Внешняя безопасность Латвии, отношения НАТО и России, новости в области обороны Балтийского региона и приоритеты Латвии в условиях ограниченного финансирования. Об этих и других актуальных темах в промежутке между рижской сессией Парламентской ассамблеи НАТО и принятием новой Стратегической концепции альянса в интервью LV.LV рассказал министр обороны Латвии Имантс Лиегис.

- В СМИ прозвучали утверждения, что учения Baltop-2010 это контрреакция на прошедшие в прошлом году российско-белорусские военные маневры Запад-2009. Вы это отрицаете. Но на какие потенциальные угрозы, оценивая военные риски на территории Латвии, ориентированы эти масштабные учения с участием вооруженных сил США?

- Основная задача этих учений связана с нашими способностями принять на своей территории военную технику союзников, планировать эти действия. Планирование действий по связанным с безопасностью вопросам - это очень важный элемент. Акцент был сделан на наши способности принять технику, контролировать ее перемещение по территории государства, оценить, как в эти функции вписывается инфраструктура Латвии.

- Но все же, были ли связаны эти маневры с конкретными сценариями на случай военной угрозы со стороны третьих государств, скажем, России?

- Нет! Но, разумеется, любые маневры на территории любой страны-члена НАТО связаны с обороной стран НАТО. В данном случае – с обороноспособностью Латвии как члена НАТО. Не было никаких сценариев с каким-либо нападением. Напомню, что задача любого государства регулярно проверять свою обороноспособность. И это был тот случай.

- Как вы прокомментируете тот факт, что Россия в те дни, когда проходили упомянутые учения, использовала свое право в рамках соглашения ОБСЕ для проведения наблюдения в воздушном пространстве Латвии?

- Ничего плохого в этом я не вижу. Мы в пределах возможностей подтверждаем, что нам нечего скрывать. Такой была бы реакция любой страны НАТО в отношении права России проводить полеты в рамках ОБСЕ.

- Новая концепция НАТО должна будет объединить две задачи – обеспечить доверие государств принципу коллективной безопасности и углубить вовлеченность России в процессы НАТО. Как, по-вашему, это выполнимо, принимая во внимание то, что в Восточной Европе Россия по-прежнему рассматривается, как потенциальный агрессор номер один?

- Я бы не согласился с формулировкой, что нужно решать вопрос вовлечения России в процессы НАТО. Здесь речь о сотрудничестве с одним из очень важных партнеров НАТО. Россия - ядерное государство, член Совета безопасности ООН и сосед по региону. Таким образом, также региональное сотрудничество между НАТО и Россией очень важно. Не думаю, что две упомянутые цели НАТО содержат противоречие. Вопрос об основных задачах НАТО и отношениях с Россией, которые за это время пережили и рост, и падение, был актуальным, по меньшей мере, в последние десять лет и дольше.

- В какой фазе, по вашему мнению, эти отношения сейчас?

- По-моему, снова открылся путь к улучшению сотрудничества. Как мы видели, в 2008 году пришлось пережить обострение в связи с военным нападением России на одно суверенное государство, использовав предлог защиты своих соотечественников в Грузии. Это был первый такой случай после окончания холодной войны.

- Вторжение в Грузию актуализировало вопрос о планах НАТО по обороне стран Балтии на случай российской агрессии. Как они продвинулись?

- Прежде всего, будем помнить, что Грузия не страна-член НАТО, и это большое отличие. С того момента, как мы вступили в НАТО, Латвия является составной частью системы коллективной безопасности. Может быть, не было подробно разработанного плана в первый же день, однако НАТО и наши союзники взяли на себя ответственность за нашу оборону с момента приема Латвии в альянс. Без сомнений, мы защищены.

- Может быть, вы можете проинформировать, в какой стадии находится инициатива НАТО по плану обороны стран Балтии?

- НАТО, как организация, и ее члены договорились не рассказывать в публичном пространстве о своих военных планах. Однако могу утверждать: того, что сейчас происходит в НАТО в отношении нашей безопасности, вполне достаточно. То, что НАТО начало обращаться к нашему региону, включив в него также Польшу, это вне сомнений.

- Хотя при администрации Обамы США старались «перезагрузить» отношения с Россией, ее шаги навстречу не расцениваются, как слишком отзывчивые. Россия против расширения НАТО, и у нее весьма сдержанное отношение к целям НАТО. Как в таких условиях возможно развивать сотрудничество с Россией?

- Нам все равно нужно поддерживать диалог с Россией. После известной паузы в связи с событиями в Грузии он снова происходит. Позитивный поворот – соглашение США и России по договору START. В то же время со стороны России наблюдаются также негативные тенденции, которые связаны, к примеру, с ее доктринами. А именно: Россия по-прежнему считает НАТО угрозой и врагом. Поэтому диалог нужно продолжать.

- Как в этом контексте вы расцениваете факт, что Россия на сессию Парламентской ассамблеи НАТО в Риге делегировала представителей Рогозина и Жириновского, одного из которых принято считать русским шовинистом, а другого – политическим клоуном?

