в 1982 году: «По-настоящему бой ведется с помощью “калашниковых”. Все остальное – просто звуковые эффекты».

Когда израильтяне пытались прорваться в Западный Бейрут, палестинцы и ливанцы сдерживали их, отстреливаясь из развалин из «калашниковых». Израильтяне так и не смогли пройти, пока ООП со своими «калашниковыми» не ушла из города.

Я не могу вспомнить ни одного конфликта, который бы я освещал со времен арабо-израильской войны октября 1973 года – моей первой войны – и в котором не фигурировали бы автоматы Калашникова. Боевики Союза африканского народа Зимбабве и Африканского национального союза Зимбабве использовали их в Родезии, эритрейцы с их помощью больше 30 лет сражались с Эфиопией. «Хезболла» использовала АК против израильской армии в Южном Ливане значительно чаще, чем террористов-смертников, и в итоге заставила Израиль отступить. В ходе гражданской войны в Ливане ими пользовались почти все. Только ливанская армия, в течение всех 15 лет конфликта в основном сохранявшая нейтралитет, была вооружена сначала французским оружием, а затем американским. Я однажды спросил одного из ливанских генералов, почему ливанское министерство обороны заказало большую партию M-16, если AK-47 был, по-видимому, лучше. Он ответил мне примерно так: «Человек с “калашниковым” – партизан, человек с M-16 – солдат». Между тем ливанским солдатам специально внушали, что они не ополченцы, а бойцы регулярной армии, защищающей государство – а не партию и не фракцию. M-16 была такой же важной частью образа солдата, как и форма.

Точно так же, как один и тот же человек может быть террористом для одних и борцом за свободу для других, так и оружие может символизировать свободу для одной стороны и террор для другой. Для вьетнамцев, палестинцев, ангольцев и гватемальцев, AK-47 был средством, помогавшим добиться справедливости. Для венгров в 1956 году и для чехов в 1968 году он был инструментом репрессий, с помощью которого советские войска подавляли их революции. В Афганистане он играл двойственную роль. Советская армия применяла его против афганских крестьян. ЦРУ, понимая, что американские винтовки не пользуются популярностью у повстанцев и слишком сложны в использовании, снабжало моджахедов созданным русскими оружием, чтобы они убивали с его помощью русских. Это была не первая война, на которой обе стороны использовали одинаковое оружие и одинаковые патроны.

До того, как «калашниковы» проникли в большинство арсеналов «третьего мира», некоторые борцы за свободу предпочитали «томми-ганы». Ирландцы использовали их против британцев в ходе гражданской войны, которая последовала за уходом Британии и разделением страны. «Томпсон» фигурирует в повстанческих песнях – например, в «Веселом парне из деревни» («The Jolly Ploughboy»):

«Все мы идем в Дублин по зеленым полям,

Туда, где блестят на солнце каски,

Туда, где стреляют винтовки и лязгают штыки

Под музыку автомата Томпсона».

К 1970-м годам, когда в Северной Ирландии всерьез начала литься кровь, ИРА переключилась на «калашниковы» и на американские Armalite AR-18. «Калашниковы» встречались чаще – их было проще достать, и они были дешевле. Советский Союз распространял их по миру, разрешая прочим коммунистическим странам – таким как Китай, Чехословакия и Северная Корея – их производить и экспортировать.

«AK-47 стал самым распространенным и эффективным боевым оружием в мире, - писал Ларри Каганер. – Он так прост и дешев, что в некоторых странах он стоит дешевле курицы».

По оценке Каганера, автомат убивает каждый год до четверти миллиона человек. Его жертвы похоронены в гетто на юге центра Лос-Анджелеса, в лесах на востоке Конго, в горах Колумбии.

Михаил Калашников всю жизнь работал в оружейной отрасли, улучшая свое изобретение и рекламируя его на оружейных выставках. По условиям своего договора с Красной армией он не получал никаких отчислений от продажи миллионов автоматов, однако после распада Советского Союза он начал получать деньги от торговли футболками, пепельницами и другими аксессуарами, обыгрывающими тему AK. Президент Медведев наградил его званием Героя России, а в родном городе Калашникова ему воздвигнут бронзовый памятник, напоминающий россиянам о втором по известности после водки предмете российского экспорта. Сейчас российская армия планирует отказаться от знаменитых «калашниковых», и солдаты не знают, что придет им на смену.

«Мы разрабатываем новое огнестрельное оружие, а “калашниковых” у нас и сейчас 10 миллионов на армию в миллион военнослужащих, - заявил Reuters начальник Генерального штаба российских вооруженных сил генерал Николай Макаров. - Таким образом, имеющихся запасов нам более-менее хватит».

Красная армия стала первым покупателем «калашниковых», но явно не станет последним. Оружейные фабрики, которые продолжают работать во многих странах, гарантируют, что бандиты, террористы, пираты и – возможно – борцы за свободу будут продолжать использовать АК еще много лет после того, как от автомата откажутся русские. Однако, если старик узнает, что его изобретение больше не защищает его родину, это может разбить ему сердце.

Чарльз Гласс – писатель, автор нескольких книг про Ближний Восток, среди которых «Племена с флагами» («Tribes with Flags») и «Северный фронт: дневник Иракской войны» («The Northern Front: An Iraq War Diary»), директор лондонского издательства Charles Glass Books.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.