То, как изменились в последнее время представления о Китае, прекрасно выражается пословицей: взявший меч от меча и погибнет. Долгое время ожидания экономического чуда подпитывали рост и влияние китайской экономики и укрепляли репутацию китайских менеджеров. Но трудности, которые Китай испытывает сегодня при переходе к новой модели роста, а также неуверенное поведение китайских властей порождают противоположные – пессимистические – ожидания.

Этот тренд ничуть не более оправдан, чем безграничный оптимизм предыдущих десятилетий. В Китае нет структурного кризиса: там происходит структурная перестройка, о которой говорят и к которой призывают уже не первый год. В китайской экономике по-прежнему есть сильные игроки. ChemChina только что совершила крупнейшую в китайской истории сделку по покупке зарубежных активов. И хотя юань переоценен из-за привязки к растущему доллару, у Китая по-прежнему колоссальный профицит торгового баланса.

Но сегодня против китайской экономики работают два тренда. Первый – это настрой на рынке, который определяется в том числе поведением китайских компаний и частных инвесторов. Отток капитала превысил $100 млрд в месяц. Потребители меньше потребляют, а инвесторы сокращают инвестиции. Что еще хуже, китайские власти принимают непоследовательные и противоречивые решения по таким болезненным вопросам, как вмешательство в работу бирж и управление обменным курсом. Так, вопрос о структурной корректировке превращается в очевидный кризис доверия.

Экономические проблемы Китая обусловлены и состоянием глобальной экономики, прежде всего стремительным ростом доллара, который, в свою очередь, объясняется перманентным ожиданием роста процентных ставок в США. А китайская экономика больше других привязана к доллару. Евро между тем стабильно падает. Профицит торгового баланса в Германии и странах Северной Европы впечатляет (как и в Китае), но слабость других экономик еврозоны позволяет поддерживать курс евро на низком уровне. Валюты других крупных азиатских экономик, в том числе иена, также падают. Завышенный курс юаня пока серьезно не ударил по китайской экспортной машине, разве что замедлил ее экспансию. Но разворот неизбежен.


В свою очередь, замедление Китая отражается на всех поставщиках сырья и энергоносителей. Это хорошая новость для потребителей и для внешнеторгового баланса ЕС, но плохая новость для многих людей в развивающихся странах, да и в развитых экономиках вроде Канады и Австралии. Это означает падение спроса на китайские товары и сокращение китайских инвестиций в энергетику и добычу сырья. Характерный сигнал: Балтийский фрахтовый индекс, фиксирующий стоимость морской транспортировки сырья, за последние два года упал в десять раз.

Вслед за этим сократится переток финансовых средств из стран-производителей в развитые потребительские экономики. Поскольку ни одна страна не может позволить себе проколоть кредитный пузырь, регуляторы продолжают политику количественного смягчения, а инвесторы рассчитывают, что ФРС и дальше будет откладывать изменение процентных ставок. В этой ситуации как никогда высоки риски валютной войны – девальвации национальных валют по внешнеторговым соображениям и ради сохранения внутреннего кредитования.

Есть и политическая сторона вопроса. До сих пор Китай конвертировал свою экономическую мощь в дипломатическое и стратегическое влияние. Но сокращение его экономического влияния означает, что в возникший зазор ринутся другие игроки. Мы уже видим такие поползновения даже со стороны тех государств, которые не назовешь геополитическими конкурентами Китая.

Еврокомиссар по торговле Сесилия Мальмстрём предостерегает Китай: «Прошло три года после Третьего пленума, а серьезных реформ так и не видно… Откладывание важных реформ, не говоря уже об отступлении назад, лишь продлит нынешний период неопределенности и затормозит развитие Китая».

Конечно, Мальмстрём права. Но когда это «слабовольные» европейцы так откровенно разговаривали с восходящей глобальной державой? Китаю приходится расширять денежную массу и кредитование, чтобы смягчить последствия преобразований в экономике, и поэтому сейчас все чаще звучат критические оценки китайского суверенного долга и долга китайских госкомпаний. Всего два года назад большинство европейских стран из кожи вон лезли, чтобы предотвратить санкции ЕС против Китая из-за демпинга на рынке солнечных батарей. Сегодня уже семь членов ЕС – в том числе Франция, Германия и Британия – требуют от Еврокомиссии более жесткой позиции по экспорту китайской стали в Европу.

На Западе и в Японии, которым нужно возобновить рост и обслуживать масштабные долги, в обозримом будущем сохранится мягкая денежно-кредитная политика. А значит, эти страны едва ли заинтересованы в ослаблении юаня. Эту задачу выполняют сами участники китайского фондового рынка и внешние спекулянты, которые ставят на спад китайской экономики и падение ее конкурентоспособности, а следовательно, играют на понижение юаня. Против Китая нет никакого глобального заговора. Просто эта страна, которая так долго полагалась на рычаги своего экономического могущества, внезапно может оказаться в одиночестве.

Европейцам необходимо воспользоваться этим моментом. Китай уже много лет тормозит переговоры о двустороннем инвестиционном соглашении с Европой и не идет на заметные уступки. Здесь, с одной стороны, важно не повторить ошибку Дэвида Кэмерона и отчасти Ангелы Меркель, которые призвали заключить с Китаем соглашение о свободной торговле, а оно де-факто означает статус страны с рыночной экономикой. Такая безусловная поддержка Китая со стороны отдельных членов ЕС ослабляет позицию европейских переговорщиков. С другой стороны, евроструктуры не должны поддаваться на уговоры лоббистов и отказывать Китаю в предоставлении такого статуса лишь по протекционистским соображениям или же ввиду ослабления китайских позиций.

Важен долгосрочный и стратегический подход, основанный на взаимных компромиссах. Китаю следует понять, что статус рыночной экономики ему не гарантирован и что неготовность идти навстречу требованиям Европы по доступу к китайским рынкам приведет к провалу этих переговоров. А члены ЕС должны выступать единым фронтом и поддерживать позицию Еврокомиссии. Уже почти десять лет влияние Европы на Китай сокращается, но сегодня ЕС может усилить свои позиции, если даст китайским властям понять, что те тоже должны проявить добрую волю.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.