Широко распространенный в годы холодной войны страх перед ядерной опасностью пошел на убыль. Но по-прежнему жива память о катастрофе на Чернобыльской АЭС в 1986 году и об аварии на Фукусимской АЭС в Японии пять лет назад. И политика Кремля, который в последнее время акцентирует свой ядерный арсенал, заставляет нервничать. Недавно в Латвии гостил генеральный директор Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Юкия Амано. Задача возглавляемой им организации — содействие безопасному использованию ядерных технологий.

 

Ir: Каковы важнейшие  задачи МАГАТЭ?

 

Юкия Амано: Ранее они заключались  в словах »атом для мира», теперь  — «атом для мира и развития». МАГАТЭ широко известна как  «сторожевой пес ядерных технологий», который пытается не допустить распространение ядерного оружия. Но есть и другая деятельность, связанная с использованием ядерных технологий в здравоохранении, например, в ограничении рака и болезней кровообращения или в идентификации вируса Эболы и уничтожении вируса Зика. Эти технологии можно использовать при производстве продуктов питания и в сельском хозяйстве для развития новых подвидов растений, которые могут переносить засуху или соленую воду. При помощи ядерных технологий можно следить за изменениями в океанах и помогать таким образом охране экологии.

 

— Почему вы  посетили Латвию?

 

— Латвия — очень важное  государство, потому что она стала  членом правления МАГАТЭ. В правление  входят 35 из 168 государств-членов организации.

 

— Ядерные технологии  воспринимаются очень противоречиво, например, Германия решила отказаться от атомных реакторов. Каковы тенденции в использовании ядерных технологий?

 

— Использование ядерных  технологий в производстве электричества  значительно возрастет к 2030 году, хотя темп роста будет медленнее, чем мы прогнозировали до Фукусимской аварии. Я верю, что у атомной энергии есть будущее, и ее использование в мире будет расти. Центр развития больше не Европа и не Северная Америка, а Азия. Китаю необходима электроэнергия для огромного количества жителей, угля и древесины не хватает. Сейчас в мире строится 65 новых АЭС, многие из них — в Китае. Аналогичная ситуация в Индии, Южной Корее. Вскоре Объединенные Арабские Эмираты начнут использовать атомную энергию.

 

— Это удивительно, ведь там так много нефти.

 

— Нефть не будет доступна вечно. И в Европе ситуация разная. Случай Германии создает впечатление, что все постепенно отказываются от атомной энергии. Но Соединенное Королевство, Франция и Испания продолжают использовать атомную энергию.  В Восточной Европе Чехия, Словения, Хорватия и, разумеется, Россия ее используют.

 

— С учетом падения  цен на нефть и газ, а также  на альтернативные технологии  — солнечные и ветряные генераторы  будет ли конкурентноспособной  цена атомной энергии?

 

— Это зависит от конкретных  условий. Энергия солнца и ветра получает большие субсидии. Атомная энергию вначале требует очень больших инвестиций, но АЭС можно использовать 40-50 и лет и дольше, поэтому они становятся очень конкурентноспособными.

 

— У стран Балтии  был план строительства совместной АЭС в Литве. Являются ли эти технологии подходящими для Балтии?

 

— Это ваш выбор, но я  не сомневаюсь, что у вас есть  людские ресурсы, чтобы это сделать.

 

— Нынче исполнилось 30 лет после Чернобыля. Чему мы  научились за это время?

 

— Безопасность очень важна. Пять лет назад произошла авария в Фукусиме. Ее причина другая, чем в Чернобыле, — мощное цунами, но были и людские ошибки. Самая серьезная из них — регулятор оказался недостаточно сильным и независимым. Это один из главных уроков. Я каждый год посещаю 20-30 государств, стараюсь осмотреть их АЭС. Я вижу разницу в ситуации до и после Фукусимы. Сейчас культура безопасности намного сильнее.

 

— Насколько близка  Япония к полной ликвидации  последствий Фукусимской аварии?

 

— МАГАТЭ помогает Японии  в ликвидации радиоактивного загрязнения. Отменены некоторые ограничения по возвращению на охваченную аварией территорию. Для небольшой территории, на которой уровень загрязнения относительно высокий, это потребует больше времени. На демонтаж самого реактора понадобится несколько десятков лет.

