Нефтяной сектор и министерство финансов устроили спор о налогах, исход которого, возможно, определит состояние экономики на годы вперёд.

Нефтяники требуют коренным образом изменить ситуацию, введя новую систему на основе прибылей, что, по их словам, обеспечит большую предсказуемость и предотвратит надвигающийся спад производства, так как улучшит инвестиционный климат.

Но министерство топчется на месте и, в погоне за повышением доходов, отменяет временные налоговые поблажки при сохранении системы, основанной на доходах, а прочие налоги повышает.

Консерватор (в финансовых вопросах) министр финансов Алексей Кудрин говорил этим летом, что хочет повысить налоги на добычу, что принесло бы государству за следующий год на шесть миллиардов долларов больше доходов, а также отменить освобождение от налогов вывоз сырой нефти с восточносибирских месторождений, вместо этого наложив на него сорокапятипроцентную пошлину, что могло бы принести государству ещё четыре миллиарда долларов.

Но в октябре государственная нефтяная компания «Роснефть», которую возглавляет могущественный вице-премьер Игорь Сечин, начала сопротивление, добиваясь путём лоббирования восстановления налоговых поблажек для своего гигантского Ванкорского месторождения в Восточной Сибири, — все нефтяники в один голос говорят, что рост добычи находится под угрозой из-за чрезмерного налогового бремени.

Но пока торговля продолжается, а главные споры ведутся вокруг куда более принципиального вопроса — какая именно экономическая система нужна стране.

Вопрос заключается в том, какую долю природно-ресурсной ренты государство должно забирать себе, перенаправляя её на модернизационные проекты. Этот вопрос вышел на первый план после мирового экономического кризиса, подчеркнувшего опасность для страны затянувшейся зависимости от сырьевых материалов.

Мало кто спорит с необходимостью модернизировать экономику, но в нефтяном секторе многие говорят, что лучше всего будет вести модернизацию через улучшение общего инвестиционного климата, в особенности — в сфере энергетики, таким образом, чтобы страна смогла воспользоваться своими преимуществами в виде изобилия природных ресурсов и благодаря им модернизировала остальные секторы экономики.

Многие участники энергетического сектора считают, что попытки усилить налогообложение сектора и извлечь из него миллиарды долларов на строительство «российской “Кремниевой долины”» в подмосковном Сколково - напрасная трата денег, и полагают, что это может задушить нефтяную промышленность как основной источник роста.

«Они хотят построить Сколково и оказаться посреди восьмиполосного [технологического] шоссе за пять лет, где их и раздавят», — сказал один эксперт, пожелавший остаться неизвестным. — «Китай и Индия попросту гораздо быстрее [в области высоких технологий]».

Но Кудрину, в ужасе смотревшему, как из-за давления на рубль на пике кризиса громадные валютные резервы сократились более чем на 160 миллиардов долларов, нужна буквально каждая копейка.

Благодаря росту цен на нефть резервы вновь пополнились, но Россия больше не купается в лёгких нефтяных деньгах, необходимых для выплаты пенсий в будущем, расходы на борьбу с последствиями кризиса подточили их.

Резервный фонд сократился со 142 миллиардов долларов (максимум в докризисный период) до 40 миллиардов, а в фонде национального благосостояния сейчас 85 миллиардов.

«Главная задача Кудрина — максимизировать налоговые поступления из всех возможных источников», — считает главный аналитик по стратегии из московского инвестиционного банка «УралСиб» Крис Уифер. — «Он знает, что бюджет находится в уязвимом положении, а цены на нефть могут упасть в любой момент».

Нефтяники, однако, утверждают, что, если министерство финансов разрешит перевести налоговую систему с доходной основы (сейчас со всех поступлений от вывоза нефти по цене выше двадцати пять долларов берётся девяносто процентов дохода) на прибыльную, это приведёт к росту производства, а в дальнейшем — и к росту налоговых поступлений.

Российские нефтяные бароны также утверждают, что система, основанная на прибыли, станет более предсказуемой, чем действующая система произвольно предоставляемых поблажек, тогда как нынешний режим стал несправедливым — за шесть лет, минувшие после его вступления в силу, в огромной степени выросли издержки.

Старший финансист «ТНК-BP» (дочернего предприятия British Petroleum, действующего в России) Джонатан Мьюр (Jonathan Muir) недавно отметил, что затраты на добычу нефти из-под земли за последние четыре года взлетели на 126 процентов.

«Это огромная проблема», — считает он. — «У нас за последние несколько лет поток свободных денег сократился наполовину».
Но в министерстве финансов опасаются переходить на систему, основанную на прибыли, потому что это может мотивировать нефтяные компании на повышение издержек и возврат к схемам ценообразования, применявшимся в девяностых, когда затраты и прибыли внутри компании или объединения перераспределялись в пользу желательных юрисдикций и тем самым снижались налоговые обязательства.

«Переход к системе, основанной на прибыли, неизбежно приведёт к повышению риска для министерства финансов по сравнению с системой, основанной на налоге на производство и на формулах экспортных таможенных пошлин, так как им понадобятся дополнительные кадры для претворения режима в жизнь, а также придётся верить декларациям о прибылях и убытках — а им, судя по всему, не хочется взваливать на себя дополнительную работу, и к тому же они скептически относятся к прозрачности издержек», — комментирует вице-президент «Роснефти» Питер О’Брайен (Peter O’Brien). — «Чтобы справиться с этими опасностями, нефтянка может выступить со следующим предложением: создать и профинансировать независимый орган, который занимался бы всему вопросами, связанными с издержками и анализом, а также обеспечивал сопоставимость и создание приемлемых и прозрачных стандартов для сектора. Важно то, чтобы обе стороны совершали нужные шаги».

Но министерство этого явно не одобряет.

Впрочем, инвестирование в новые месторождения замедляется, а существующие месторождения на западе Сибири приходят в упадок, и, по словам главы московского филиала оказывающего правительству консультационные услуги IHS Cambridge Energy Research Associates Сергея Вакуленко, если государство не обеспечит долгосрочной стабильности в области налогообложения, к 2030-му году производство нефти может снизиться на 30–50 процентов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.