'Мерседесы' от 25 000 долларов за штуку' - уже который раз я изучаю рекламную растяжку, висящую над улицей Тверской в Москве. Почти десять вечера, а я стою в пробке. Вереница машин передвигается за минуту на несколько сантиметров. В паре километров отсюда, в шикарном кафе Vogue меня ждет человек, сделавший состояние на торговле недвижимостью. Хотя уже поздно, кажется, что за окном все больше шума. - Ничего удивительного, каждый хочет повеселиться, - успокаивает меня таксист. За окнами кафе и ресторанов видны залы, полные посетителей. По всей видимости, им погода не мешает, а, наоборот, благоприятствует. В российской столице стоит погода для богачей.

Рим после упадка

Сложно искать Москву, описанную де Кюстином. Француз приехал в провинциальный город. 'После неопределенной атмосферы Петербурга я чувствую, что, наконец, оказался в настоящей России, - писал он. Де Кюстин хвастался, что он спит в деревянном доме, который 'проветривается' и 'очень здоров'. 'Хаос гипса и кирпичей, называемый Москвой, был колыбелью этой страны, - считал он. Сегодняшняя Москва - тоже хаос форм и очертаний, а, прежде всего, плавильный котел народов и культур. Это Рим после падения империи. В поисках денег и счастья сюда устремляются бывшие граждане империи. Едут не из любви к городу и не из тяги к приключениям. Они приезжают потому, что здесь деньги. Русские из провинции, украинцы и белорусы, армяне и азербайджанцы знают, что в Москве можно быстро заработать огромные деньги. Так же быстро можно все потерять - даже жизнь.

Они рискуют, надеясь на то, что поработают пару лет, а потом создадут собственный бизнес. Я слышал сотни таких историй. Мечты у кавказских торговцев и строителей из Молдавии одинаковые. Иногда 'московский сон' становится явью. Василию 35 лет, и он миллионер. Подтверждая тезис о том, что настоящее богатство незаметно, на встречу он приехал на мотоцикле. История состояния Василия, если верить рассказам, это ряд счастливых стечений обстоятельств. Первое было таким, что из Хабаровска он приехал учиться в Москву. Знакомых не было. Соседом по комнате в общежитии оказался парень с Украины, Борис. Тот подбил его вступить в комсомол - это было второе счастливое стечение обстоятельств. Третье и самое важное заключалось в том, что СССР распался, а комсомол стал трамплином для карьеры в бизнесе. Ведь там начинали такие олигархи, как Михаил Ходорковский и Олег Потанин. Василий и Борис были моложе, и у них не было связей, поэтому они занялись не нефтью и газом, а недвижимостью.

Скоро Борис стал Барухом и уехал в Израиль. Василий остался один. - Вначале было тяжело, рынок нерегулируем. В России большинство объектов недвижимости не имеет книг домовладения. Поэтому Василий занялся продажей почти исключительно новых квартир. - Проще снести старый дом, и на его месте построить новый, чем рисковать, покупая старую квартиру, - утверждает он.

Money, money

Чтобы заниматься бизнесом в Москве и чувствовать себя в безопасности, нужно иметь хорошие связи - и не столько в мафии, сколько в мэрии. - Лужков и его жена Елена Батурина - самая сильная мафия в этом городе, - смеется Василий. Его фирма контролирует торговлю недвижимостью в районе Остоженки, улицы, называемой московским Беверли-Хиллс. Там цена за квадратный метр составляет около 33 тысяч долларов. Вид на Кремль и храм Христа Спасителя дорогого стоит, а нефтяные бароны готовы заплатить практически любую сумму.

Правы те, кто говорит, что в Москве видны деньги.

Достаточно сходить в магазин на Манежной площади, посмотреть на цены и толпы клиентов. Эти деньги - следствие сохраняющейся несколько лет на мировых рынках конъюнктуры на природные ресурсы. Россия - один из главных экспортеров нефти и газа в мире, а их цены постоянно идут вверх. Россия практически выплатила свой внешний долг, а ее валютные резервы достигли отметки в 300 миллиардов долларов. Это приносит огромные доходы государственным чиновникам и нефтяным олигархам, но живет с этого вся Москва.