 

Я советую правительству Японии шире использовать международное сотрудничество, потому что не только в Японии, но и в других странах мира нет всех необходимых технологий. Для многих АЭС наступит время демонтажа, и нужно накапливать опыт на этом самом сложном случае.

 

— Белоруссия планирует  строить АЭС относительно недалеко  от границы с Латвией. Есть  опасения по поводу безопасности. Как вы оцениваете эту ситуацию?

 

— Роль МАГАТЭ не в  том, чтобы решать, кто прав. Мы  можем рекомендовать использовать стандарты МАГАТЭ, вступать в диалог и быть прозрачными. Я недавно посетил Белоруссию, встретился с президентом Лукашенко. Мы оценили тот факт, что Белоруссия пригласила нашу миссию. МАГАТЭ направит еще семь миссий в Белоруссию. Президент Лукашенко подтвердил готовность сотрудничать в полной мере.

 

— В России недалеко  от Санкт-Петербурга есть АЭС  чернобыльского типа. Оценила ли  ее МАГАТЭ?

 

— Лично я ее не посещал, но наша миссия по безопасности  там побывала, и мы отметили  как позитивные аспекты, так и дали рекомендации. Россия очень активно интересуется безопасностью. Она важный поставщик ядерных технологий, очень активна в Европе и в других странах. Россияне в полной мере осознают значение безопасности.

 

— МАГАТЭ должна  следить, соблюдает ли Иран соглашение, запрещающее ему развитие ядерного оружия. У вас были проблемы с выполнением инспекций?

 

— Не только в Иране, но и во многих других странах  у нас есть проблемы, но мы  их преодолеваем и выясняем  факты. Нигде это не бывает  легко, но мы к этому привыкли.

 

— А как с  Северной Кореей?

 

— Северная Корея вышла  из МАГАТЭ в 2009 году, с тех пор  у нас в этой стране нет  инспекторов. Продолжаем контролировать  ситуацию при помощи спутников. Мы обеспокоены действиями Северной  Кореи, потому что она испытала ядерное оружие, часто проводит испытания баллистических ракет, угрожает соседним странам. Это угроза безопасности в северо-восточной Азии и в других регионах. Мы готовы возобновить надзор ядерной программы, если нас пригласят.

 

— Прежде чем  стать главой МАГАТЭ вы были специалистом в области ограничения распространения ядерного оружия. В последнее время звучат многократные заявления России об укреплении ядерного арсенала. Что можно сделать для снижения связанной с ядерным оружием напряженности?

 

— Я за свободный от ядерного оружия мир. Но МАГАТЭ не участвует в переговорах по сокращению ядерных вооружений.

 

— Возвращаясь  к использованию ядерных технологий  в мирных целях — как они могут  помочь в борьбе с вирусами  Зика и Эболы?

 

— Когда мы подключились  к борьбе против вируса Эболы, многие удивлялись — причем тут МАГАТЭ? Идея проста. При помощи радиоактивных изотопов можно идентифицировать вирус. Традиционная методология идентификации вируса — выращивание его колонии в питательной среде, но на это требуется четыре дня. Атомные технологии позволяют идентифицировать вирус за четыре часа. Это играет решающую роль в предотвращении распространения заболевания и в начале курса лечения, что может спасти жизнь человека.

 

Прибор небольшой, недорогой безопасный. Так же можно идентифицировать вирус Зика, но есть и другая технология, помогающая бороться с этим заболеванием. Вирус распространяют комары определенных видов, и при помощи наших технологий их можно стерилизовать, сократив тем самым число распространителей. Мы облучаем комаров мужского пола гамма-радиацией и выпускаем. После их спаривании с комарами женского пола потомства не будет. В сочетании с традиционными методами это позволит постепенно уменьшить популяцию комаров. Сейчас реализуется пилотный проект такого метода.

 

В других сферах этот метод уже использовался. В Занзибаре мухи цеце полностью уничтожены, то же самое происходит в Южной Африке, Сенегале, Эфиопии. Ведутся исследования с малярийными комарами. Эти технологии многообещающие.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.