Недавние перестановки в российском правительстве, в результате которых пост премьер-министра занял технократ Михаил Мишустин, указывают на смену экономического курса Москвы. За последние несколько лет, когда экономический рост резко замедлился, Кремль вместо развития сосредоточился на политике ограничений. Это рациональная стратегия для страны, в значительной степени зависящей от одного типа экспорта, но это чревато болезненными последствиями для наиболее уязвимых слоев населения. Между тем новое правительство намерено увеличить расходы.

В начале 2010-х годов Россия демонстрировала уверенные темпы роста благодаря высоким ценам на свой стратегический экспортный товар — углеводороды. Но в 2014 году случились две большие неприятности для российской экономики. Во-первых, резко упали цены на нефть — со 115 долларов за баррель в середине июня 2014 года до 55 долларов к концу года. В следующем году падение продолжилось, достигнув отметки чуть менее 30 долларов в январе 2016 года. Во-вторых, ощутимый удар по экономике нанесли западные санкции, принятые в ответ на агрессию России на Украине. В 2015 году началась рецессия.

Рубль обесценился, рухнув с 34 рублей за доллар в июне 2014 года до более 80 рублей за доллар в январе 2016-го. Девальвация снизила покупательскую способность россиян, повысив стоимость импорта. Хотя с тех пор экономическая ситуация несколько стабилизировалась, рубль остается на значительно худшей позиции (чуть более 60 рублей за доллар), чем до двойного кризиса.

Чтобы справиться с экономическими трудностями, Кремль сфокусировался на обеспечении стабильности. Одним из примеров этой позиции служат бюджетно-финансовые ограничения, точнее сокращение государственных расходов, особенно с 2016 года. В итоге сальдо консолидированного бюджета (соотношение доходов и расходов) изменилось с дефицита, эквивалентного 3,7% ВВП в 2016 году, на профицит в 2,9% к 2018 году.

Положительное сальдо правительство смогло обеспечить, сделав приоритетом накопление резервов, а не экономический рост. Такая стратегия — бюджетная консолидация — часто считается разумной экономической политикой, поскольку предполагает меньшую зависимость от экспорта для стимулирования потребления. Благодаря жесткой налогово-бюджетной политики в 2019 году цена нефти, при которой госбюджет оставался бы бездефицитным, снизилась до уровня чуть менее 50 долларов за баррель — самого низкого за последние десять лет, в то время как мировые цены на «черное золото» колебались на немного более высоком уровне.

Но эта политика ударила по людям с низкими доходами. Бюджетная консолидация усугубила стагнацию реальных доходов, поскольку социальные расходы не компенсировали падение уровня жизни. По данным Росстата, в период с 2013 по 2018 год доходы росли в среднем на 5,3% в год. При этом ни о каком увеличении реальных доходов говорить не приходится, поскольку инфляция в тот же период в среднем росла более быстрыми темпами — 7,4%.

Данные Росстата также показывают, что покупательская способность населения (т.е. реальные располагаемые доходы) снижалась в 2014-2017 годах, а в 2018 и 2019 годах показала близкий к нулю рост. Хотя данные Росстата показывают увеличение средней заработной платы, положение малоимущих не улучшается. Уровень бедности повышается, поскольку рост доходов не затрагивает наиболее уязвимые слои населения. По данным Росстата, в первом квартале 2019 года 14,3% населения России (то есть 20,9 миллиона человек) имели доходы ниже прожиточного минимума — это почти на 500 тысяч человек больше, чем в предыдущем году.

Таким образом, на фоне усилий Москвы по увеличению своих резервов условия жизни рядовых россиян ухудшаются. Поэтому неудивительно, что ушедшее правительство было непопулярным, а президент Владимир Путин заявил о намерении увеличить бюджетные расходы.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.