Москва. — С XIX века слово «Россия» стало синонимом классического балета, ведь это страна «Лебединого озера» и «Спящей красавицы». Балет очень любили цари. Собственно, как и советские руководители, которые неизменно тащили зарубежных государственных деятелей на балетные представления, чтобы показать утонченное мастерство таких звезд как Майя Плисецкая, Екатерина Максимова и Владимир Васильев.


Однако слава русского балета оставляла мало места развитию сильной современной традиции. В России не было ни Марты Грэм, ни Мерса Каннингема. С 1990-х годов эта страна с разной степенью заинтересованности и успеха пытается наверстать упущенное. Большой и Мариинский театры представляют работы Твайлы Тарп и Уильяма Форсайта. Недавно Жан-Кристоф Майо поставил для Большого театра «Укрощение строптивой». А немногочисленные фестивали современного искусства знакомят зрителей с зарубежными труппами, не имеющими отношения к балету.


И вот на этом буйно цветущем поле появляется звезда балета Диана Вишнева, которая долгое время работает одновременно в Мариинском и в Американском театре балета (в июне она ушла из американского театра.) В последние годы она проявляет большой интерес к более современному репертуару, а в 2013 году балерина стала организатором фестиваля современной хореографии Context.


«Конечно, вначале эта идея встречала сопротивление, — рассказала она недавно за чашкой чая в гигантском отеле „Метрополь", находящемся напротив Большого театра и в паре шагов от Кремля. — Звучал вопрос о том, почему этим занимается классическая танцовщица».


Однако Вишнева сказала, что поставила перед собой задачу — пестовать российские таланты. Хотя большинство хореографов, представивших на фестивале свои работы, не из России, одной из его главных особенностей является состязание в хореографии и показ российских исполнителей. В этом году заявки на участие подали более ста кандидатов со всей страны.


Пять лет тому назад фестиваль был трехдневным представлением, проходившим в маленьких театрах Москвы. По любым меркам, за эти годы он добился выдающихся успехов. В этом году фестиваль прошел в Москве и Санкт-Петербурге, и длился восемь дней. В программу мероприятия вошли многочисленные ежедневные спектакли, мастер-классы, лекции и кинопоказы. Среди выступающих были танцевальная компания из Германии Gauthier Dance и компания британского хореографа Уэйна Макгрегора. Там также выступили популярная балерина Алессандра Ферри и звезда Американского театра балета Эрман Корнехо. Они исполнили па-де-де, созданное для них Макгрегором. И впервые в России свою работу показал американец Джастин Пек.


«Он отодвинул в сторону все остальные фестивали, — сказала дождливым вечером известный московский критик Татьяна Кузнецова, давая интервью за столиком в столичном кафе. — Сейчас современный танец популярен в России, а Диана Вишнева очень хорошо известна, пожалуй, больше, чем руководители других фестивалей».


Как отмечает Кузнецова, усилия Вишневой пришлись ко времени. «Людям надоело „Лебединое озеро“», — сказала она. А Вишнева сумела предложить альтернативу. У нее не только есть связи с компаниями и хореографами со всего мира. Она также обладает той славой и известностью, которая привлекает внимание, и что не менее важно — спонсоров.


На тех представлениях Context, которые я посетила, почти всегда был полный зал. В фойе бродили фотографы, там же устроили стены для селфи. На одном спектакле застывшие как изваяния пары позировали на фоне роскошных седанов Genesis. На другом Сбербанк раздавал фигурные шоколадные трюфели. И хотя кое-кто жаловался на дороговизну билетов, муж и первый помощник Вишневой Константин Селиневич утверждал, что для студентов и танцоров всегда есть в наличии дешевые билеты.


По словам Вишневой, гламур и шумиха служат более высокой цели: это поиск и поддержка молодых хореографических талантов в России, которая отстает в этом от Западной Европы и США. (В Большом и Мариинском, которые являются главными компаниями в стране, сегодня работают хореографические мастерские.) «Они бы никак не смогли прийти в Большой и представить нечто немного сырое и непроваренное».


Победители получают стипендии, заказы на новые работы, а иногда возможность исполнить свои произведения за рубежом. Вишнева проявляет огромный интерес к раскрытию и развитию таких талантов. «Мы даем им обратную связь, — говорит она. — Мы поддерживаем с ними контакты».