- Россия имеет право принимать участие в сессиях Парламентской ассамблеи НАТО и направлять на них таких представителей, которых она считает нужными. Данная сессия была чрезвычайно успешной с точки зрения внешней политики и политики безопасности. Я получил только положительные отзывы от партнеров по НАТО.

Господин Рогозин – посол России в НАТО. И, конечно, это дает сигнал о том, каких отношений Россия хочет с НАТО.

- Новая внешнеполитическая стратегия России в отношении государств Балтии предусматривает использование всех возможностей – экономики, инфраструктуры, железной дороги, портов – для укрепления своего влияния и уменьшения влияния Европы. Как в контексте улучшения отношений вы оцениваете этот документ?

- Несомненно, вопрос экономического сотрудничества между Россией и странами Балтии, между Россией и Латвией – это вопрос двусторонних отношений. Мы сами определяем степень связей с Россией в экономическом контексте. Конечно, на эту доктрину, если она существует, нужно смотреть с осторожностью. То, что Россия хочет увеличить здесь экономическое влияние, я не рассматриваю, как позитивное явление. Россия – наш партнер по экономическому сотрудничеству, но, нам, разумеется, нужно смотреть, не используется ли это против интересов Латвии.

- Как в этой ситуации вы расцениваете факт, что в Латвии консолидируются политические силы, для которых характерны связи с экономическими и государственно-экономическими структурами России?

- Там нужно смотреть на каждый случай в отдельности. Однако необходимо оценивать, в какой степени создается зависимость в сфере энергетики. На безопасность в сфере энергетики смотрит также НАТО.

- Для внешней безопасности стран Балтии очень важны информированность о процессах принятия международных решений и вовлеченность в них. В какой мере, по-вашему, крупные государства НАТО готовы обеспечить это на переговорах друг с другом или с Россией?

- Мы можем быть очень удовлетворены тем, что представитель Латвии, нынешний министр иностранных дел Айвис Ронис, был включен в группу экспертов, готовивших под руководством бывшего госсекретаря США очень серьезные рекомендации и анализ для Стратегической концепции НАТО. Ронис – единственный, кто представлял одновременно три страны-члена НАТО: Латвию, Литву и Эстонию. Во-вторых, он был одним из всего двоих представителей так называемых новых стран-участниц. Одно лишь это подтверждает, что мы находимся предельно близко к принятию важнейших решений.

- Недавно обеспокоенность в Европе вызвало решение Франции продать России базовый авианосец Mistral. Ожидаются ли, по-вашему, еще какие-либо сделки между странами НАТО и Россией о продаже ей военных технологий?

- Это не вопрос о НАТО и России. Это вопрос об индивидуальных решениях стран-членов НАТО в связи с их сделками в сфере военной промышленности с третьими странами. У России были переговоры о покупке корабля с Испанией и Нидерландами. Однако для сделки она выбрала Францию.

Этот вопрос принципиально относится и к Европейскому союзу, и к НАТО. Я многократно говорил об этом как на неформальных встречах с министрами ЕС, так и в рамках НАТО. Разумеется, в случаях, когда такие сделки могут оказать влияние на региональную безопасность, важно, чтобы решения в рамках стран-членов НАТО принимались на основе принципов солидарности и консультаций. Здесь можно упомянуть 4-й параграф Вашингтонского договора, который открывает возможности расширения консультаций.

Радует, что генеральный секретарь НАТО, который ознакомился с предложениями экспертов по новой концепции альянса, признал, что рекомендации о расширении консультаций достойны того, чтобы принять их во внимание, и их можно использовать также в отношении вопросов энергетической безопасности. Я обратился к генеральному секретарю, предложив в рамках 4-го параграфа распространить это на все сделки стран-участниц с третьими странами, если они могут повлиять на безопасность других партнеров. К сожалению, такого механизма еще нет. Крупные страны-участницы, у которых имеется развитая военная промышленность, пока смотрят на это осторожно, потому что не хотят ограничивать свои возможности для торговли. Неформально я выразил нашу озабоченность также министру обороны Франции. Его точка зрения была такой, что нам надо использовать возможности для улучшения отношений с Россией, что холодная война закончилась.

Думаю, что реализовать свои экономические интересы за счет других государств, это не коллегиально. Вспомним, что недавно некий российский генерал высказался: если бы у нас был такой корабль во время грузинской войны, то мы победили бы за 40 минут.

- Когда может появиться ясность относительно конкретных аспектов расширения действия 4-го параграфа Вашингтонского договора?

- Действие 4-го параграфа обсуждается в рамках новой концепции НАТО. Я в числе тех министров обороны, которые на недавно состоявшемся в Брюсселе совещании призвали генерального секретаря НАТО представить проект концепции странам-участницам в начале сентября, а не в конце сентября, как планировалось. Тогда останется время для обсуждения.

- Какие тенденции в сфере безопасности сейчас наблюдаются в регионе Балтийского моря?

