Как и другие западные страны, Россия была застигнута врасплох восстаниями, прокатившимися по Ближнему Востоку и Северной Африке в период так называемой «арабской весны».

Москва продолжает поддерживать связи со старыми авторитарными режимами, поскольку ей представляется, что за всеми этими восстаниями во многом стоят интриги Запада, а вовсе не обоснованная общественная потребность в переменах. Москва в большей степени предпочитает длительные выгодные отношения, которые были у нее с авторитарными режимами в регионе, чем, возможно, весьма поверхностные отношения, которые появятся у нее с новыми демократическими правительствами. Эти режимы, которым удавалось держать радикальные элементы под контролем, являлись также выгодными торговыми партнерами для Москвы.

Премьер-министр Владимир Путин, обвинявший США в попытках создать однополярный мир, объявил в прошлом году, что Россия не позволит Западу расширить сферу своего влияния вплоть до ее границ через Украину и Грузию. Таким образом, Россия вновь постаралась заявить о своем влиянии на ближайших соседей. Однако затем, в связи с началом войны в Грузии и последовавшим за этим мировым  экономическим кризисом в 2008 году, Россия вновь испытала экономический упадок. Москва отгородилась от всего мира и сконцентрировала свое внимание на модернизации экономики, преодолении  бюджетного дефицита и быстро приближающихся парламентских и президентских выборах. Именно поэтому «арабская весна» застала ее врасплох.

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов утверждает, что происходит масштабная перестановка оснований, из которых построены арабские страны. И, согласно его высказыванию, несмотря на то, что конечный результат пока неясен, если Египет соберется с силами, он фактически сможет снова стать сильнейшим государством в регионе.

Москву также сильно беспокоит, что события в Сирии начнут развиваться по тому же сценарию, что и в Ливии. В отличие от ее отношений с Ливией, отношения Москвы с Сирией имеют большое стратегическое значение. Россия имеет маленькую военную базу в Сирии, которая располагается на стратегически важном участке побережья страны. Вероятность потерять свой козырь в Сирии не помешала России выказать поддержку режиму сирийского президента Башара аль-Асада, на котором, по данным докладов ООН, лежит ответственность за примерно 2600 смертей граждан его страны. Москва, которая проводила отдельно переговоры с сирийской оппозицией и представителями правительства Асада, в настоящий момент, кажется, выполняет в Сирии роль посредника. Длительная поддержка Москвы, оказываемая режиму Асада, привела к тому, что на улицах Дамаска неоднократно сжигали российский флаг.

Москва также учитывает вероятность того, что подобная революционная война может прокатиться по Кавказу и некоторым другим бывшим советским республикам. По мнению российских экспертов, отсутствие гетто вокруг Москвы, малый процент безработицы среди молодежи вследствие слабого прироста населения и сильное руководство, основанное на прибыльности нефтяной сферы, могут стать теми факторами, которые не дадут России стать местом действия подобных изменений. Однако эксперты не могут не критиковать политику российского руководства в отношении событий «арабской весны».

Сергей Строкан, политический консультант газеты «Коммерсант» и телеканала «Россия Сегодня», отмечает значимость  визитов турецкого премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана в страны, охваченные волнениями «арабской весны». Эти политические маневры Турции, вызвавшие волну опасений в России и некоторых западных странах, могут грозить Израилю катастрофой. Строкан, который охарактеризовал отношение западного мира к исламу как «параноидальное», отметил, что Запад не способен понять те изменения, которые происходят сейчас в Турции.

Елена Супонина, глава отдела зарубежных новостей газеты «Московские Новости», считает, что реакция России на события на Ближнем Востоке всегда была чересчур медлительной, и остается такой и по сей день. Москва, унаследовавшая привычки советской эпохи, не может реагировать на изменения в мире настолько же стремительно, насколько это делает Турция и некоторые западные страны. И сейчас Россия, которая в настоящее время столкнулась с действительным риском потерять свое влияние на Ближнем Востоке, влияние, которое продолжало истощаться в последние годы, также сталкивается с опасностью потерять военные, технические и другого рода соглашения, заключенные с окружающими ее странами. Сейчас в рядах военного руководства Египта есть люди, у которых в предшествующую эпоху сложились хорошие отношения с Россией. Однако такого нельзя сказать о Ливии.

Москва, потерявшая более 10 миллиардов долларов на подписанных с Ираком, а затем разорванных контрактах в сфере вооружения и энергетики, не могла поверить, что люди, толпами заполняющие городские площади в Тунисе и Египте, смогут на самом деле привнести изменения в режимы, которые находились у власти более 40 лет. То, что вслед за Египтом пал режим в Ливии, стоило Москве миллиарды долларов. А тот факт, что глава ливийского Национального переходного совета Мустафа Абдул Джалиль поблагодарил Москву за то, что последняя не наложила вето на резолюции Совета Безопасности ООН №№ 1970 и 1973, и в то же время отметил, что его страна больше не нуждается в российском оружии, по всей видимости, доказал, что опасения России были ненапрасными.

Стоимость контрактов на поставку оружия между Россией и Ливией, которые сейчас, скорее всего, будут расторгнуты, составляет примерно 4 миллиарда долларов. И, несмотря на то, что Москва пользовалась любой возможностью доказать, что Ливия не исполняет резолюции Совета Безопасности ООН №№ 1970 и 1973, в конце концов, она была вынуждена признать, что Национальный переходный совет является единственным законным руководством в Ливии.

Когда речь заходит о Сирии, российские дипломаты продолжают проводить линию поддержки режима Асада, несмотря на то, что сирийское руководство применяло силу против своего же собственного народа. Что касается Турции, то она выработала несколько весьма мудрых стратегических планов, как, например, сохранение своих связей со старыми режимами и одновременно попытка помочь оппозиции создать стратегию будущей политики. Довольно неясно, как России удастся отстоять свою точку зрения относительно сохранения Асадом власти до 2014 года.

Лукьянов также отметил, что, если Сирия падет, это станет серьезным ударом для Ирана. Он утверждает, что США намеренно оставались в тени в момент происходивших на Ближнем Востоке изменений, и что Франции и Англии, напротив, пришлось выйти на первый план. Еще он добавил, что в связи с изменениями, охватившими весь мир в 21-м веке, вряд ли уместно полагать, что Ближний Восток останется незатронутым этими переменами.

Лукьянов считает, что события в Тунисе и Египте не повлияют в негативном смысле на Москву, но российскому капиталу угрожают материальные убытки в случае с Ливией и стратегические потери  в отношениях с Сирией. Лукьянов указывает на вероятное падение Дамаска, как на величайшую потерю для Москвы, и, наконец, добавляет, что Кремль потерпел поражение в попытках разобраться с «арабской весной».