Вишнева, которой на конкурсе принадлежит последнее слово, также поддерживает работы женщин. Победителями последних двух конкурсов стали женщины (Ольга Васильева в 2016 году и Ольга Лабовкина в 2017-м). В феврале будущего года Вишнева представит последнюю работу Васильевой The Room на Голландском фестивале танца. «Мы живем в век женщин», — с улыбкой сказала Вишнева.


По крайней мере, один из найденных ею талантов выдвинулся и приобрел известность. Это Владимир Варнава, победитель первого конкурса в 2013 году. Сейчас ему 29 лет, и он считается одним из самых многообещающих молодых хореографов в России. В этом году он создал балет «Ярославна. Затмение», который идет в Мариинском театре. Он на музыку советского композитора Бориса Тищенко.


Варнава — человек интересный. Это танцор и хореограф, пришедший с маргинальной периферии российской культуры. Вырос он в уральском городе Кургане, что недалеко от границы с Казахстаном. «Представьте себе город, где все связано с сельским хозяйством, и где есть завод, делающий танки для армии, — рассказал он в перерыве между репетициями. — Но после войны спрос на его продукцию уменьшился, и город медленно приходил в упадок». Свою работу он начинал в маленькой студии, которой руководила молодая семейная пара. У жены была какая-то балетная подготовка, а муж был исполнителем народных танцев. Вдохновение они часто черпали в телевизоре и в музыкальных видеозаписях.


«Мы вдохновлялись некоторыми западными тенденциями, скажем, работами Майкла Джексона и танцевальными шоу типа Riverdance, — сказал Варнава. — Все это сшивалось воедино». Но не было связи между тем, чем занимался он, и большим миром современного танца. По его словам, он понял, чего ему не хватает, когда увидел на YouTube видеозапись постановки французского хореографа Анжелена Прельжокажа. Он на год поехал учиться в Париж.


Работа Варнавы на конкурсе была представлена как один из трех одноактных балетов на музыку Игоря Стравинского. Остальные балеты тоже были от российских хореографов. Премьера состоялась в небольшом Музыкальном театре им. Станиславского и Немировича-Данченко. (Все три работы исполняли танцовщики Пермского театра оперы и балета.) Варнава подготовил хорошо известный балет «Петрушка». Его постановка оказалась весьма образной и прочувствованной в музыкальном плане. Действие происходит в цирке, где главный герой на нетвердых ногах соперничает с властным самодуром мультяшного вида за внимание похожей на Кармен красавицы Миранды.


Вечер «Балетов Стравинского» стал кульминацией фестиваля, кульминацией захватывающей, драматической и богатой на хореографию. Первая часть «Поцелуй феи» была похожа на балет в версии детской книжки-раскладушки с объемными картинками, где присутствовала и яркая ветряная мельница, и пышные облака. В хореографии, наполненной народными плясками с притопами и оживленными танцами на пуантах, было что-то простое, естественное и почти наивное.


Манера исполнения подходит и к сюжету (юношу, влюбленного в деревенскую девушку, похищает фея), и к музыке Стравинского, в которой щедро используются различные мелодии Чайковского. Хореограф Вячеслав Самодуров был когда-то звездой Мариинского театра и партнером Вишневой. (Третья часть балета — это нечто вроде конкурса истории танца, представленного Алексеем Мирошниченко. Она на музыку «Жар-птицы».)


Не все фестивальные программы вызвали удовлетворение. Гала-открытие фестиваля было сделано довольно небрежно, а премьера Гойо Монтеро, ставшая первым номером фестиваля, основана на истрепанных клише современного танца. Полуабстрактная и очень длинная работа Марко Гекке о Нижинском оказалась настолько однообразной и непонятной в плане сюжета, что потребовался устный текст, чтобы разъяснить происходящее на сцене действие.


Но у современного танца в России есть надежда на будущее. Новое поколение хореографов, которые не очень известны на Западе, явно на подъеме. А фестивали типа Context и хореографические мастерские крупных балетных компаний существенно помогают им. Работа Вишневой создает определенный импульс силы. А амбиций у нее становится все больше. Она надеется, что скоро ей удастся выйти за пределы Москвы и Санкт-Петербурга. «Мы ведем переговоры с людьми в Екатеринбурге и по всей России», — говорит она. Учитывая ее достижения на сегодняшний день, можно сказать, что шансы в ее пользу.

Запрещенные в России организации