На этой неделе Государственный департамент Соединенных Штатов объявил об очередном пакете санкций против газпромовского проекта «Северный поток — 2». Напомним, что, по предварительным планам, газопровод по дну Балтийского моря от российского Выборга до немецкого Грайфсвальда планировалось построить до конца 2019 года.

Именно в тот период завершалось действие предыдущего соглашения между РАО Газпром и АО Укртрансгаз по транспортировке российского газа в Европу. Тогда возникала серьезная опасность, что российский газовый великан откажется пролонгировать сделку, а значит мощная газотранспортная система Украины окажется вне игры и мы потеряем более двух миллиардов долларов годовой прибыли. Впрочем, из-за задержек с достройкой «Северного потока — 2», вызванных прежде всего американскими санкциями, мега проект так и не был вовремя завершен.

Не завершили его строительство и до сих пор, хотя осталось дотянуть менее десяти процентов трубы. Очевидно, новые американские санкции поспособствуют тому, чтобы еще дальше оттянуть день, когда по этой трубе все-таки пойдет газ из России в Германию. Однако не стоит тешить себя надеждой, что проект так и не удастся реализовать. Слишком много средств вложили в газопровод и Россия, и западноевропейские энергетические компании, чтобы что-то могло заставить их окончательно отказаться от него.

Поэтому Украине в конце концов придется как-то справляться с ситуацией, когда в протяженную украинскую трубу не поступит ни одного кубометра российского газа. Станет ли это катастрофой для самой ГТС, украинской энергетической безопасности, наполнения государственного бюджета и тому подобное? Возможно, если не подготовиться к таким обстоятельствам заблаговременно, не продумывать альтернативных планов по использованию трубы и крупнейших в Европе газохранилищ.

Недавно в авторитетной швейцарской газете Neue Zürcher Zeitung обратил внимание на статью известного немецкого политолога Андреаса Умланда, в свое время работавшего на Украине, а потому хорошо знакомого с ее проблемами. Название статьи довольно красноречивое «Украина сидит на огромных запасах газа, о которых, однако, все забыли — они могли бы перевернуть энергоснабжение Европы» (Die Ukraine sitzt auf riesigen Gasreserven, die bisher vergessen gingen — könnten sie Europas Energieversorgung umkrempeln).

Умланд напоминает, как в свое время Украина была «хлебницей Европы», а, следовательно, достаточно мощный потенциал ее лежит в области восстановления сельскохозяйственного производства. К тому же, Украина, по его утверждению, обладает также значительными ресурсами газа, о которых мало кто знает. А значит она способна стать неким game сһаngег и в этой области.

Фантазии? Представляю себе, как потешались бы над таким заявлением ватники, воспитанные на анекдотах о том, что Украина никогда своего газа не имела, а всегда воровала его в России. Это потому, что кто бы еще мог вспомнить о дашавском газе, который в свое время обеспечивал энергетические потребности москвичей и ленинградцев. Но Дашавское месторождение уже давно иссякло. Так откуда же появился такой оптимизм у Андреаса Умланда? Он ведь не из тех людей, которые разбрасываются пустыми фразами. Его уверенность основана на том, что, как он утверждает, «Украина сейчас имеет в своем распоряжении вторые по величине разведанные газовые резервы на территории Европы». Больше газа имеет только Норвегия. Однако речь идет именно о сланцевом газе, добыча которого имеет значительно более сложный и технологичный процесс, чем добыча обычного газа.

Действительно, как-то мы совсем забыли о том сланцевом газе. А сколько разговоров, сколько споров было вокруг него еще каких-то семь-восемь лет назад. Мне самому приходилось неоднократно участвовать в этих дискуссиях.

На территории Украины есть два известных месторождения сланцевого газа. Первое — Олесская площадка, она простирается через часть Львовской, Тернопольской и Ивано-Франковской областей. Второе — Юзовская площадка, она размещается частично в Харьковской и Донецкой областях. Предварительные оценки объемов газа, сделанные различными экспертами, слишком разнятся: от полтора триллиона метров кубических до пятидесяти семи триллионов. До более серьезной геологической разведки, которая предполагала бы исследование пробных скважин, дело так и не дошло. Почему? Потому что очень много палок в колеса было вставлено энтузиастам «сланцевой революции» на Украине. Причем не только на востоке Украины, где за дело хотела взяться англо-голландская компания Shell, но и в, казалось бы, прогрессивной Львовской области, где стремилась сделать миллионные инвестиции американская компания Chevron.

