В течение нескольких ближайших лет, пока нет надежд на резкий рост цен на нефть, экономика Азербайджана будет находиться, мягко говоря, в очень непростом положении. Это, на первый взгляд, таит в себе опасность, как внутренних потрясений, так и большую вероятность эскалации на карабахском фронте. Это общеизвестная формула для режимов, находящихся у власти в странах, которые имеют неурегулированный конфликт и сидят на ресурсной «игле».


Когда-то превышающий 20 миллиардов долларов бюджет Азербайджана сейчас в долларовом эквиваленте сократился больше, чем на два раза, составив в 2017 году 9 миллиардов долларов. Международные резервы сократились и продолжают сокращаться с большим темпом, постоянно обесценивается маннат, рушится основанная на нефтедолларах финансовая система. Поднимается волна серьезного социального недовольства, когда люди в связи с социально-экономическими трудностями выходят на митинги и перекрывают улицы. Эксперты считают, что в ближайшем будущем велика вероятность новой военной авантюры в зоне карабахского конфликта, которая даст возможность отвлечь внимание населения Азербайджана от экономических проблем. Другие эксперты, наоборот, считают, что Баку не пойдет на новую широкомасштабную военную авантюру, чтобы избежать еще большей катастрофы. И если даже Азербайджан попытается спровоцировать новую локальную войну и ценой больших потерь не сможет достичь существенных результатов, это может вызвать новую волну недовольства в стране.


Обе эти гипотезы, конечно, имеют право на существование. Но хотя бы судя по доступным нам показателям, нужно отметить, что и в военном, и во внутриполитическом, и в социально-экономическом аспектах Азербайджан сейчас находится в том положении, в котором трудно найти окончательный выход из сложившейся ситуации.

Как результат падения социально-экономических показателей, внутриполитическое напряжение в конце концов выльется на улицу в виде недовольства властями. Показатели социального напряжения и чрезмерной поляризации, которая возникает в результате крайне неравномерного распределения ресурсов, полученных от продажи нефти и газа, в соседней стране самые высокие на постсоветском пространстве. В этой стране иногда проходят «голодные бунты». То есть, в Азербайджане наблюдаются не только непосредственно социально-политическое недовольство, этно-национальные проблемы, но и очевидное напряжение между собственниками Офшорных полуостровов и нищими. И это напряжение демонстрирует тенденции роста. Сейчас, когда сокращаются нефтедоллары, в Азербайджане говорят о масштабной приватизации государственных учреждений, в том числе акций «Сокара». Если раньше действовала формула «то что хорошо для «Сокара»», хорошо и для Азербайджана«, то сейчас все полностью изменилось. Когда государственная организация оказалась в тяжелом состоянии и нуждается в новых финансовых потоках, а государство берет кредиты у международных доноров, «то, что хорошо для Сокара, перестает быть хорошо и для Азербайджана.


Следовательно, в этом году, если каким-то чудом экономика Азербайджана не встанет на ноги, или цены на нефть резко не возрастут, есть все предпосылки для роста волны социально-экономического бунта. Как сильна будет эта волна — трудно предугадать. В любом случае, азербайджанские власти попытаются держать ее под контролем, сильно не подавлять, пока она не получит религиозно-политической окраски.


Почему религиозно-политический? Потому что в условиях практически полного отсутствия оппозиции в стране, как института и системы, религия, в данном случае — мечети — являются единственной системой, которая критически относится к светской власти. В свое время об этом писал и известный азербайджанский журналист Рауф Миркадыров: «Ситуация такова, что мечеть является единственной системой, вокруг которой могут собраться оппозиционные массы. И не имеет значения, будут они придерживаться строгих религиозных взглядов, или нет. Главное здесь политический подтекст, и это единственное место, где можно свободно критиковать властей».


Ситуация в некотором смысле становится похожа на соседний Иран в последние годы правления шаха. Там тоже подавляющая часть людей, вышедших на улицы против шаха по призыву религиозных лидеров, были далеки от религиозных взглядов. На митинги выходили молодые девушки в мини-юбках, молодые люди, одетые по последним правилам моды.


Именно этим и объясняется боязнь Ирана, существующая у азербайджанских элит, и военно-политическая близость Баку с конкурентом Ирана — Израилем. Сейчас шиитский Иран активно работает с религиозными лидерами Азербайджана, направляет туда миссионеров. Значит, не случайно Азербайджан применяет довольно жесткий инструментарий подавления движений с религиозно-политической окраской. Репрессии в отношении религиозных лидеров Нардарана, который находится недалеко от Баку, были началом этого процесса.


В незавидном состоянии оказались власти Азербайджана и с военно-политической точки зрения. После завершения многомиллионных сделок купли-продажи военной техники с Россией и Израилем эта страна столкнулась с серьезными проблемами. В статье о географии, объемах и перспективах торговли вооружениями России, которая была опубликована в российской прессе, отмечалось, что в ближайшем будущем Баку вряд ли сможет позволить себе крупные сделки с Россией. «До сих пор на постсоветском пространстве самым большим потенциалом для покупки вооружения обладал Азербайджан. Начиная с 2010 года Баку приобрел большой пакет российского вооружения. Сейчас, однако, поставки практически завершены. А учитывая падение цен на нефть и заинтересованность Москвы в обеспечении баланса на карабахском фронте, вряд ли стоит ожидать новых сделок в прежних объемах», — отмечает автор статьи.


Азербайджан, сокративший по сравнению с прошлыми годами военные расходы в долларовом эквиваленте, окажется в тяжелом положении даже в вопросе обслуживание уже приобретенной техники. Разновидности военного вооружения, особенно ракетные системы, танки и так далее, нуждаются в обслуживании, новых поставках. А это предполагает новые расходы, которые будет очень сложно осуществить. Если раньше оборонительный бюджет Азербайджана составлял несколько миллиардов долларов, то сейчас он не превышает один миллиард. А если из этого еще и вычесть расходы на спецслужбы, внутренние войска полиции и пограничнков, то возможности бюджета будут очень скромными. В условиях сокращения военных расходов будет, мягко говоря, очень сложно содержать большую армию не только на карабахском фронте, но и на границах с Ираном, и морской флот в Каспийском море.


«В Азербайджане создалась такая ситуация, что Ильхам Алиев кроме решения внешнеполитических задач, должен сконцентрироваться и на внутренних трудностях. Внутренняя стабильность страны обманчива. Фактор Ирана, падение цен на нефть и рост числа радикальных религиозных активистов — тройной удар по власти Алиева. В условиях сокращающегося экономического пирога Алиев должен суметь договориться с несколькоми группами интересов, что будет очень трудно сделать. Следовательно, возможно, вновь будет разыграна карабахская карта, которую власти всегда держат у себя в руках», — пишет известный британский эксперт Том де Ваал.


Тем не менее, трудно, даже невозможно, делать окончательные и четкие выводы по этому вопросу. В создавшейся ситуации внутренний баланс в Азербайджане очень нестабилен. Сейчас режим Алиева ходит по краю обрыва и пытается балансировать между эскалацией ситуации в зоне карабахского конфликта, активизацией политического ислама внутри страны и ростом влияния Ирана. А это и есть все необходимые условия для «идеального штурма».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.