- Развитие очень позитивное. В особенности касательно защиты воздушного пространства. Мы, министры обороны трех стан Балтии, недавно договорились призвать наших партнеров по НАТО и в дальнейшем патрулировать воздушное пространство стран Балтии, что позволит нам не покупать дорогие самолеты стоимостью в миллионы латов для осуществления этих функций. Генеральный секретарь НАТО уже выразил поддержку такому решению до 2018 года.

Эпицентр региональной обороны - это сотрудничество стран Балтии, которое в последние годы подтвердило себя как очень удачная модель. Недавно мы отметили десять лет осуществления совместного наблюдения за воздушным пространством, у нас общая школа водолазов, Балтийский оборонный колледж, стараемся сотрудничать в вопросах приобретения военных средств. В данное время планируем, как развивать аналогичное сотрудничество с северными странами.

Только что новый министр обороны Великобритании Лайем Фокс по собственной инициативе предложил провести встречу министров обороны северных стран, Польши и стран Балтии, чтобы рассмотреть вопрос о более тесном сотрудничестве с этим регионом. Во время двусторонней встречи Фокс подтвердил мне, что это изменение политики в Великобритании. О дальнейших шагах в этой области, очевидно, решим во время встречи министров осенью в Осло.

- Швеция примерно полгода назад тоже заявила об увеличении своего военного присутствия в регионе Балтийского моря. Как бы вы прокомментировали этот жест? Какие действия в этом смысле предпринимаются?

- Швеция не является страной-членом НАТО, но в сфере безопасности она серьезный игрок, и у этого государства в нашем регионе, несомненно, есть свои интересы относительно безопасности. Однако, думаю, что это заявление было больше связано с президентством Швеции в ЕС сейчас, акцентировав развитие сотрудничества Швеции и стран Балтии. Это скандинавское государство очень хорошо понимает значение региональной безопасности и предпринимает соответствующие шаги.

- Недавно вы указали, что в прошлом году зарплаты и количество работающих в оборонном секторе сокращено на 20%, и сказали, что это может вызвать огонь на нас самих. Что вы в действительности подразумевали под этим?

- Я хотел сказать, что мы не можем продвигаться дальше, сокращая оборонный бюджет. Генеральный секретарь НАТО на совещании министров обороны, оценивая продиктованные экономической ситуацией финансовые ограничения в альянсе, сказал: обрезая жир, нельзя затрагивать мускулы. Это прямым образом относится также к Латвии. Наш оборонный бюджет, в том числе и Национальных вооруженных сил (НВС), в сравнении с 2008 годом, уменьшен на 50%.

- Командующий НВС Юрис Маклаковс во время рижской сессии Парламентской ассамблеи НАТО охарактеризовал этот фактор, как драматический...

- Ситуация очень драматической была в прошлом году, когда государство находилось перед лицом банкротства, а система обороны, как и другие сферы, привыкли к возможностям, доступным в лучшие времена. Благодаря политике премьера мы успешно преодолели главные трудности. Надеюсь, что мы сможем выдержать нынешний бюджет и выполнить долгосрочные обязательства, которые Министерству обороны удалось отодвинуть на более дальний срок.

Однако в будущем году нам надо будет произвести серьезные платежи – около 20 миллионов. Это значит, что оборонный бюджет должен быть около 1,3% от ВВП, а не 1,14%, как в этом году. Но я также осознаю, что в госбюджете будущего года предусмотрена консолидация на 400 миллионов.

- Есть ли у Министерства обороны с учетом того, что и в последующие годы у нас будет не блестящее бюджетное положение, план по развитию НВС в условиях ограниченного финансирования?

- Конечно, Министерство обороны разрабатывает планы. Сейчас мы будем работать над среднесрочным планом. Я выдвинул приоритеты. Первый – сохранить наш численный состав в Афганистане, потому что это совпадает также с приоритетами НАТО. Во-вторых, будем делать все, чтобы поддерживать нашу единственную инвестицию в НАТО – развитие аэродрома Лиелварде. Постараемся также обеспечить важнейшие учения - это способ осуществления сотрудничества с союзниками и поддержания формы нашими вооруженными силами, чтобы они могли на соответствующем уровне принимать участие в операциях НАТО.

- Какое влияние на планируемые Латвией мероприятия в рамках НАТО может оказать сокращение общего бюджета альянса примерно на миллиард латов?

- С учетом небольшого финансового выражения Латвии на общем фоне НАТО, союзники выслушали наши главные озабоченности, связанные с учениями и другим обеспечением.

- Какие учения в рамках НАТО планируются впредь? Какие риски и сценарии их устранения могут быть включены в них?

- Я, конечно, не хотел бы говорить детально, но могу сказать, что важен фактор Польши. Польша играет все более значимую роль в региональной безопасности. Это государство подтвердило, что оно заинтересовано в проведении через два-три года крупнейших на своей территории учений с участием в них также стран Балтии.

Перевод: Лариса Дереча

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.