Мне лично приходилось неоднократно общаться с генеральным менеджером Chevron на Украине Питером Кларком, который искренне желал принести на Украину опыт и технологии, с помощью которых можно было бы безопасно добывать сланцевый газ. В общении за чашкой кофе или во время интервью господин Кларк делился своими планами, как превратить депрессивный регион на востоке Львовщины на технологический Клондайк. Его компания была готова вкладывать деньги в тамошнюю инфраструктуру, в социальную систему, в благосостояние жителей. Позволю себе процитировать один из ответов Кларка во время интервью:

«Для компании Chevron очень важно быть хорошим соседом, хорошим членом того сообщества, в котором компания планирует работать. Один из способов, которым мы можем достичь этого, — это социальное инвестирование. Мы будем инвестировать в школы, больницы, другие социальные проекты. Именно поэтому мы приехали сюда такой группой, где собраны эксперты и консультанты по социальной деятельности и социальному инвестированию. Мы готовы инвестировать в социальные проекты, но нам еще надо определиться, куда лучше инвестировать. Поэтому мы хотим услышать мнения и рекомендации тех людей, которые могут нам дать совет в этой сфере, мы будем встречаться с местными чиновниками, представителями районных советов, представителями неправительственных организаций».

И это, замечу, независимо от тех сотен миллионов, а возможно и миллиардов долларов, которые Chevron намеревался вложить непосредственно в сам проект и обеспечить хорошо оплачиваемой работой многих жителей Львовщины. Впрочем, местное население относилось к добыче сланцевого газа довольно настороженно. А все потому, что против проекта активно выступали некоторые популярные в то время политические силы.

Прежде всего речь идет о ВО «Свобода», которое в 2012-2013 годах устроило чуть ли не священную войну сланцевому газу. Кто еще помнит «свободовского» лидера Ирину Сех? Именно она, находясь на должности председателя Львовского областного совета больше всего сделала для того, чтобы добыча сланцевого газа на ее вотчине так и не началась.

Интересным моментом в этой истории противостояния является то, что аргументы «патриотически настроенных» противников сланцевого газа один к одному совпадали с аргументацией кремлевских пропагандистов. Разумеется, для России газ был и является не только главной статьей наполнения бюджета, но и инструментом внешнеполитического влияния. А значит, «сланцевая революция» была для Кремля костью в горле. Но тогда зачем же «Свобода» так возражала против сланцевого газа, который мог бы стать основой энергетической независимости Украины и благосостояния Львовщины? Можем лишь строить неутешительные предположения.

А что Chevron и Shell? Они долго ожидали получение разрешения вести по крайней мере геологоразведочные работы, но власть все медлила, пока не началась война с Россией. Потенциальным инвесторам не осталось ничего другого, как уйти прочь из Украины. Вернутся ли они снова? Будем надеяться на лучшее, как это делает Андреас Умланд.

Его оптимизм был основан на тех прогрессивных шагах, которые осуществила Украина в газовой сфере за прошедшие пять лет. «За последние годы Украина, в значительной степени под давлением со стороны Международного валютного фонда, сократила масштабы вмешательства государства в ситуацию на внутреннем газовом рынке. Киев ввел рыночные цены на газ для населения и отказался от субсидирования всех без исключения частных домохозяйств. Эта новая, экономически более стабильная ситуация в энергетическом секторе может способствовать привлечению как иностранных, так и собственно украинских инвестиций в разработку новых месторождений по сравнению с прошлыми годами», — утверждает он.

Итак, если дело в этой области пойдет хорошо, то Украина сможет из импортера газа постепенно превратиться в экспортера, особенно, когда параллельно запустит программы по энергосбережению. По утверждению специалистов, нынешние тридцать два миллиарда кубометров газа ежегодного потребления на Украине можно сократить по крайней мере вдвое.

Кроме того, Украина может предоставлять Европе услуги по хранению газа. Ведь еще одним важным элементом нашей газовой инфраструктуры являются ее гигантские газовые хранилища. Их общий объем составляет более тридцати одного миллиарда кубометров. В то время как суммарный объем газовых хранилищ всех стран-членов Европейского союза — около ста миллиардов кубометров.

Теперь давайте подытожим. Что же Украина имеет в своем газовом активе? Богатые месторождения сланцевого газа, мощную газотранспортную систему и огромные газовые хранилища. Если все это умело использовать, привлечь правильных инвесторов, то процесс отказа от транспортировки российского газа в Европу может пройти вполне безболезненно.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.