Бомбардировки мы начали больше месяца назад. За это время повстанцы понесли ряд поражений, а правительство в Триполи к нашему удивлению выглядит вечным как сама Сахара.

США, едва успев передать боевые задачи другим странам, на прошлой неделе снова втянулись в конфликт и направили в Ливию беспилотники. Британия и Франция, тем временем, направляют в страну своих военных советников, чтобы те попытались превратить повстанцев хоть в какое-то подобие настоящей армии.

Между тем силы повстанцев не только плохо обучены и плохо управляются. Войска Каддафи еще и намного превосходят их по огневой мощи. В четверг находящийся в Ливии репортер New York Times заметил: «Взятые вместе слабость арсенала повстанцев, их неопытность и нехватка у них дисциплины делают достижение военных целей революции необычайно трудным». Если это и не провал, то явно не успех.

Впрочем, самой простой своей цели кампания НАТО, по-видимому, все же достигла: силы Муаммара Каддафи не смогли взять Бенгази – оплот повстанцев. Президент Барак Обама – опираясь на весьма скудные данные - утверждает, что взятию Бенгази необходимо было помешать, чтобы предотвратить кровавую баню.

Однако, даже если в Бенгази и были спасены жизни невинных людей, такие же люди гибнут сейчас в других местах из-за кровавого тупика, в который зашел конфликт. Сотни мирных жителей уже погибли в ходе осады Мисураты, города с 300 000-ным населением, и бои по-прежнему продолжаются.

Администрация Обамы думала одним ударом поставить Каддафи на место. Им казалось, что либо он прекратит свои атаки, либо его заставят уйти от власти, либо произойдет и то, и другое. Однако ни того, ни другого не произошло, и, по-видимому, в ближайшее время не произойдет. Некоторые осведомленные источники даже опасаются, что Каддафи вскоре сможет предпринять новое наступление и опять попытается захватить Бенгази.

Это делает положение Обамы крайне неудобным. Перед тем, как мы вмешались в конфликт, президент заявил, что полковник «должен уйти». Если у кого-то после этого еще оставались сомнения относительно судьбы Каддафи, начатая НАТО кампания должна была их окончательно развеять. Утверждая, что свержение тирана не входит в наши задачи, Обама при этом вел себя так, как будто благодаря нам оно уже стало свершившимся фактом.

«Это случится не сразу, - заверил он американский народ,  - ведь даже серьезно ослабленный Каддафи отчаянно цепляется за власть. Но … история не на стороне Каддафи. Благодаря времени и пространству для действий, которые мы обеспечили ливийскому народу, ливийцы смогут сами определять свою судьбу, как оно и должно быть (Курсив мой. – С. Ч.)».

К сожалению, самому диктатору об этом, видимо, сказать забыли. Как заявил агентству Reuters один из представителей европейских спецслужб, «люди Каддафи чувствуют себя вполне уверенно». По мнению собеседника агентства, гражданская война приведет «к фактическому разделению страны на долгий срок», причем Каддафи сохранит контроль над большей частью Ливии.

Можно ли считать это приемлемым исходом? Администрация явно так не думает. Еще в прошлом месяце госсекретарь Хиллари Клинтон заявила: «Это человек без совести. Мы не можем предсказать, что мы будем делать, если он останется».

Похоже, он останется. В таком случае Обама окажется перед неприятным выбором: он может втихомолку уйти из Ливии, не достигнув заявленных целей, или он может расширить американскую военную операцию в надежде все же добиться своего.

Кстати, новое статус-кво может оказаться хуже прежнего. В последние годы Каддафи заметно смягчил свое воинственное отношение к Западу и всячески старался реабилитировать свой режим.

Он отказался от программы по созданию ядерного оружия, согласился выплатить компенсации родственникам погибших в 1988 году в результате взрыва самолета над Локерби и начал так тесно сотрудничать с Соединенными Штатами, что независимый сенатор от штата Коннектикут Джо Либерман (Joe Lieberman) даже назвал его «важным союзником в войне против терроризма». Президент Джордж Буш-младший вычеркнул Ливию из американского списка стран, поддерживающих терроризм.

Однако сейчас Каддафи может взяться за старое. К тому же, если на территории Ливии воцарится хаос, некоторые ее части могут просто превратиться в оплоты воинствующих исламистов. Слово «Афганистан» вам о чем-нибудь говорит?

Столкнувшись с перспективой сохранения власти в руках Каддафи, Обама может в итоге пересмотреть свое обещание не использовать американские наземные войска. Если президенты что-то не любят больше, чем начинать войны, то это их проигрывать.

Вряд ли Обаму утешит воспоминание о том, как жаловался президент Линдон Джонсон в марте 1965 года перед тем, как увеличить американский контингент во Вьетнаме: «Я не могу оттуда уйти. Я не могу завершить войну теми силами, что у меня есть. Что же я вообще могу?»

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.