Целью Европейской «Зеленой сделки» является сокращение выбросов парниковых газов в Европе до нулевого уровня к 2050 году, не в последнюю очередь за счет декарбонизации энергетического сектора. Но в то время, когда Европа хочет стать мировым лидером в борьбе с изменением климата, возникает вопрос о том, сможет ли она достичь своей цели и какой ценой. Задача грандиозная, а препятствия огромны.

Кризис covid-19 продемонстрировал масштаб изменений, необходимых для массового сокращения использования углерода. Потребители и политики хотят избежать такого шока, путем поэтапного обеспечения стабильных поставок дешевой экологически чистой энергии. Разумная политика и технический прогресс сделают эту цель достижимой; однако на данном этапе существуют компромиссы.

Поскольку углерод должен облагаться налогом, достаточным для того, чтобы компенсировать создаваемые им негативные внешние воздействия на климат, цена выбросов углекислого газа должна возрасти, что приведет к повышению цены на электроэнергию. Это, наряду с повышением цен на природный газ, является причиной недавнего скачка оптовых цен на электроэнергию в Европе. Политические последствия такого развития событий были предопределены восстанием gilets jaunes (желтых жилетов) во Франции в 2018-19 годах, которое стало ответом лишь на умеренное повышение налогов на топливо.

Европа должна импортировать большую часть необходимого ей природного газа. Но чтобы гарантировать надежные поставки, она ставит себя во власть таких стран, как Россия и Алжир, которые склонны геополитически использовать свои газовые ресурсы (против Украины и Марокко, соответственно). Россия поставляет треть газа, необходимого Европе, и добивается активации «Северного потока-2», трубопровода для поставки газа напрямую в Германию в обход Украины. Что еще хуже, отдельные страны, такие как Германия или Испания, а не Европейский Союз, ведут переговоры с поставщиками. Используя эту динамику, Россия недавно продемонстрировала, что она может повлиять на цену газа, путем сокращения поставки.

Конфликт между климатическими приоритетами и дешевой и безопасной энергией нарастает. Страна, имеющая запасы угля, всегда может воспользоваться этими ресурсами для обеспечения своего энергоснабжения. В качестве примера можно привести Германию, где выработка электроэнергии на угле составляет около 30% от общего объема производства энергии, благодаря решению правительства о поэтапном отказе от использования атомной энергии после аварии на Фукусиме в Японии в 2011 году.

Резкий рост цен на газ и электроэнергию в этом году четко показывает, что переход на энергоносители не будет плавным процессом. Проблемы огромны. Главной из них является преодоление проблемы непостоянства выработки. Чтобы снизить волатильность цен, возобновляемым источникам энергии требуется резервная технология, которая будет использоваться при низкой интенсивности ветра или солнца. Природный газ обычно выполняет эту функцию — отсюда и резкий скачок цен на электроэнергию — и так будет, по крайней мере, до тех пор, пока не появятся более эффективные хранилища электроэнергии.

На оптовом электроэнергетическом рынке ЕС цена определяется последней технологией в порядке значимости поставки (то есть в последовательности предпочтительных электростанций). Как правило, это ограничивается парогазовыми установками (газ) или гидроэлектростанцией. Рынок представляет собой пул, в котором графики поставок производителей агрегированы и согласованы со спросом для получения цены, по которой выплачивается вознаграждение всем поставщикам.

В идеале ценовой сигнал, поступающий с конкурентного рынка, мог бы дать правильное представление об инвестициях производителей и потреблении пользователей. Однако в действительности для некоторых технологий (таких как атомная и гидроэнергетика) не существует свободного доступа, пользователи не всегда реагируют на цены, а структура предложения не конкурентная, а олигополистическая.

Но сами по себе эти факторы не являются поводом для того, чтобы отказаться от пула, поэтому вопрос заключается в том, как обеспечить правильные стимулы для инвестиций, особенно в возобновляемые источники энергии. В данном случае долгосрочные контракты на поставку электроэнергии и проведение закупочных аукционов могут сыграть решающую роль в улучшении функционирования пула и ослаблении влияния рынка. Благодаря значительному сокращению расходов за последнее десятилетие, возобновляемые источники энергии стали конкурентоспособными и будут процветать до тех пор, пока ископаемое топливо не будет субсидироваться, и цены на углерод будут установлены надлежащим образом.

Инвестиции зависят от стабильности регулирования и, следовательно, могут быть ослаблены поспешной реакцией на текущие скачки цен. Тем не менее, есть идеи, заслуживающие рассмотрения. Чешская Республика, Греция, Франция, Испания и Румыния предложили ЕС координировать закупки газа и создать стратегический резерв. Это отличная идея, поскольку она одновременно укрепила бы позицию ЕС на переговорах и улучшила надежность поставок.

Необходимо тщательно изучить и другие недавние предложения с тем, чтобы избежать вмешательства в процесс ценообразования. Вместо того, чтобы пытаться ограничить цены на электроэнергию, лучше напрямую субсидировать уязвимых потребителей. Оптовый рынок должен и впредь служить ценовым сигналом для производителей и потребителей. Неизбежный рост цен на права на выбросы (в рамках системы торговли выбросами) не следует возлагать на спекулянтов; это, скорее всего, отражает ожидание рынком более высоких цен на CO2 — необходимой составляющей энергетического перехода.

Если Европа хочет освободить борьбу с изменением климата от политики энергетической безопасности, она сначала должна добиться сбалансированного энергобаланса на интегрированном рынке. Это означает, что она не может игнорировать потенциальный вклад ядерной технологии, как было отмечено Межправительственной группой экспертов по изменению климата.

Кроме того, необходима единая европейская энергетическая политика в области закупки и хранения газа, а также инвестиции в разработку новых технологий, таких как улавливание углерода и зеленый водород. Но ЕС не может быть наивным. Изменение климата является глобальной проблемой. Если сокращение Европейских выбросов будет компенсировано в других частях мира, то не будет никакого прогресса, и Европа в конечном итоге станет менее конкурентоспособной. Для решения этой проблемы потребуется ввести налог на пограничную корректировку выбросов углерода.

У ЕС сложилась репутация действовать только тогда, когда он находится на грани катастрофы. Мы вполне можем оказаться в одном из таких моментов. Зима близко.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.