Продажа этих боевых кораблей принесла выгоду обеим странам. Однако есть в Москве и те, кому она поперек горла. «Оборонка», то есть российский военно-промышленный комплекс, пытался противостоять ей всеми средствами.

17 июня в Санкт-Петербурге, наконец, был окончательно подписан договор по «Мистралям». Николя Саркози приложил для этого немало усилий: присутствие на всех этапах переговоров главы президентского генштаба генерала Бенуа Пюга (Benoît Puga) свидетельствует об особом интересе французского лидера.

Для Франции продажа этих двух тяжелых боевых кораблей (22 000 тонн) является выигрышной с двух точек зрения: она влечет за собой четыре миллиона человеко-часов работы для судостроительного завода в Сен-Назере, а также доказывает, что отношения с Москвой избавились от логики холодной войны, что позволяет стране-члену НАТО поставлять военную технику бывшему «условному противнику». Соглашение подкрепляет стратегию Елисейского дворца, который намеревается ввести Россию в «западную семью».

В свою очередь президент Дмитрий Медведев подтверждает стремление к расширению интеграции России в западный мир. Приобретение «Мистралей» также является частью начатой Медведевым политики модернизации российских вооруженных сил.

Флот стареет все сильнее. И только выиграет от поступления этих сверхсовременных кораблей и передачи технологий (системы навигации и обработки операционных данных). Один из важнейших пунктов договора предусматривает производство в России двух «Мистралей» по лицензии. Передача судостроительных технологий позволит модернизировать российские верфи, которые были созданы еще при советской эпохе. Сближение интересов двух стран и взаимопонимание глав обоих государств должны были сделать подписание этого соглашения простой формальностью. Тем не менее, процесс превратился в настоящую психологическую драму: виной всему яростная внутренняя борьба, в которой схлестнулись Министерство обороны России и ее военно-промышленный комплекс (или, как его еще называют, «Оборонка»).

Впервые российские адмиралы обратили внимание на многоцелевой десантный корабль «Мистраль» на военно-морском салоне Euronaval в Ле-Бурже в октябре 2008 года, то есть меньше трех месяцев спустя после непродолжительной войны с Грузией. Мысль о приобретении судна такого типа проложила себе дорогу. В тот момент в Москве поговаривали, что эта сделка может стать способом вознаградить Николя Саркози за дипломатическую помощь в ходе конфликта августа 2008 года.

В октябре 2009 года российская сторона официально проявила интерес к «Мистралю», который тогда сделал заход в порт Санкт-Петербурга. За месяц до этого командующий российским флотом генерал Владимир Высоцкий едва не испортил все дело, поставив Францию в неудобное положение: «Если бы во время прошлогоднего конфликта с Грузией у нас имелся корабль типа «Мистраль», Черноморский флот выполнил бы свою задачу за 40 минут и не понадобились бы 26 часов, как это было тогда», - сказал тогда он. Целью этого заявления, без сомнения, было оправдать покупку «Мистраля» в условиях растущего недовольства в ВПК.

1 марта 2010 года во время визита президента России во Францию Медведев и Саркози объявили о начале «эксклюзивных переговоров» по поставке четырех кораблей. Тем не менее, едва начавшись, процесс резко затормозил: несмотря на обещанную «эксклюзивность» министерство обороны было вынуждено организовать тендер под давлением противников соглашения.

Получив поддержку российских военных, разработчик «Мистраля» французская компания DCNS в итоге все же выиграла тендер и оставила позади испанскую Navantia с «Хуаном-Карлосом-I», южнокорейскую STX с «Докдо» и немецкий TKMS с проектом MHD-200. 

К концу 2010 года Россия и Франция объявили условия официального соглашения: четыре боевых корабля будут построены консорциумом DCNS и российской Объединенной судостроительной корпорации.

Первые два вертолетоносца будут собраны на верфях французского предприятия STX в Сен-Назере при участии ОСК. Еще два будут построены на судостроительном заводе Санкт-Петербурга при содействии французских компаний. Российское участие в создании кораблей будет идти по нарастающей: от 20% для первого до 80% для четвертого и последнего.

Соглашение было подписано 25 января в Сен-Назере тогдашним министром обороны Франции Аленом Жюппе (Alain Juppé) и российским вице-премьером Игорем Сечиным, который также занимал пост председателя совета директоров ОСК. Выбор Сечина оказался для многих удивительным и стал плохим предзнаменованием: в 2009 году он выступал против планов покупки «Мистралей», так как считал, что российские судостроительные предприятия способны сами создать схожие корабли.

Трудности не заставили себя ждать. У Министерства обороны нет права вести переговоры по оружейным контрактам, так как монополия в этой сфере принадлежит государственному агентству «Рособоронэкспорт». Такая ситуация позволила отдалить военных от переговоров, а затем спустить на них всех собак.

3 марта переговоры были неожиданно приостановлены. Представители «Рособоронэкспорта» и курирующего ВПК Министерства промышленности и торговли обвинили заместителя командующего российским флотом вице-адмирала Николая Борисова в том, что тот подписал с французской стороной протокол о намерениях, о котором в России никто, кроме него, ничего не слышал! В документе предусматривалось соглашение суммой 1,15 миллиарда евро на строительство двух первых кораблей: 980 миллионов на сами корабли, а также расходы на логистику и техническую документацию (131 миллион) и подготовку экипажа (39 миллионов). Борисов был снят с должности, а оборонщики обвинили министерство в предательстве национальных интересов. 

«Рособоронэкспорт» находится под контролем корпорации «Ростехнологии», одной из главных составляющих российского ВПК, который уже не первый месяц ощущает на себе критику президента Медведева. Глава государства полагает, что промышленники пользуются своим монопольным положением и вынуждают военных покупать устаревшее и малоэффективное оборудование. Программа перевооружения армии, на которую планируется выделить 500 миллиардов евро до 2020 года, должна дать множество заказов предприятиям ВПК и обеспечить их модернизацию. Тем не менее, сейчас промышленникам не удается выполнить даже текущий оборонный заказ государства.

После двух нашумевших в прессе критических выступлений Медведева, который требовал, чтобы полетели головы, ответственный за российский ВПК вице-премьер Сергей Иванов и глава «Ростехнологий» Сергей Чемезов были вынуждены уволить нескольких руководителей. Одновременно с этим в Министерстве обороны сообщили, что за неимением российских аналогов должного качества оно было вынуждено пойти на закупки легких итальянских бронемашин Iveco, израильских беспилотников, а также французских вертолетоносцев и экипировки пехотинцев Félin. Главнокомандующий сухопутными войсками генерал Александр Постников пошел даже до того, что пригрозил купить немецкие танки «Леопард» под предлогом того, что и так слишком дорогие Т-90 начали устаревать.

Несмотря на несколько бесспорных успехов в области авиации, создание подводных лодок или ракетных комплексов, которые и составляют ядро российского экспорта, военно-промышленный комплекс страны стремительно устаревает и нуждается в модернизации. Единственная оборонительная стратегия промышленников состояла в том, чтобы переложить ответственность на министерство и обвинить его в излишних тратах, в том числе на «Мистраль», который, по их мнению является огромной «лоханкой» без какого-либо военного потенциала. 

Лишь новая вспышка президентского гнева Медведева (на этот раз не перед камерами) и содействие Владимира Путина привели к тому, что в конце мая Игорь Сечин получил инструкции решить все с генералом Пюга до начала саммита «большой восьмерки» в Довиле. Финальные условия соглашения, которое было недавно подписано в Санкт-Петербурге, оказались практически идентичны тому, о чем договорился вице-адмирал Борисов...

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.