С Юрой я познакомился через знакомых. Он торговал фармацевтическим оборудованием, родом был из Иркутска и говорил, что был знаком с епископом Мазуром, изгнанным из России. Юра - типичный представитель нового среднего класса, возникшего в России Путина. Квартира в Москве, дача за городом. - Когда-то я мог позволить себе только 'Самару'. Теперь у меня новый Ford Focus, - с гордостью говорит он. Еще существующая ностальгия по СССР постепенно уступает место удовлетворению тем, что есть. - Выезжая на курорт, мы выбирали между Сочи и балтийским побережьем. Теперь - между Турцией и Египтом. Путешествия за границу могут позволить себе даже 'нерусские' гастарбайтеры, а в этом городе они находятся на низшей ступени социальной лестницы.

Особо охраняемый объект

'Пассажир в красной куртке, пройдите к охране метрополитена' - прошло несколько минут, прежде, чем я понял, что эти слова, повторяемые по мегафону, обращены ко мне. У схода с эскалатора станции 'Белорусская' меня ожидали пожилая женщина в синей форме и молодой милиционер. Оказалось, что подозрения вызвал мой багаж. Однако беглый контроль показал, что я не везу ни взрывчатых веществ, ни оружия, и я мог продолжить свой путь. - Извините, время такое, а метро - особо охраняемый объект, - объяснили мне. Меньше повезло двум мужчинам, стоявшим рядом. Вероятно, они провинились своей наружностью, потому что были родом с Кавказа.

'Уважаемые пассажиры, уступайте места инвалидам и лицам пожилого возраста' - такие призывы, звучащие в метро, - это реликт прошедшей эпохи. Московское метро имени Владимира Ленина было призвано стать визитной карточкой СССР. Оно было создано еще в тридцатые годы, и, главным образом, в военных целях. Метро должно было стать бомбоубежищем, и эту функцию оно выполняло в годы второй мировой войны. Кроме того, оно было светским храмом. В стране, где Богу не было места, религия замещалась культом событий, напоминающих о триумфе революции. Поэтому большинство старых станций напоминает храмы: вход похож на портик, вестибюль увенчан куполом, украшенным алыми знаменами, а подземная часть - это как бы нефы с изображением патрона. Метро замышлялось красивым, светлым и чистым. Сегодня символы октябрьской революции отвалились или поблекли, в метро душно, грязно и жарко. Его создатели забыли построить туалеты: вонь невыносима. Московское метро - это подземный город, отражение в кривом зеркале того, что на поверхности. Лица у пассажиров метро усталые, а одежда серая. Финансовая элита здесь не появляется.

Московское метро ежедневно перевозит почти 9 миллионов пассажиров - это больше всего в мире, больше, чем в Нью-Йорке и Токио. Однако ошибается тот, кто считает, что оно служит исключительно для перемещения. Это особый подземный мир со своими законами. Перед каждой станцией пестрые павильоны из жести, называемые 'палатками' - изобретение московского капитализма. Здесь можно купить водку, сушеную рыбу и даже импортное шампанское. Потом нужно пройти через турникеты, пробив билет в автомате. Здесь за порядком следят пожилые женщины в смешных мундирах. По эскалатору съезжаешь словно в адскую бездну. Самая глубокая станция - 'Комсомольская' - должна была стать противоядерным бункером. Внизу живут тысячи бездомных, так называемых бомжей (лиц без определенного места жительства) - этот акроним стал неотъемлемой частью перемен девяностых. Хотя бездомных бьет и гоняет милиция, они все равно лежат на лавках, едят, пьют, спят, иногда попрошайничают, но последнее реже. Попрошайничество - доходный бизнес, которым занимаются организованные банды. Есть попрошайничающие матери с детьми на руках, православные священники, видимо не знающие, что предстоятель российской Церкви Алексей II запретил духовным лицам заниматься этим. Особая группа - ветераны без ног или рук, у каждого - бумажка с надписью о том, что он жертва войны в Чечне. Еще несколько лет назад преобладали называвшие себя солдатами афганской воны. В их историях невозможно отделить правду от фикции.

