Существует мнение, что военная интервенция в Ливии создала прецедент для проведения подобных операций в будущем, в которых европейские страны будут преследовать собственные интересы, вне зависимости от «большого американского брата», и, соответственно, мера их ответственности возрастет.

Другие обратили внимание на внутренние противоречия в блоке НАТО, которые отразились в «пощечине» со стороны Германии, в отказе от участия в военной операции против Ливии восточноевропейских членов альянса, которые после начала войны в Афганистане сочли, что НАТО опасно отдаляется от своей основной миссии - сдерживания России, и в промежуточной позиции некоторых членов коалиции, включая Испанию, которые решили воздержаться от непосредственного участия в бомбардировках.

Кроме того, внушают беспокойство ограниченные военные возможности европейских стран, включая двух центральных игроков – Францию и Великобританию, в результате постоянного сокращения расходов на оборону, которое ускорилось после кризиса. В Вашингтоне возникли сомнения по поводу способности НАТО осуществлять подобные миссии без участия США. Пора делать окончательные выводы относительно роли военной операции в Ливии в системе европейской безопасности и политике альянсов в современном мире с явной тенденцией к динамичным и хаотичным изменениям. Давайте попробуем предположить, какими могут быть эти выводы, рассмотрев Ливию в контексте других геополитических сдвигов, особенно ярко проявившихся после кризиса.

Прежде всего, идея объединенной Европы как гаранта европейской безопасности теряет силу. Этот проект был запущен в 90-е годы после того, как на Балканах началась резня вместо ожидаемого «Часа Европы». Тогда предполагалось, что Европейский Союз приобретет ощутимое военно-политическое влияние в мире, одновременно с большим дипломатическим весом. Но судя по методам управления военной операцией в Ливии, первая цель не была и, скорее всего, никогда и не будет достигнута, а вторая значительно упростилась, несмотря на недавно учрежденную Европейскую службу внешнеполитической деятельности.

Мировые кризисы ведут к поглощению одних институтов другими по причине недоверия к ним со стороны их же учредителей, стран-членов ЕС (интересы которых сталкиваются то на одном, то на другом фронте, например, в борьбе за евро) и отсутствия твердой политической позиции у их представителей.

Эта Европа в рамках ЕС способна осуществлять гражданские миссии на Балканах с ограниченными задачами, участвовать в военных операциях с минимальным риском (например, борьбе с пиратством у берегов Сомали), а также принимать репрессивные и жесткие меры (например, ввод эмбарго на сирийскую нефть). Она, безусловно, является авторитетным игроком на международной арене, но хромым, интровертом, сгибающимся под тяжестью большого количества голов на тонкой шее.

Одна Европа обладает управленческими навыками и оказывает «мягкое» давление в рамках существующих норм, и это достаточно эффективно для урегулирования ряда конфликтов, возникающих в современном мире, но она не обладает реальной властью, которая необходима для решения ключевых стратегических проблем.

С другой стороны, есть вторая «Европа», действия которой мы наблюдали в ООН и затем при операции в Ливии. Речь идет о союзе Франции-Великобритании, основанном на конкретных договоренностях в разных областях, которые сулят выгоду. Вот это настоящий Альянс в рамках альянса. Хотя военная операция против Ливии проводилась НАТО, большинство стран-членов этого блока предпочло полностью остаться в стороне, а другие согласились лишь на ограниченное участие, например, в операции по обеспечению бесполетной зоны над территорией Ливии. Практически же НАТО просто предоставило свои услуги коалиции добровольцев, возглавляемой триумвиратом Франции, Великобритании и США, которая в рамках резолюции Совета Безопасности ООН добилась реализации поставленных целей, чередуя дипломатическое давление с применением военной силы.

Франко-британское сотрудничество укрепилось, когда в 2009 году Франция вновь вступила в военные структуры НАТО и заключила двусторонние соглашения в области обороны с Великобританией в ноябре прошлого года. Но такая Европа не является гарантом европейской безопасности, а представляет собой всего лишь группу стран, которые могут координировать свои действия с ЕС и НАТО, но слишком слабы, чтобы иметь твердую политическую позицию.

Сегодня это единственная Европа, которая может иметь хоть какое-то военно-политическое влияние на международной арене и на которую должны опираться страны с ограниченными возможностями, такие, как Испания. Тем не менее, обе Европы, ЕС и НАТО, сталкиваются с одними и теми же угрозами в области безопасности. ЕС показала себя не с лучшей стороны в операции против Ливии, но и действия НАТО под управлением европейцев нельзя назвать эффективными. Но ведь это происходит не где-нибудь в Гиндукуше, а в том регионе, где сконцентрированы наши жизненно важные интересы.

Если взглянуть правде в глаза, мы находимся в огромной зависимости от США, которые сыграли ключевую роль в операции против Ливии, хотя она и была значительно меньше, чем в других подобных миссиях.

Эта операция должна была бы стать стимулом для объединения военной мощи Европы. Зачем выделять огромные средства на реализацию национальных программ в области обороны? Чтобы показать свой несуществующий суверенитет? Ведь это экономически неэффективно. Зачем содержать 27 ВВС? Зачем нужно более двух миллионов солдат?

Было бы также желательно, чтобы эти коалиции добровольцев и Европа, учреждающая институты, действовали если не в унисон, то хотя бы скоординировано во благо общих интересов, к которым относится как поддержание стабильности в регионе, так и борьба за сохранение экологии и соблюдение прав человека. Это позволит Европе обладать определенным превосходством в мире, который вовсе не является европоцентрическим. В противном случае, Европа останется на периферии, превратившись в музей реликвий, покрытых пылью.

Для этого лидеры (и граждане) европейских стран должны подумать не только о своих личных интересах, что вряд ли возможно в современной популистской Европе, где царит беспредельный эгоизм. Ливия и «арабская весна» вообще – лишь примеры того, что происходит в нашем непростом мире. Но как показывает пример Боснии, страны, в которой живет автор этих строк, одно дело – вмешаться в дела другого государства, чтобы попытаться предотвратить насилие и геноцид, и совсем другое дело – добиться мира.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.