В экономике формируется новый баланс сил. В период, когда этот баланс начинает меняться, мы видим, что основатели существующего экономического порядка стремятся делать новые ходы с целью повернуть эту ситуацию в свою пользу и не допустить, чтобы изменения обернулись против них.

А на передний план в процессе этих изменений выходят такие сферы, как торговые и энергетические войны.

Господство в энергетике

Энергетические войны происходят на почве нефти, важнейшего из ископаемых ресурсов, и ведутся против стран, обладающих наибольшими запасами таких ресурсов в мире. Эти войны неистово бушуют на Ближнем Востоке на площадке Ирана и в Латинской Америке на площадке Венесуэлы.

Интересно, что если раньше были определенные правила и основания таких столкновений, то сейчас все это происходит в отсутствие каких-либо правил.

В этот период превращение в игрока на рынке природного газа, второго важнейшего энергетического ресурса после нефти, позволяет странам занять стратегическое положение.

С этой точки зрения с обнаружением больших запасов ресурсов в Восточном Средиземноморье — регионе, в последнее время ставшем в особенности важным пунктом повестки дня, — мы видим, что лидеры в нефтяной сфере стремятся получить господство и в сфере природного газа и ищут пути построения этого уравнения. Иными словами, опять разыгрывают ту же игру.

Как еще можно объяснить все это массовое присутствие в Восточном Средиземноморье?

Господство в торговле

Еще одна важная сфера — это, конечно, торговля, которая определяет размер экономики и показывает, кому принадлежит превосходство в этой сфере. Страны, совершенствующие свои возможности в торговле, больше производят, больше экспортируют и обладают более высоким ВВП.

Это, собственно говоря, и определит, какая страна займет первенство по объему ВВП. Вот в чем причина всей борьбы. Ведь иметь самый высокий ВВП — значит определять мировую политику.

Китай нацелился на более высокие темпы экономического роста, чтобы сократить разрыв между собой и США, занимающими первое место в мире по величине ВВП. Он движется к этой цели полным ходом. По прогнозам на 2019 год, ожидается, что ВВП США составит 21 триллион долларов, а ВВП Китая — 14 триллионов долларов.

Чтобы приблизиться к США, Китаю, очевидно, нужно больше продавать, то есть экспортировать. Поэтому США вводят пошлины на китайские товары и пресекают их импорт, а также проводят политику, стимулирующую собственное производство.

Кроме того, в рамках противодействия агрессивной торговой политике Китая с американскими препятствиями сталкивается и проект современного Шелкового пути, который Китай желает претворить в жизнь в ближайшие годы, а точнее, к 2049 году. В случае реализации этого проекта Китай наряду с морскими и сухопутными маршрутами от Азии до Европы и Африки получит возможность напрямую торговать с в общей сложности 65 странами.

Эти новые торговые возможности подразумевают высокий потенциал, который изменит мировой экономический баланс сил. Очевидно, он подстегнет учреждения и организации, которые возникнут по мере развития торговли, к новым альтернативным поискам.

Глобальные риски и меняющийся баланс сил

Предполагается, что все более ожесточенными становятся риски, вызванные замедлением темпов роста мировой торговли из-за торговой войны между США и Китаем, американо-иранской напряженностью и возможными событиями внешнего происхождения в нашем регионе. Эти риски замедлят экономики развивающихся стран, в чью пользу складывался экономический баланс сил.

Вдобавок они повлекут за собой еще большее увеличение разрыва между развитыми и развивающимися странами, и на его уменьшение потребуется еще более продолжительное время.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.