Подземный город

В подземном городе можно купить все. Бутылку водки, девушку на час и даже диплом о высшем образовании. - Москва - это город шлюхи и дьявола, - говорил знакомый грузин, после чего покупал у милиционеров на станции 'Комсомольская' фальшивое свидетельство о регистрации. В метро тоже своя иерархия. На самом верху стоят милиционеры, встречающиеся на каждом шагу. Бесконечные проверки: багажа, паспортов, миграционной карты или регистрации. Чем больше предписаний, тем больше возможностей для коррупции. Однако милиция проверяет не всех, тщательно отбирая жертвы. За шесть лет, которые я провел в Москве, документы у меня проверяли дважды. Моего приятеля, корреспондента из Испании, останавливали каждый день. Он был слишком похож на кавказца. Наконец, ему пришло в голову носить на груди карточку с надписью 'Пресса'.

Быть родом с Кавказа и жить в Москве нелегко, однако, согласно официальным данным, одних только граждан Азербайджана здесь больше миллиона, и прибывают новые. Азербайджанцы контролируют базары, таджики работают на стройках, армяне занимаются мелкой торговлей, а московские дворники - это, главным образом, узбеки. Живут они часто там же, где работают или снимают дешевые квартиры на окраинах города. Они берутся за самую черную работу, которой брезгуют русские. Основа их существования - это крыша, то есть охрана. Кто-то из 'верхов', у кого есть связи, кто может устроить регистрацию, дать взятку санитарной инспекции, чтобы не было проверок. Чаще всего это родственник, приехавший в Москву раньше, а выгоду это приносит, скажем, майору милиции.

Де Кюстин встретил в Москве татар, бывших хозяев России. Он писал, что 'их положение хуже, чем у крепостных крестьян', и что бывшие господа превратились в рабов. Сегодня в подобном положении находятся кавказские мусульмане. - Без крыши я бы в Москве не прожил и дня, - объяснял мне знакомый азербайджанец. У него был буфет с шашлыками в центре города. Он погорел, когда из милиции уволили того, кто его крышевал, как говорят русские. У кого хорошая крыша, тот может свободно перемещаться по Москве.

Наследник царей

'Это не дворец, это не национальное святилище, не крепость. Это и менее и более того. Это цитадель привидений', - так де Кюстин описывал Кремль. Гуляя по лабиринту дворцов, церквей и башен, он восхищался видом этого города в городе и ужасался ему. Деспотизм построил себе такой странный дом, чтобы уберечь себя от собственного народа, - писал он. Кремль для него воплощал традицию московских князей, защищавшихся от нашествия татар, но вскоре перенявших их мышление и систему ценностей.

Кремль постоянно возвышается над Москвой. Ежедневно его осматривает толпа туристов со всего мира. Экскурсоводы показывают окно в одном из зданий. Там живет правитель России - Владимир Путин. Счастлив тот, кто встретит президента, вышедшего к туристам. Это покажут в главном выпуске новостей. Сфотографироваться вместе с президентом - почти то же самое, что выиграть в лотерею. Ну какой чиновник откажет тому, у кого есть фотография с президентом? Россияне любят президента за то, что он достойный наследник царей. Он не 'продал страну', как Горбачев, не напивается, как Ельцин. Больше всего их беспокоит то, что вскоре он уйдет. Просьбы остаться, даже в нарушение конституции, аутентичны. Я даже слышал, как рассказывали, что президент иногда переодевается в одежду рабочего и катается в метро, чтобы услышать, что говорит о нем народ.

_____________________________________________

Петербург - это огромный мираж ("Wprost", Польша)

Россия: Жизнь в запое ("Wprost", Польша)

С Россией - без спешки ("Gazeta Wyborcza", Польша)